Магия Воды (СИ)

Подбежала охрана эмиры, и встала полукольцом, нервно глядя на дракона.
— Лей, вы построили прекрасный аппарат! — Мягко ответила Анна, — лучший в мире. И он тут совершенно ни при чем. Это была последняя атака врагов. Мы оставили драконоборца в живых, и он использовал свой жезл, чтобы атаковать аппарат.
— Какое вероломство! — Всплеснула руками эмира, — а еще Эреборцы мутят воду. Пытаются сколотить новую коалицию. Что-то вещают про геноцид эльфов, но не предоставляют никаких доказательств. Слушай, у тебя есть время? Я думаю, ты не просто так залетела на огонек! Давай во дворце все обсудим.
Почему-то только после этого предложения Анна почувствовала, насколько сильно устала. Она не спала больше суток, и нельзя сказать, чтобы эти сутки были очень спокойными.
— Питер, я полагаю? — Осторожно спросила Эмира, обращаясь к дракону.
Дракон чуть кивнул, внимательно глядя на правительницу.
— Я знала, что так будет — но не могла предполагать, что настолько скоро. Поздравляю, — сказала она, и чуть склонила голову, — и для вашего сведения. Вы можете пребывать на территории Эмиратов в любом облике, и в любом одежде. Согласно учению нашей Пророчицы, драконы не являются людьми. На них правила семейных приличий не распространяются. Не все об этом знаю, даже профессиональные дипломаты. Полагаю, потому, что им не слишком часто приходится иметь дело с драконами на территории нашей страны.
Питер превратился в человека. Однако не стал радовать присутствующих своей наготой дольше, чем пару секунд. Он снова использовал заклятие, облачившее его в церемониальный наряд придворного охранника.
— Впечатляет! — Уважительно сказала Эмира, — однако же, пройдемте во дворец. Думаю, нам есть, о чем поговорить.
Черный чай с какими-то ароматными степными травами, конечно, не мог полноценно заменить церемониальный матча, который любила королева. Но тоже был весьма неплох. Пара глотков ароматного напитка — и тяжелая усталость вместе с зарождающейся головной болью отступили. Анна почувствовала себя так, как будто удалось урвать пару часов сна.
— Отличный напиток, — словно прочитав ее мысли, сказал Питер, — очень бодрит.
— Благодарю, — кивнула эмира, — чай с жемчужным женьшенем. Из моих личных запасов.
Анна уважительно кивнула, сделав еще один глоток из чашки. Жемчужный женьшень был крайне редок, и стоил баснословно дорого.
— Прежде, чем пригласить вас в покои, все-же позволь поинтересоваться, — эмира откинулась на кушетке, и жестом отослала двух охранниц, послушно отступивших, и покинувших помещение.
— Та книга, — ответила Анна, — которую ты передала мне. Оказалась куда важнее, чем даже я предполагала.
— Вот как? — Эмира приподняла бровь, — значит, ей нашлось практическое применение? Честно говоря, я считала, что это что-то личное. В глубине души Алый Король был сентиментален.
— Лей… Расскажи, пожалуйста — как именно он передал тебе книгу? Как это случилось? Ты абсолютно уверена, что это был Алый Король?
— Ну конечно, — кивнула Лейла, — его голос, его фигура… время и место, правда, он выбрал крайне необычное. На грани святотатства. Возможно, он бы даже пересек эту грань, если бы не был так учтив.
— Алый Король? Учтив? — Скептически заметила Анна.
— У него выбора не было, если он хотел добиться своего, — Лейла улыбнулась, и покачала головой, — он явился во время моего Простирания Ниц. Когда я была гарантированно одна, на многие километры вокруг, посреди пустыни.
— Мужчина? В святом месте? И ты его не казнила на месте? — Удивилась Анна.
— Допускается присутствие по неведению, если мужчина ведет себя прилично, — Лейла пожала плечами, — к тому же, повторяю — он был очень учив. И просил о помощи. Во время Простирания Ниц отказать в помощи — большой грех.
— Говорят, поэтому обряд производится в строгом уединении, — вмешался Питер, — иначе просителей было бы слишком много.
— Мы тут не для того, чтобы обсуждать обычаи моей страны, верно? — Холодно заметила Лейла.
— Извините, если задел ваши чувства, — Питер опустил голову, — для меня Простирание Ниц как для королевского охранника было бы сущим кошмаром. Само существование этого обычая, когда высшее лицо в государстве остается совершенно беззащитным, заставляет меня нервничать.
 
Лейла снисходительно улыбнулась.
— Не то, чтобы я была совсем уж беззащитна, — сказала она, — впрочем, это тоже не вопрос для обсуждения.
— Лей, — сказала королева напряженным тоном, — то, что он был учтив… означает ли это, что он был в хиджабе?
— Ну разумеется! — Эмира всплеснула руками, — а как иначе ты это представляешь?
— Знаешь… нам очень надо попасть на место Простирания Ниц, — сказала Анна, — это возможно?
— Почему бы нет? — Эмира пожала плечами, — в обычное время это самый обычный кусок пустыни. Там нет ничего священного. Но, может, хотя бы на ночь останетесь? Прежде, чем выдвигаться? У вас усталый вид!
— Боюсь, что у нас очень мало времени, — королева пожала плечами, — если не возражаешь, мы бы полетели прямо сейчас.
— Что мы ищем? — спросил Питер, снова превратившись в человека. В этот раз, оставшись наедине с Анной, он не стал утруждать себя созданием иллюзии одежды.
— Следы, — ответила Анна, — любые следы. Или знаки.
— Мы в пустыне, — Питер развел руками, — какие могут быть следы на песке?
— Вот такие, например, — Анна подошла к большому черному валуну, скрытому от поверхностного взгляда между барханами. У валуна были идеально отполированные грани, загадочно блестящие в свете ярких южных звезд и молодой луны. Сразу за валуном прямо из песка торчал засохший скелет молодого деревца. Как вся эта конструкция могла существовать посреди океана песка, с колоссальными перепадами температур, и частыми песчаными бурями, было совершенно непонятно.
Питер чуть присвистнул, и начал спускаться к деревцу и камню. Анна поежилась, глядя на его голую спину. Хорошо, что ее лыжную экипировку успели постирать и высушить — разумеется, магическим путем — пока они пили чай. В комбинезоне было тепло и уютно.
— Все никак не могу привыкнуть, что тебе комфортно в разных холодильниках, — королева чуть поежилась.
— Не то, чтобы комфортно, — Питер пожал плечами, не оборачиваясь, — просто холод меня достать не может. Внутри слишком много огня.
— Поэтому мы бережемся от солнца и перегрева, — чужой голос разнесся над барханами, и заставил их вздрогнуть. Казалось, говорила сама пустыня. Питер рванул назад к Анне, закрывая ее своим телом. Одновременно он вертел головой во все стороны сразу, стараясь обнаружить угрозу. Поэтому первым заметил низенькую, сгорбленную фигурку с посохом, перевалившую через ближайший бархан.
— Если внутри много огня — не стоит касаться сухого дерева, — сказала она сухим, старческим голосом, похожим на шелест.
— Кто вы? — Спросила Анна, выглядывая из-за спины Питера.
— Добро пожаловать, сестра, — кивнула фигура, и скинула на плечи широкий клобук, — мы давно должны были познакомиться. Но ты все никак не спешила приступить к своим обязанностям.
— О чем вы? — Растерянно спросила Анна.
— Я про обязанности Владычицы Стихии Воды, — со вздохом ответила старуха; она встала так, что в свете луны, и без клобука, стало возможным разглядеть ее лицо — высохшее, сморщенное, но еще хранящее отпечаток аристократического благородства, — я все надеялась, что ты вернешься. И вот наша Вода прилетела верхом на драконе… о таком будут долго рассказывать в сказках, легендах и эпосах. Если этот мир, конечно, переживет очередное возрождение Алого Короля. А он переживет?
Анна беспомощно посмотрела на Питера; тот успел сотворить одежду, но по-прежнему стоял в настороженной позе между своей королевой и старушкой.
— Книга, из другого мира, где написано про Алого Короля, — она, наконец, собралась с мыслями, — это ведь ты передала мне?
— Я, — кивнула старушка, и добавила без всякого перехода: — Подойди сюда. Потрогай это деревце.