Неуловимая Невеста (СИ)

  
Глава 9
 
Глава 9 
Отправив вестника сыну горного короля, лесной король посмотрел на младшую дочь. Та улыбнулась. 
– Дай мне три минуты. 
Король кивнул и спустился в тронный зал, где его уже дожидались двенадцать членов его Совета и двенадцать самых доверенных и опытных его воинов. 
– Пора, – объявил он им, мимоходом кинув взгляд на огромные во всю стену окна, убеждаясь, что дочь уже сделал то, что пообещала. За окном больше не шёл снег. – Пора! – повторил он, кивая головой на выход. 
  
Еще до того, как распахнулись двери парадного входа, Его Величество ощутил адский холод, ожидавший его и его спутников во дворе. Он запахнул поплотнее меховую накидку и коротко кивнул страже. Стражники распахнули дверь, и король в сопровождении членов Совета и верных ему дружинников шагнул на широкую парадную лестницу. 
Двери за их спинами тут же с грохотом захлопнулись, отрезая их от тепла. Кернунн и его спутники дружно поёжились, когда колючий холод двора хлестанул по их незащищённым лицам, словно ледяной плеткой. Ненамного меньше досталось и прикрытым лишь шарфом шеям. И всё же, поспешно накидывая на голову меховой капюшон, притопывающий ногами да похлопывающий себя руками в меховых рукавичках Его Величество довольно улыбался. 
Потому как не сомневался, обогреваемым лишь кострами да жаровнями горным лордам в такую погоду ещё более несладко. 
Вскочив на поджидавших их скакунов, небольшой отряд уверенно двинулся к покрытым толстым слоем льда и снега воротам, за которыми уже скрипел, опускаясь подвесной мост. 
Его Величество не боялся того, что враг воспользуется мостом для нападения на замок. Во-первых, поскольку ни сам он, ни его люди не собирались переходить мост, мост без проблем можно было поднять снова. Во-вторых, он сам лично поставил на стены самых опытных своих лучников. Посему, если вдруг кому-то из особо непонятливых командиров горных лордов придет в голову отдать приказ пересечь мост, то он и его люди в качестве дополнительного пояснения получат стрелу в лоб. 
Что же касается стрел противников, то на своей стороне рва лесной король и его свита находились под защитой мощных щитов, способных отражать не только магию, но и стрелы, и даже копья. 
Увидев, что Его Высочество принц Анхельм не спешит воспользоваться его любезным приглашением встретиться и дружески побеседовать на его территории, Его Величество забрал белое знамя парламентеров у советника, поднял его над головой и, сделав несколько шагов вперед, обратился к принцу. 
– Анхельм! – прокричал он и его голос, прорезав тишину, отчетливо прозвучал в кристально чистом воздухе. – Я даю тебе своё слово, слово лесного короля Кернунна, что у меня и в мыслях нет причинить тебе вред! Я хочу лишь поговорить с тобой! Выйди же и встреться лицом к лицу со мной! 
Не последовало никакого ответа. 
– Анхельм! – снова обратился он к вражескому принцу, ловко перехватив при этом знамя левой рукой, а правой выхватив из ножен меч и поднял его так, что сияния его начищенного до зеркального блеска металла невозможно было не заметить в лучах солнца. – Я, король Кернунн! Я пришел к тебе поговорить! Только поговорить! Ничего более! И я гарантирую твою безопасность! Выйди же! Докажи, что ты мужчина! Докажи, что ты отважный и смелый ВОИН, а не папенькин сыночек, способный прятаться исключительно за щиты своих воинов! – прокричал он и полным презрения жестом отбросил меч в сторону. Вслед за чем, ступил на мост и пошёл по нему. 
И снова не последовало никакого ответа. 
– Анхельм, я – не твой лживый отец и не ты! Моё слово нерушимо! Но ты, конечно же, судишь по себе! Хорошо! Я клянусь тебе и твоим сопровождающим! Клянусь в том, что не причиню тебе вреда! Клянусь, что хочу только поговорить! Клянусь своей землёй, своей кровью, своими дочерями! Теперь-то я надеюсь, вы, трусы, не побоитесь выйти ко мне и поговорить? – насмешливо поинтересовался он и не менее насмешливо добавил: – О вас же забочусь, замерзните ж ведь! Уж поверьте мне на слово. Или не верьте. Ваше право. 
В ответ на этот призыв с другого берега пришёл похожий на подземный гул низкий, глухой ропот. Это было высказанное не словами, но рыком и скрежетом зубов бешенство. 
Услышав хруст ломающихся копий, лесной король усмехнулся в бороду: «О как проняло! Будем надеяться достаточно, чтобы Анхельм не смог стерпеть нанесенных мной оскорблений и всё же решился пересечь мост». 
Однако минуты шли, а на другом берегу рва никто не появлялся. 
– Трус! – снова прокричал король. – Анхельм, ты такой же трус, как и твой отец! Хорошо, раз ты так боишься за свою шкуру, поговорим через ров, – прокричал он. Вслед за чем, прочитав заклинание магического усиления голоса, не став ходить вокруг да около, спросил: – Зачем ты привёл с собой шаманов, Анхельм? 
На другом берегу неожиданно громко заревел горн, повинуясь сигналу которого ряды вражеских воинов расступились, пропуская вперед себя группу из семи всадников на огромных боевых скакунах. Вначале, группа ехала вровень, но мост был слишком узок для семерых, поэтому шеренга всадников перестроилась в возглавляемый Его Высочеством принцем Ансельмом клин. 
Его Величество Кернунн сразу его узнал по блестящим на солнце украшенным драгоценными камнями доспехам. Да и в седле старший сын его извечного врага горного короля держался, как никто. Наследник горного короля был одет в белоснежную песцовую шубу, на голове – украшенная драгоценными каменьями песцовая шапка, из-под которой на его плечи спадали длинные цвета воронового крыла локоны. 
Принц и его жеребец словно бы были единым целым. И это целое было гордым, стремительным, властным и очень, очень разгневанным. 
Подбородок Анхельма был надменно вздернут, блеск горящих яростью глаз был виден Кернунну даже издали. Эти глаза говорили, что Его Высочество едет не разговаривать, а воевать. 
«Что не такой приём ты ожидал, мальчишка?!» – усмехнулся про себя король и, сузив глаза, в упор посмотрел на скачущего во весь опор принца, который, казалось, и не думал останавливать своего коня. 
Расстояние быстро сокращалось, но Его Величество стоял на пути принца, как скала. 
«Хочешь проверить мощь моего щита, что ж, я предоставлю тебе такую возможность, щенок, – насмешливо думал он. – Вот только вряд ли тебе это понравится!» 
На его счастье, щенок оказался не так глуп, как о нём подумал лесной король: буквально в метре от него принц резко потянул на себя поводья. Верный конь его не подвёл и стал, как вкопанный. 
– Как всё это понимать, Кернунн? – надменно поинтересовался он, не сходя с коня, что позволяло ему смотреть сверху вниз на короля, который, благодаря своему богатырскому телосложению, значительно превосходил его по росту. – Ты и мой отец заключили договор! И ты его подписал! И вот как ты придерживаешься его условий! Вот как ты чтишь данное тобой слово! И после этого ты ещё смеешь заявлять, что твоё слово нерушимо! И обвинять меня и моего отца во лжи и трусости?! 
– Смею, – спокойно ответил лесной король. – Смею, потому что ты и твой отец первыми нарушили свое слово. Скажи мне, мальчишка, ты и твой отец, вы меня совсем за дурака держите? Вы, в самом деле, думали, что я не пойму, с какой целью ты прихватил с собой шаманов? 
Принц Анхельм изобразил недоумение. 
– Не понимаю, о чём ты. Мне предстоял долгий и сложный путь в недружественное королевство… Так что, да, я взял с собой шаманов. И, как показали произошедшие в дороге события, в том числе, и самое последнее, очень правильно сделал. 
Лесной король покачал головой и усмехнулся. 
– Другими словами, всё в силе, и я могу отдать приказ челяди продолжать приготовления к свадьбе? Точнее, к семи свадьбам?
– Разумеется, всё в силе, – кивнул горный принц. – И всё согласно букве договора, в котором ни слова не сказано о том, что свадьбы должны быть сыграны в лесном королевстве. Поэтому, извини, Кернунн, но я не понимаю, о приготовлениях к каким свадьбам ты говоришь.