Проклятый класс 3 (СИ)

— Конечно, — пожал плечами парень, начав одобрять полученные запросы. — Так получается, сейчас в клубе 7 человек?
— Ты действительно не помнишь? — закатила глаза Ищгула. — В клубе семеро первогодок. Ты будешь восьмым после вступления. А есть ещё второгодки, третьегодки и четверогодки. Даже пятигодки есть, но они посвящают всё свое время тренировкам…
— Добездельничались в первые годы, вот теперь пытаются успеть не вылететь из школы… — с долей презрения, пренебрежения и отвращения в голосе хмыкнул Дуатрац, чуть ли не плюнув от негодования.
— Не стоит так отзываться о старших, — недовольно и с некой опаской произнесла Пхупи из Приполья и, немного замявшись, добавила. — Это некрасиво.
— Всё, отправил, — закончил возиться со своим путеводителем студента Шугкео. — Тогда я позже с тобой свяжусь, чтобы получить твоё согласие. Пошли ребят, не будем мешать Виктору тренироваться.
— Больно хотелось, — недовольно пожал плечами Дуатрац из Арикстона. — И вообще, зачем тебе эти правила читать, — обратился он к парню. — Мог бы сразу согласиться. Я, например…
— Уважаемые кандидаты в герои, — прервал ворчащего потенциального героя один из мальчишек, ожидавших окончания героического собеседования. — Я как третьегодка, — выделил он, чтобы обозначить свой авторитет. — Могу вас уверить, что для вступления в клуб у каждого первогодки осталось более чем достаточно времени, а вот время с действием зелий самое драгоценное, ведь потом их некоторое время нельзя будет принимать.
— Да, да, мы уже уходим, — с улыбкой ответил мальчишка из Тотынтхана, начав разворачивать особо медлительных товарищей в сторону выхода с тренировочной площади. — Тогда до связи, Виктор.
— Ага, давай, — парень кивнул в ответ несколько растеряно, будучи больше сосредоточенным на новом собеседнике, мотивы помощи которого были юноше не ясны. — С кем имею честь говорить?
— Молодец, правильно, что сам не стал представляться, — мягко напомнил новый собеседник о манерах. — Так как все слышали твоё представление. — довольно громко закончил он больше для окружающих, нежели для победившего кандидата в герои. — Я Гултар из Ерлинэ, что в Теократии Лайсарона, мне 10 лет, 30-ка, учусь на разведывательном направлении. — повторил он форму самопредставления ушедших кандидатов в герои, из-за чего юноша начал предполагать, что подобный тип самопрезентации считался здесь нормой, не формальной, так как в правилах школы подобное не упоминалось. «Правда, на уроке знакомства с учителем мы примерно так и представлялись…» — промелькнула мысль в сознании парня, пока он запоминал информацию о новом знакомце, который терпеливо ожидал окончания этого процесса без каких либо вопросов.
— Ага, запомнил, — кивнул парень. — Так… что тебя интересует, Гултар… — парень было хотел на этом закончить вопрос, но под внимательным и давящим взглядом собеседника продолжил, пусть и с небольшой задержкой. — Э-э, из Ерлинэ.
— Правильно, нужно быть вежливым, — наставительно произнёс третьегодка. — Как ты мог заметить, все здесь собравшиеся хотели бы с тобой поговорить, но тогда ты потеряешь всё доступное тебе для тренировок под зельями время. Поэтому я хотел тебе предложить добавить всех здесь присутствующих на свой пус, чтобы они могли с тобой потом связаться. Согласен?
— Да, — кивнул парень, начиная гадать, по какой причине этот мальчишка из Ерлинэ предложил ему помочь. Если мотивы судьи и группы кандидатов в герои ему уже были примерно понятны, то этот третьегодка ещё не выдал причины своей заинтересованности в сближении с ним. — Так было бы лучше.
— Ну что, уважаемые сокурсники, вы согласны на подобный подход, чтобы наш юный друг не упустил свой шанс стать сильнее? — Гултар намеренно дал такую формулировку, так как препятствование совершенствованию другим ученикам довольно строго наказывалось спецшколой, из-за чего все окружающие пошли у него на поводу и отправили запрос на добавление в контакты Виктору из Лугории. — Благодарю за ваше добродушие!
— Да, благодарю, — поддакнул Виктор, после чего повернулся к третьегодке, параллельно принимая поступающие запросы на добавление в контакты. — Тогда я пойду на другую площадку…
 
— Конечно, — добродушно улыбнулся Гултар из Ерлинэ и, положив руку на плечо юноши, параллельно быстро проверив окружение на наличие могучих наблюдателей, которых не оказалось, так как все заинтересованные в беседе с мальчишкой уже были добавлены в контакты его путеводителя студента, продолжил, — Успешной тренировки и… — третьегодка наклонился к уху юноши и, за мгновение образовав вокруг них магический барьер, тихо произнёс. — Да снизойдёт на всех Длань Любящая…
 Глава 41 
 Нежеланное внимание 
— … Да снизойдёт на всех Длань Любящая, — прошептал Гултар из Ерлинэ, выжидательно смотря на замершего от несколько жутковатой атмосферы Виктора. Не дождавшись ответа, он продолжил несколько разочарованно. — Неужели ты думал, что я не замечу на тебе Любящий знак? Или ты колеблешься в чистоте любви своей? — вроде спокойно, но с шипящими нотками закончил фанатик Ластака Любящего.
— Н-нет, — слегка вздрогнув, произнёс Виктор, вспомнив желавшего найти его ещё в Полесной рыцаря. — Просто получил я её в спешке, и мне не давали никаких инструкций… — как можно более обобщённо ответил парень, даже не соврав.
— Да? — удивился Гултар и через несколько секунд молчания, которое создавало довольно тяжёлую атмосферу, с улыбкой продолжил. — Тогда понятно. В таком случае, запоминай. Если к тебе обратится брат или сестра со словами «Да снизойдёт на всех Длань Любящая», то ты должен сказать: «Да познают все Любовь Его». Понял?
— Ага, — поспешно закивал юноша и под пристальным взглядом собеседника запомнил сказанное им через повторение. — Запомнил.
— Молодец, — добродушно улыбнулся фанатик из Ерлинэ. — И да, приглашаю в наш клуб милосердия. Информацию сейчас отправлю на пус. Не тяни с ответом и… успешной тренировки! — и похлопав его по плечу, тем самым чуть снова не сломав ключицу юноше, Гултар развеял звуконепроницаемый барьер и быстро исчез с места прошедшей дуэли.
«Грёбаный паровоз!» — мысленно ругнулся парень, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица. — «И здесь достали, шавки богов!» — Виктору стоило больших волевых усилий, чтобы не зарычать от негодования. Поступая в спецшколу, юноша надеялся спрятаться от миссионеров богов, так как чётко запомнил слова деда Антара о не самых гуманных способах уговорить кандидата в герои сменить свою верность, но они его и здесь достали, что заставило юношу начать переживать за своё дальнейшее пребывание в школе. «Здесь вроде убийства запрещены…» — начал вспоминать недавно прочитанные правила юноша.
Пусть парень и запомнил правила наизусть, но полностью их не осмыслил, из-за чего в памяти они лежали не систематизированной, пусть и относительно, кучей информации. А так как помнить в моменте всё сразу в принципе было невозможно, юноше пришлось порыться в своих воспоминаниях, которые были более чем ясны благодаря постоянному запоминанию, но от этого не менее объёмны. «Ага, и бить меня могут только на разрешённой дуэли, иначе штраф», — успокоил себя юноша, быстро перебрав в памяти всю книжку с правилами. — «А соглашаться с ним на дуэль — это больным быть надо!» — успокоившись, хмыкнул парень и направился искать свободную тренировочную площадку, желательно где подальше, так как текущее местоположение напоминало о не самых приятных событиях.
Мысли о том, что жуткий мальчишка мог просто забить на штрафы и напасть просто из прихоти, юноша старательно убирал куда поглубже, чтобы не портить ещё сильнее и так не сияющее красками настроение.
«Хотя набить морду этому ублюдку из Ерлинэ было бы не плохо…» — несколько мечтательно помыслил парень, найдя куда переключить свои мысли и параллельно решив пригласить своих товарищеский по команде на тренировочную площадку, на которую только что вошёл, чтобы поговорить, наконец, о классах. Почему сейчас, под зельями? Тут всё было просто — юноша мог развивать только выносливость, поэтому полноценной тренировки у него не будет, и в его понимании ничего ему не помешает вести беседу, прокачивая её.