Джейсон (др. перевод) (ЛП)

— Что ты имеешь в виду? — спросила она.
— Если человек имеет необычные сексуальные предпочтения, а нестандартный секс делает их счастливыми и если они состоят в серьезных отношениях, но продолжают заниматься только обычным сексом, то отношения обречены, потому что не важно, насколько сильно ты любишь ваниль, нужны и другие приправы.— Тебе хочется других приправ, но ты в них не нуждаешься, — ответила она.
— Джей-Джей, я специально подчеркнул это слово. Знаю по себе, что если меня не свяжут и не будут надо мной доминировать, я буду чувствовать себя несчастным, энергии станет меньше, и все будет работать не так, как задумывалось. Я признал, что это именно нужда, а не просто желание и как только я это признал, жизнь стала легче.
— Похоже на то, как я признала, что мне нравятся женщины и на то, как недавно поняла, что не хочу жить без подходящего мне, правильного мужчины.
— Да, похоже на то; ты приняла то, что бисексуальна, а не просто чистая лесбиянка, — сказал Натаниель.
— Чистая лесбиянка — это не оксюморон? — спросила она.
— Не думаю; я знал геев и женщин, которые были также консервативны, как и гетеросексуалы. Они все пытаются залезть только в одну коробку и воспринимают то, что кто-то пытается из нее выбраться, как нечто неправильное или даже злое.
— Не думаю, что то, что Джейсон нуждается в грубом сексе — зло.
— Но тебе не понятно, почему он удовлетворяет свои желания именно с Анитой, так?
— Без обид, Анита, но нет, не понятно.
— Без обид принято; так ты только что сказала, что хочешь заняться грубым сексом с Джейсоном? — спросила я, посматривая в зеркало заднего вида, чтобы видеть выражение ее лица.
— У нас он уже был.
— Насколько грубый? — спросил Натаниель.
— Грубый, — ответила она.
— Нет, дорогая, не по стандартам Натаниеля и уж тем более не по стандартам Аниты.
— Насколько секс должен быть грубым, что бы им он показался грубым? — спросила она.
Внезапно, я сконцентрировалась только на дороге, потому что не знала, как правильно ответить. Ответить честно на этот вопрос невозможно было, не выспрашивая детали, а этого я не хотела.
— Дело не в том, насколько грубо для меня и Аниты, а в том, насколько грубо для Джейсона, — ответил Натаниель.
— Хорошо, укуси меня, я сдаюсь; насколько грубым он должен быть для всех вас?
Я услышала небольшое движение позади и поняла, что Джейсон прижал ее к себе сильнее, в каком-то смысле. Я старалась следить за траффиком, но вы знаете, как легко отвлечься при определенных звуках.
— Мне не разрешено тебя кусать, помнишь?
— Я выступаю на сцене Джейсон и иногда у меня такие костюмы, что видно много кожи.
— По тем же причинам и я иногда не могу позволить следы укусов.
— Так в чем проблема? — спросила она.
— Ты не хочешь меня кусать, а я хочу тебя укусить.
— Я не понимаю, — сказала она.
— Надеюсь, к концу ночи поймешь.
Это была правда. Некоторые вещи не объяснишь, их можно только испытать самому или, по крайней мере, увидеть. Сегодняшняя ночь — про то, чтобы увидеть; я только не была уверена, что счастлива быть частью дикой природы, которую ей предстоит лицезреть.
  
Глава 3
 
Мы вернулись к обычном разговору, пока спускались по длинной лестнице, ведущей в подземелье Цирка Проклятых. Кивнули охране, сказали привет тем из них, кто числился в друзьях, и узнали больше о тренировках нового балета в Нью-Йорке. Натаниель рассказал о танце, который они поставили в Данс-Макабре, который был именно танцевальным клубом, а не стрип-клубом. Я не принимала участие в разговоре о работе, потому что моя была немного более тяжела для восприятия или пришлось бы рассказывать о еще не закрытых полицейских делах; еще одной причиной было то, что это убьет все настроение Джей-Джей. Мужчины, по большей части, спокойно могли говорить со мной о моей профессии.
Комната Джейсона была одной из самых укомплектованных, с ванной и огромным душем. Мы закрыли за собой дверь в спальню и повисло молчание, было слышна только работа кондиционера. Все комнаты были вырезаны в естественной системе пещер, так что на самом деле не нуждались ни в нагреве воздуха, ни в охлаждении, но иногда все-таки это было нужно, а Жан-Клод никогда не был скуп. Думаю, он разбаловал нас всех.
  
Джей-Джей поцеловала Джейсона и сказала:
— Пойду освежусь и переоденусь во что-нибудь более комфортное.
Она пошла в ванную, большая сумка качалась на плече. Я сказала ей вдогонку:
— Это на самом деле будет более комфортным или наоборот?
Она рассмеялась.
— Скоро все увидишь.
— Черт, это значит и мне понадобится нижнее белье.
Она оглянулась, пока открывала дверь.
— Ну, не знаю, голая ты тоже сойдешь.
Она мне улыбнулась с подтекстом и проскользнула в дверь, до того как я смогла ответить. Что было хорошо, у меня не было ответа. Я просто уставилась на закрытую дверь, внезапно почувствовав себя оленем на шоссе в свете фар.
Джейсон обнял меня.
— Не злись, хорошо? И помни, ей нравятся девушки гораздо больше парней.
Я достаточно вышла из транса, чтобы увидеть его лицо.
— Ты не единственный ее бойфренд, да?
— Нет, но только у меня с ней серьезные отношения.
Натаниель обнял меня с другой стороны и на минутку я оказалась в теплом уютном сэндвиче. Мне это нравилось и они оба об этом знали.
Объятия помогли мне успокоиться.
Натаниель меня поцеловал.
— Пойду принесу тебе белье и обувь.
— Я и сама могу, — сказала я.
Он ухмыльнулся.
— Ты долго будешь выбирать или используешь как предлог, чтобы долго не возвращаться; не волнуйся, я выберу что-нибудь подходящее.
С его доводами спорить я не могла, поэтому даже не пыталась. Я способна учиться. Он ушел, я осталась и Джейсон держал меня. Я поняла, что он меня держал не только потому, что хотел меня успокоить.
— Ты тоже нервничаешь, — сказала я.
— Никогда еще ни одна женщина для меня столько не значила, Анита; немного страшно.
— И восхитительно, — сказала я, держа руки вокруг его талии и смотря в весенне-голубые глаза. Он выглядел обеспокоенным и уже не пытался это скрыть.
— Да, — ответил он, — восхитительно, и страшно.
Я обняла его, положив голову в теплоту его шеи.
— Все получится.
Он обнял меня крепче, сила его рук прижала меня к нему.
— Надеюсь, Анита. Боже, очень надеюсь.
Мне хотелось и дальше его успокаивать, но нам нужно быть честными друг с другом. Я подалась назад, чтобы видеть его лицо и сказала:
— Я пыталась помочь Ричарду наладить отношения с несколькими его подругами и каждый раз не очень хорошо получалось.
— Как с Завистью, — сказал Джейсон.
— Ага.
— Думаю, если бы Ричард удовлетворял потребность в грубости с тобой, то не стал бы делать этого с Завистью.
Я пожала плечами.
— У него не хватало времени, чтобы видеть Зависть, встречаться с очередной земной цыпочкой и впихнуть еще и БДСМ встречи в свое расписание. У него в городе полноценная работа и целая куча семейных обязанностей с родителями, братьями и сестрами.
— Ричарду нравится очень грубый секс, почти никому в нашей стае такой не нравится; когда играешь так агрессивно, то не можешь просто пропускать ходы.
Я была согласна.
— Потому что все может смешаться и пойти наперекосяк.
Джейсон кивнул.
— Поэтому он и потерял Зависть.
На его лице отразилась грусть. Я переместила руки ему за плечи, сжала и немного покачала его.
— Забудь об этом; мы — не Ричард. Мы всегда больше заботились об общих потребностях, чем о своих и правильно расставляли приоритеты.
Он улыбнулся и улыбка почти дошла до глаз.
— Ты сейчас увидишь Джей-Джей и меня в одной кровати; встряхнись, если не отпустишь ни одной лесбийской извращенной шутки, я разочаруюсь.
Он улыбнулся мне в полный рот, улыбка наполнила его глаза сиянием.
— Если бы я сказал, что никогда не фантазировал о вас двоих в постели, я бы так сильно соврал.