Да здравствует королева! (СИ)

— Ты мог бы опознать его голос, если услышишь снова?
— Простите, милорд. Сомневаюсь.
— А узнать ту часть лица, что видел?
— Помилуйте, прошу! Мы говорили всего дважды, а ко мне в лавку приходят десятки человек каждый день, пусть в основном и смотреть…
— Дважды? — нехорошо уточнил Шинар. — Один раз, чтобы заказать дурман, второй — забрать. А соль?
— О! — Торговец живо мотнул головой. — За солью… он явился не сам, а прислал слугу. Какого-то громилу-хама с запиской! В той говорилось, что господин не может увидеться со мной лично, но вновь готов платить. И объяснялось, что ему нужно.
Мужчина даже взял себя в руки и уже спокойно, хоть и горько рассказывал, что бумагу ему сунули под нос. И что в послании неизвестный дворянин сразу предложил уехать из города после сделки. А заплатил много… на год вперёд хватит.
— И что, великие деньги тоже со слугой послал? — прорычал Шинар.
— О нет. Дурман я ему передавал не в лавке — в одном неприметном уголке… Там же и нашёл плату, как к солью разделался. — Алхимик покачал головой. — Знаете, я тогда подумал — а может, и правда, забыть обо всём, уехать к сестре, да и зажить… спокойно!
Он перевёл на меня помутневший взгляд:
— Вы же не наказываете кузнеца за то, что он продал меч какому-нибудь убийце. А я торгую порошками, которые можно использовать по-разному. Но с этим «разным» — о, проблем не оберёшься! Я не в первый раз виноват, что мои труды кому-то навредили, зато если они спасают жизнь — что ж, в лучшем случае услышу «спасибо».
Шинар глянул на меня, рассуждая явно не о судьбе узника.
— Записку сохранил?
— Где там. Этот головорез её быстро отнял.
Про громилу-хама мы тоже спросили. Торговец описывал его как бородатого, неопрятного типа. Кроме роста и ширины плеч ничем, в общем-то, не отличающегося.
А в груди всё росло и росло напряжение.
— Пожалуй, достаточно. — Шинар вдруг отодвинул стул и обратился к командиру, столбом застывшему у двери: — Вы всё слышали. Запишите его слова, пока не забыли, и заприте мерзавца. Да, леди Лиата?
— Да, — выдохнула я.
Как он заставил торговца пораниться, как мы вышли из камеры и двинулись по коридорам назад — я едва запомнила. Просто шагала, высоко держа голову. Остановилась тогда, когда рука жениха коснулась плеча — он попросил меня зайти в каморку охраны, а остальных подождать за дверью.
— Ты проверишь его слова сейчас? — спросила я первой, тем не менее. Боясь дать слово мужчине.
Тот смотрел мрачно.
— Лучше не тратить время.
— Почему?
Шинар вздохнул. Потом приблизился на шаг и заговорил чётко, без жалости:
— Ты же понимаешь, что первый из людей, которых этот подлец описал, слишком похож на Сарена? И твой брат — практически единственный из приближённых к трону, кого мы не проверили!
Я вздрогнула, вопреки предчувствиям.
— Он похож на тысячи литанийцев.
— Худой, невысокий блондин. Молодой и благородных кровей. Немногословный, с тихим голосом.
— Что если алхимик врёт?!
— Он наверняка врёт! — возразил жених. — Выгораживает себя как может. И чтобы проверить слова о заказчике, нужно допросить его снова — через несколько часов, задавая лишь вопросы по делу. У нас нет этого времени.
— Шинар…
— Почему ты так не хочешь поговорить с братом начистоту? — Маларец пошёл в наступление, на миг показалось, что его глаза сейчас обожгут меня, по-настоящему. — Боишься, что худшее окажется правдой? Если мы сейчас не допросим Сарена, то станет поздно.
Он остановился и качнул головой. Я сама не могла успокоить дыхание.
— Идём к Аделику, — сказал Шинар мягче. — Я сам всё объясню.
Руки сжались, до боли. Я не ответила — просто толкнула дверь.
Но путь наш лёг именно к молодому королю.
* * *
По дороге я говорила мало. Мысли вертелись в голове, не находя выхода. Сердце стучало слишком сильно, а ноги слабели, не желая нести вперёд.
Однако пришлось рассказать Диларию и его людям, что может произойти — и к моему изумлению, учитель занял сторону жениха:
— Леди Лиата… Мы все слышали одно и то же. Нужно узнать, что тут думает принц Сарен, правда.
 
Наверное, я глянула на него с болью — но повернулась к Шинару:
— Верно. Узнать, что думает, а не арестовывать его.
В глазах жениха мелькнула странная смесь — и решимость, и грусть… и даже понимание.
— Я буду вежлив, — обещал он.
Вот коридор упёрся в маленький холл, где видна боковая дверь тронного зала. И стоило не дойти до неё с десяток шагов…
Створка распахнулась. Прямо мне навстречу вышел лорд Сирхем, а за ним — ещё двое в алом и несколько слуг. Целый отряд! Мы застыли друг напротив друга.
— А я-то думал, хоть тут король обойдётся без вашего присутствия, — бросил главный из асхемцев Шинару. Затем прищурился на меня — и двинулся прочь.
Жених проводил его хмурым взглядом, но решил в итоге:
— Не сейчас. — И кивнул на дверь.
Встреча Аделика с придворными была ещё в разгаре. Я с тревогой представила, что она может затянуться и до вечера — если хватит терпения брата. От возвышения, где восседал на троне король, нас отделили колонны и спины вельмож. Не меньше трёх десятков придворных собрались в зале и слушали речи правителя. На наше появление ближайшие обернулись. Дамы приседали в реверансах, мужчины кланялись…
Отвечая им взглядом, я не сразу поняла, что творится у трона.
Перед Аделиком застыл в подобострастной позе один из лордов и рассказывал о разногласиях с другим дворянином. Брат слушал его с усталым и каким-то отрешённым лицом. За спиной короля поддерживали Неллер с Балуаром, как два советника… и Сар, как прямой наследник.
Все в сборе, иначе не скажешь. О Боги, это будет трудно! Что теперь — подождать?
Шинар, увы, тратить время не был намерен.
— Идём.
Мы пронзили толпу придворных, цепочку охраны, и жених сходу перебил вельможу:
— Простите за вторжение. Ваше величество. — Он поклонился быстро, но учтиво, а затем глянул на лорда: — Барон. Надеюсь, вы не возразите, если я попрошу вас прерваться всего на пять минут. Дело срочное.
Пожилой мужчина замялся на полуслове, двинул губами… и явно не сразу сообразил, как быть. Но маларский принц уже смотрел на Аделика, и лорд действительно счёл отступить самым лучшим вариантом.
— И вы туда же? — странным, едким тоном произнёс брат. Я оглядела остальных — советников и Сарена. Они все приготовились слушать…
Когда барон отошёл далеко, а шепоток за спиной стих, Шинар продолжил:
— Ещё раз прошу прощения за спешку. Однако мне правда нужно поговорить с вами.
В ответ Аделик… вдруг нервно усмехнулся:
— Говорите здесь. Сирхем до вас не стеснялся в выражениях — даже интересно, удивите ли вы меня ещё чем-нибудь.
Я глядела на брата, с трудом веря ушам. Нет. Не так всё должно сложиться!
Но Шинар подошёл ближе и начал тихо:
— Хорошо. Позвольте мне допросить вашего брата. — Он чётко глянул на Сарена. — На основании слов алхимика, с которым мы провели беседу только что.
Вот теперь лицо Аделика вытянулось.
— Что?.. — Сар опешил. Сделал полшага вперёд… и не понять, гневно или испуганно. — Меня в чём-то обвиняют?
— Торговец описал человека, приходившего за дурманом. Точь в точь похожего на вас.
Мне захотелось закрыть глаза. Не видеть, как брови Неллера взмывают вверх. Как Балуар открывает рот. Как Сарен бледнеет, сжимая губы, и изумлённо озирается.
Охрана Аделика тоже слышала — и я оценила, что тела воинов напряглись, руки уже скользнули ближе к мечам…
Даже с короля слетела усталость: он обернулся к брату, затем — вновь к маларцу и ко мне:
— Вы серьёзно? Лиата?
 
— Да, мне жаль, — всё что я сказала.
— Я всего лишь прошу милорда Сарена ответить на несколько вопросов. — Шинар продолжал наступать. — Так же, как отвечали герцог и святейший — люди, достойные уважения, правда ведь?
— Вопросов о чём? Не пытался ли я убить собственную сестру?! — воскликнул Сар.