Стажер Ли Су Джин (СИ)

На минуту в комнате повисла тишина.
— Мне это не нравится, — кивнув сама себе призналась Со Ён.
— Мне тоже, но по большому счёту мы ничего не теряем, от Су Джина, кроме его присутствия, больше ничего и не требуется.
— Ладно, — кивнула Со Ён. — Я понимаю, что это важно и всё такое, но как ты себе вообще это представляешь?
— Мм?
— У Су Джина амнезия. Я сейчас не знаю, можно ли его в школу отпускать, в агентство или даже из дома в магазин. Он же практически ничего не помнит, что он, по-твоему, должен будет делать в фирме?
  
— А какая разница? Как будто до её потери, он смог бы себя хоть как-то проявить, — недовольно буркнул он. — В отличие от остальных, я никаких результатов в гонке наследников от него не жду. Пусть носит кофе, или копии бумаг делает. Для этого много ума не надо.
— Я… — женщина посмотрела на своего отца и вздохнула. — Концептуально я со всем согласна. Но если Су Джин будет категорически против, насильно я его никуда не отправлю.
— Он всегда тебя слушал, да и сама слышала, айдолом он больше быть не хочет, — договорив фразу, старик, даже повеселев, усмехнулся.
— Посмотрим… — недовольно сказала та и встав направилась в сторону кухни. — Нужно ещё как-то объяснить в агентстве и школе, что у него амнезия.
— Нет! — послышался веская фраза Ним Сока, которая заставила свою дочь застыть и развернуться.
— Ты о че…?
— Я уже договорился с больницей, — сдвинув брови, сказал он. В решении этого вопроса компромиссов он допускать не хотел. — То, что мой внук потерял память, должно остаться втайне. Любые проблемы с мозгами, бросят тень на нашу репутацию, не говоря уже о его будущем. Это относится и к посещению психотерапевта, всё должно проходить втайне.
— Но как мы это…? — Со Ён даже не находила слов.
— Никак, — ответил Ним Сок и объяснил свою мысль. — Сейчас для всех, Су Джин попал в аварию и у него есть пробелы в памяти, но если мы объявим, что у него полная амнезия, то в нашем окружении к нему могут приклеить ярлык сумасшедшего.
— Но об этом же всё равно узнают, когда он проявится в агентстве или школе, — всё ещё не понимая, о чём вообще думает её отец, сказал Со Ён.
— С агентством я договорюсь, да и насколько я знаю, у него там нет близких друзей, а вот школу придётся сменить.
— Я… — начала она говорить, но ненадолго прервалась. — Понимаю.
Обдумав слова отца, Со Ён пришла к мысли, что для ее сына это действительно может быть лучший выход.
— Я сама ему об этом расскажу, и он тоже должен всё понять.
///
Я сидел в компьютерном кресле у себя в комнате и размышлял над важным для себя вопросом, а именно: становиться гением современности или ну его к демонам такое счастье.
[Тридцать минут назад]
— Фуф, — Оказавшись у себя в комнате, в которую меня привела сестра и, закрыв за собой дверь, я шумно выдохнул. И следом за этим, а именно благодаря череде мыслей, пронёсшихся у меня в голове, уставился на стоявший на столе компьютер.
 Глава 3 
 Ценность знаний из прошлой жизни 
— Фуф, — оказавшись у себя в комнате, в которую меня привела сестра, и, закрыв за собой дверь, я шумно выдохнул.
Экскурсия по дому с Ми Ён мне понравилась. У них здесь есть даже симпатичное пианино из тёмного матового дерева. А так, дом представлял из себя древнюю постройку, переделанную на современный лад из камня и дерева. Сестра сама не знала, сколько лет этому дому, так что мои догадки о том, что ему больше времени, чем современной разделённой Кореи, вполне могут быть верны…
— Так, стоп! — воскликнул я от пришедшей неожиданной мысли и уже тише, прошептал сам себе. — А Корея здесь вообще разделённая? С чего я вообще решил, что нахожусь в том же мире?
Пробежав глазами по комнате, я увидел компьютер и сразу же направился к нему, надеясь, что он не на пароле. И да, с этим мне повезло.
Системный блок загудел, в точности как и мои мозги, придумывая, что первым спросить у Гугла.
— Может исторические даты сравнить, или того известные мне книги попробовать най…
Я резко замолчал, уставившись на окно загрузки, у меня на экране. Какой к чёрту, гугл⁈ Я вообще не в ту сторону думал! Вместо знакомого четырёхцветного окна меня встретил распустившийся четырёхцветный цветок. А операционная система бескомпромиссно заявила, что её зовут Bloomos.
— Блум, цветение, а ОС — операционная система, — прошептал я догадку.
Разглядывая рабочий стол, с незнакомыми мне значками, я наткнулся взглядом на привычную иконку браузера. На удивление это, действительно, оказался Хром.
— Что-то здесь совсем всё странно — прошептал я, вбивая в поисковик «KDA». Аббревиатуру своего самого успешного проекта из прошлой жизни, и Гугл его не нашёл.
Спустя двадцать минут, я перепробовал большинство того, что первое пришло мне на ум. Убедившись, что сейчас всё тот же две тысячи двадцать первый год, нашёл как совпадения, так и кардинальные отличия с моим прошлым миром.
Собственные имена иногда совпадали. К примеру, Википедия или Гугл названия не поменяли, как и названия стран с марками некоторых товаров. Но в большинстве своём здесь было всё по-другому. Мировые войны здесь состоялись, приблизительно в тех же годах, что и у нас. Но события, которые к ним привели, были другими.
Но самым большим отличием были… Книги. А точнее, вообще всё, что связано с творчеством. Стихи, фильмы, музыка, книги. Всё, что относилось к знакомому мне творчеству, здесь попросту не существовало. Хотя те же фильмы об эльфах и драконах я найти смог. Однако все с незнакомыми мне названиями и от неизвестных создателей.
— Так, и что эта информация мне даёт? — спросил я у самого себя, задумчиво жуя нижнюю губу.
С одной стороны, мне стоит ожидать кучу проблем с собственными именами.
— Вот взять даже тебя, — я поднял белый светящейся кусок пластика, называвшейся Лори Теч, обращаясь к ней. — Ты же мышка?
Левой рукой я вбил вопрос в браузере, и он ответил, что таки да, механический грызун своё название не поменял. Да и вообще, судя по тому, что я увидел, то, чем больше изобретения имели функциональный характер, тем больше было совпадений, и чем больше творческий, тем больше отличий.
Конечно, это не спасает меня от того, что я могу не знать самых базовых и рядовых фактов об этом мире, которые известны и детям, но в большинстве бытовых вопросах проблем ожидать не стоит. Максимум, что мне грозит, это несколько неловких ситуаций, где я не буду понимать контекст разговора с упоминанием, всеми известных фильмов или книг.
Но вместе с тем, есть и другая сторона. Если здесь нет того, что было популярно в моём прошлом мире, то… Перспективы открывались огромные.
Допустим, классические книги стоит сразу отмести. Они ценны своим стилем и тем, что были написаны в своё время. Но вот что-то из современного, что ценно не стилем, а сюжетом, вполне себе может быть популярно и здесь.
— Или музыка, — откинувшись на кресле я уставился в потолок и стал размышлять.
Написание книг — это, конечно, хорошо. Но я ни разу не писатель. А вот музыкой я занимался, всю прошлую жизнь. Пусть и воспринимал это как хобби, которое помогало мне иногда по работе, но так или иначе, сейчас в моей голове было огромное множество музыкальных произведений. От классических шедевров до хитов современности. И всё это принадлежит в этом мире одному мне.
— И как же удачно, сложилось, то, что я будущий айдол, — сказал я вслух, и в этот раз мой голос сочился сарказмом.
Да, можно сказать, что мне сам мир говорит, садись за синтезатор и пиши песни для своей группы. Вот только у меня язык не поворачивается назвать айдолов простыми исполнителями песен. Я с ними несколько раз работал, я знаю. Корейский музыкальный рынок, хорош как картинка, которую в прошлом я мог использовать, чтобы выгодно показать людям товар. Но если говорить о чём-то большем, то всё становилось гораздо сложнее.