Да здравствует королева! (СИ)
Десять минут спустя мы шли по коридорам. Решительно. Спокойно. И я боялась, как бы не слишком однозначно. Полдюжины стражников, наследный принц, мы с Шинаром — не та процессия, которую случайные свидетели могли забыть. Пара слуг низко поклонились нам, придворная дама застыла в глубоком реверансе, уронив взгляд.
Благо, путь до покоев Балуара был кратким.
Он должен ждать там — один из охранников подтвердил. Вот дверь отворилась, и стражники скользнули вперёд. Когда они заняли свои места и копья ударили о пол, Аделик вошёл с гордо поднятой головой. Затем проследовали мы — я, как безобидное украшение группы, и Шинар, нацепивший перевязь с мечом. И всё это чтобы застать врасплох немощного на вид старца.
Мы нашли святейшего за столом в кабинете. Он тут же порывисто встал. Воззрился на гостей, опустив руки.
— Ваше высочество! Лорд Шинар, Леди Лиата. Чем я обязан..?
Аделик набрал воздуха и выдохнул:
— Святейший, нас ждёт серьёзный разговор. Вы обвиняетесь в растрате средств казны, выделенных вам на переговоры с Асхемом. В неисполнении своих обязанностей. И в убийстве его величества Этара, моего отца.
Если Балуар и мог ждать подобного… изумление он сыграл безупречно. Лицо его побелело. Вытянулось ещё больше, резко. Широкие глаза обежали каждого из нас.
— Сядьте! — приказал ему Аделик, а затем махнул слугам: — Обыщите кабинет.
Двое стражников рванули с мест — исполнять. Старец ухватился за спинку стула, когда первый выдернул из стола огромный ящик. Тот грохнулся на пол, рассыпая белые, дорогие листы. Целую кипу исписанных бумаг.
— Если здесь есть какие-то секреты, тайники, ловушки, вам лучше сказать о них сразу, — подал голос Шинар.
— Вы… — Балуар запнулся, переводя на него взгляд, будто видя впервые. Старец всё-таки осел на стул, его губы раскрылись, что-то беззвучно шепча. Я вздрогнула, но остальные не придали значения. — Ваше высочество! Я не понимаю смысла обвинений. Убить вашего отца?!.. Я почти полжизни, уже тридцать лет исполняю его приказы… верой и правдой… Мне нечего скрывать.
— Плохо исполняете, — парировал Аделик, и по его сигналу я выложила на стол недавнюю стопку, которую принесла в руках.
— Леди Лиата, и вы тоже… — Старец несколько секунд глядел на бумаги, а затем, кажется, понял. Связал те разы, когда видел меня в кабинете у брата, с текущим положением. — И учитывая, что с вами принц Шинар…
— Начнём по порядку. Чтобы поддержать «добрые» отношения с Асхемом, вы получили пятьсот тысяч тар, — оборвал его Аделик, переходя к сути. — Которые успешно потратили, не оставив записей. Мой отец рассчитывал, что эти средства позволят вам получить в дар в пять раз больше — странное решение, но я не буду его оспаривать. Так всё было?
— Четыреста двадцать тысяч… — поправил Балуар словно безотчётно. — В остальном вы правы. Но…
— Но вы потратили одни деньги, затем другие и втянули нас в долги.
Балуар чуть вздёрнул голову.
— Вашему отцу было хорошо известно, куда эти средства уш… Да прекратите! — Он вздрогнул, когда рядом треснул ещё один ящик. — Ваше высочество, эти записи вы ищете? Они здесь, позвольте мне самому достать!
Я задержала дыхание, когда он вскочил и попытался отодвинуть полотно на стене. Что он может сделать? Выхватить оружие из тайника и навредить кому-нибудь из нас? Покончить с собой? Разум замутило — сама не знаю, откуда в нём взялись столь жестокие мысли.
Святейший не выглядел хитрецом, которого застали врасплох. Его руки слегка дрожали. Привычные черты осунулись — в страхе, от обиды? Таким я старца ещё не видела, хотя вряд ли стоит удивляться!
Он просто слишком… откровенно подавлен.
— Вот, — прошептал Балуар, когда ему позволили открыть тайник и извлечь оттуда очередную стопку. — Прошу, пожалуйста, давайте поговорим спокойно!
— Почему эти записи не у меня? — сжал зубы Аделик.
— Потому что так велел мне его величество Этар… Мой лорд, здесь речь о тех материях, которые мы хотели скрыть от посторонних глаз. — Балуар резко бросил взгляд на Шинара, на стражу, и поднял руки. — Мы так решили! Впрочем, вы можете решить иначе! Но здесь перечислены господа, которых мы считаем друзьями Литании, и цена их дружбы. Деликатные сведения, позволю заметить!
— Интересно, не считают ли эти господа Литанию вражеским лагерем?
О Боги, Аделик непреклонен, но слова святейшего больно кольнули грудь. А вдруг он не врёт? Вдруг то, что мы увидим, не предназначено… хотя бы для Шинара?
Жених стоял ровно, сложив руки на груди и словно пытаясь заморозить святейшего взглядом. Но моего брата не перебивал, всем видом демонстрируя уважение. Есть ли ему что добавить, на самом деле?
Аделик кивнул стражнику, чтобы тот передал ему стопку, и я лишь скосила глаза. Что же именно Балуар так тщательно скрывал? Его записи оказались… необычайно подробны.
Листы были исписаны мелким, порой ломающимся почерком. Взгляд схватил цифры и имена. А также даты, время встреч, описания мест и деталей, которые не удалось разобрать сразу — всё было записано настолько тщательно, что мне захотелось приоткрыть рот.
Будто каждое слово Балуар надеялся передать, если вдруг… не сможет донести лично?!
— Что ж, потребуется время, чтобы всё это изучить, — решил Аделик и пододвинул себе кресло. Старец приложил руку ко лбу и наконец тоже слегка успокоился на стуле.
— Учитывая, что с вами милорд Шинар, я не удивлён, что вы пришли искать врагов среди моих связей в Асхеме, — сказал он негромко. Выдохнул. Схватил воздуха ещё раз. — Ваше высочество, Леди Лиата… Меня можно обвинить во многом. В том, что наша родина оказалась в долгу — хотя о тратах полученных денег стоит спросить и лорда Неллера! В том, что я не смог защитить его величество Этара… Но в том, что именно я погубил вашего отца, — его голос дрогнул, — обвинения в этом разбивают мне сердце.
— Хватит ходить кругами, — Аделик лишь нахмурился, не поощряя спокойствие. — Отвечайте по существу! Вы должны были добыть деньги в дар, но взяли в долг. Как так вышло?
— Ваше высочество… переговоры и людские души — не всегда та наука, в которой доступен чёткий расчёт! Я договорился с его величеством Дархемом, что тот поддержит нас в тяжёлый момент. Так и должно было случиться. Но… — Балуар горько улыбнулся. — Всё изменилось зимой. Стараниями в том числе милорда Шинара, который стоит рядом с вами.
Жених резко усмехнулся.
— Не сомневался, что вы это скажете.
— Не сомневаюсь, что вы найдёте, чем ответить. — Балуар вдруг приподнялся, и в его глазах мелькнула ярость, которой я тоже не наблюдала… никогда раньше. — Я скажу, что вы вторглись в мои покои, милорд. Настроили против меня его высочество Аделика и леди Лиату! В то время, как именно ваши действия, ваши недавние требования в Асхеме расстроили наши отношения, перечеркнули всю мою работу — и вам об этом прекрасно известно!
— Что это значит? — вспыхнул Аделик. Обернулся к маларцу.
— Что ваш отец хотел мира и общего союза, как я и говорил, — Балуар лишь склонил голову. — И милорд Шинар этим… воспользовался по-своему. Он попросил руки вашей сестры, добился согласия. А после, уже зимой, побывал в Асхеме, и его миссия устроила там настоящий скандал.
— На какой почве? — Брат подался вперёд, и мне захотелось тоже.
— Потребовав отдать Маларии спорный участок земли на границе — небольшой, но важный. Несколько горных угодий. Уверен, эти требования подкреплялись историческими пактами, но в сути своей несли оскорбление. Они разъярили, настроили соседей против нас.
— Как именно?
— Возможно, всё вышло случайно — правда, милорд Шинар? — В голос Балуара вновь вернулась осторожность, которая мешалась со слабой горечью. — Или вы признаетесь, что разыграли партию? О вашем союзе с леди Лиатой к тому времени стало широко известно, достаточно было сделать пару намёков — и вот я уже получаю письма, в которых меня зовут вероломным подлецом!
— Вам лучше знать, с чего вас так зовут! — рыкнул Шинар. — Вы лебезите передо мной в один день, а в другой — сваливаете вину, передёргивая события!