Бывшие. Нас просто не было (СИ)

Кирилл тем временем действительно помогает мне с букетом: достает вазу из-за дивана, споласкивает, наполняет водой. Даже умудряется сам подрезать цветы.
В итоге происходит очень быстро: Дина послушно позволяет себя одеть и доверчиво протягивает освободившемуся Киру ладошку.
— Твой затравленный взгляд ничем не обусловлен, — роняет он серьезно на выходе. — Я просто хочу помочь.
— Это лишь удивление. Не больше.
— Тебе немного странно. Я все пониманию.
Такая же фраза очень точно отложилась в памяти.
Именно так сказал Кирилл в ответ на мой отказ выйти к нему на работу. Он лишь пожал плечами и заверил меня, что все понимает.
— Отдохни, пока нас не будет. Думаю, часа четыре минимум. Уверен, Дина в машине поспит.
— А кресло! — спохватываюсь я.
— Уже стоит.
— Правда?
— Да.
Я в полнейшей растерянности. Он же сам брюки застегнуть не мог. А тут детский замок. Хотя еще неизвестно, что легче.
Начинаю обуваться.
— Ты решила рвануть с нами?
Кирилл, нахмурив брови, наблюдает за мной.
— Я помогу ее пристегнуть.
— Вера. Мы справимся. Тебе нужно немного отдохнуть. Используй время с пользой. Мы тоже повеселимся. Не переживай. Твоя дочь в надежных руках, — и слабо откашлявшись, добавляет: — то есть руке.
Даже странно, что веселиться они станут без меня…
Они ушли, а я долго не могу найти себе места. Уснуть не выходит, но заняться чем-то нет сил. На душе волнение.
Спустя полчаса я уточняю в смс у Кира, все ли в порядке.
В ответ получаю фотографию: Дина держит в руках банковскую карту и пытается примостить ее к терминалу. Лицо сосредоточенное, серьёзное. Она так мило выглядит. Забавная.
Моя малышка… я ее очень люблю. Мы с ней редко расставались раньше. А теперь и подавно. И от этого на душе еще неспокойнее: непривычно слишком.
Я: «Спасибо».
Кир: «Не за что. Скоро тебе привезут обед. Я попросил не будить и оставить пакет на ручке двери. Скину тебе смс, как закроют заказ».
  
Глава 24
 
— Ну вот. И ничего не случилось. Мы замечательно провели время, — довольно заявляет Кирилл.
Час назад он привез Дину домой и спросил разрешения у нас задержаться.
Я и сама не поняла, как так вышло, что я сижу укутанная на диване, в руках у меня кружка ароматного чая с лимоном, на подставке подлокотника красуется маленькая тарелочка с мёдом, которого, конечно, до приезда Кира у меня дома не было. А еще миниатюрная чашечка с очищенным мандарином, заботливо разделенным на дольки.
Кириллу немного помогала Дина, но вместе они довольно быстро управились.
— Ну, — со смехом уточняет Кир, — почему не принимаем лекарства?
— Согревающее еще слишком горячее, — капризничаю я хитро.
— Тогда кушай витамины, — он, предлагая заодно и Дине, подвигает ко мне чашку с фруктами. Убедителен до чертиков. — Пора выздоравливать.
— Ты меня разбалуешь.
— А… — гость начинает шутливо оглядываться. — Разве здесь кто-то против?
— Кирилл, — смеюсь я, сбрасывая с себя одеяло. Жарко.
— Что?
— Вот уж не думала, что ты такой шутник и весельчак.
— А какой я по твоим меркам? — он лукаво прищуривает глаза.
— Ну… ты… — я позволяю себе немного задуматься. — Другой.
— Я другой или ты меня другим запомнила и никак не можешь перестроиться? Давай-ка проясним, — гримасничает он и наклоняется к Дине. Они вместе строят забавные рожицы.
— Запомнила тебя другим.
— Каким же? — заинтересованно уточняет он.
— Серьезным. Вдумчивым. Строгим. Педантичным. Справедливым, — перечисляю я уверенно.
— Другими словами можно назвать меня скучным, унылым и пресным.
— Неет, — я бесконечно смущаюсь. Не то хотела сказать! — Совсем нет. У тебя довольно выраженное собственное мнение, ты знаешь, чего хочешь, тверд….
— Все ясно. Я еще и зануда, — печально вздыхает он.
— Я этого не говорила!
— Но воспринимала меня именно таким?
— Наоборот, мне казалось, ты до ужаса деловой и правильный. И так боязно иногда было показывать свою бесшабашность.
Которая со временем куда-то испарилась. Да, жизнь вносит свои коррективы, потихоньку обтачивая нас. А иногда и, совершенно не смущаясь, хорошенько прикладывает головой об стену.
 
— А мне наоборот, было страшно оказаться для тебя скучным дряхлым стариком.
— Можешь об этом не беспокоиться, такого точно не было.
Он отхлебывает кофе и косится на зевающую Дину. Дочь уже вымоталась. Я читаю его мысли и подтверждаю:
— Пора Дину укладывать…
Мой прозрачный намек не остается незамеченным, более того, Кирилл удивляет и дальше:
— А можно, когда ты ее переоденешь, я ей почитаю на ночь?
С чего бы? Челюсть моя отвисает.
В комнате повисает напряженное молчание. Нет… конечно, я не против, но лучики скупой надежды, озаряющие лицо Кирилла, отчего-то кажутся такими яркими и искренними.
Это вызывает у меня замешательство и ставит в тупик.
Кирилл приоткрывается с новой стороны каждый раз. Как ему это удается?!
— Ты всегда с ней очень ласков. Так любишь детей?
Кир лишь пожимает плечами, не удостаивая меня ответом.
— Конечно, любишь, это заметно, ты с таким трепетом всегда смотришь на Дину. Кажется, даже немного странным, что у вас с женой не было детей, — произношу я до того, как осознаю всю некорректность брошенной фразы. Мало ли какие у них с женой были проблемы, это совершенно бестактно лезть в его личную жизнь. Приоткрывать все личное, глубоко засевшее я и сама не готова.
— Что-то я не о том, — сухо извиняюсь я. — Да, думаю, Дине понравится, если ты ей почитаешь.
Я быстро искупала дочь и подготовила ко сну. Они вместе с Киром выбрали книжку и теперь читают в комнате, а я дожидаюсь гостя на кухне.
Это удивительно. Насколько тепло с ним рядом. Он правильно сегодня спросил: я вижу его таким, каким он мне казался раньше, или же смотрю трезвым новым взглядом.
И теперь понимаю, что это огромная разница.
Раньше он был для меня опытным наставником, интересным привлекательным мужчиной, общение было с перчинкой — расстояние ведь. Серьезный, строгий, всегда подсказывал, направлял и делился своими мыслями. Он был для меня недостижимым неопровержимым идеалом. Я сама вознесла его до небес.
Сейчас все совсем не так. Он мне не начальник, не куратор, он просто мужчина, который почему-то находится рядом, хотя причин для этого нет.
Не тот идеал, которого я боготворила раньше, но тоже очень хороший.
Когда мы встретились вновь, я и не думала об этом, а сейчас почему-то хочется спросить: не жалел ли он, что тогда предпочел вернуться в прошлое, сделав шаг назад, перечеркнув будущее со мной.
— Уснула, — Кирилл, незаметно подкрадываясь, переставляет стул ближе ко мне. Вальяжно усаживается рядом и заглядывает мне в глаза. Чувствовать мощное физическое притяжение к нему так странно. Словно теплой волной окатывает. И будоражит…
Его взгляд открытый и ясный.
Я только сейчас обращаю внимание на неброскую ямочку на его подбородке. На то, что глаза у Кира голубо-серые, пронзительные, а радужка глубокого темно-синего оттенка, с яркими лазурными вкраплениями.
И меня к нему тянет…
— Ну так что, — Кирилл отводит в сторону загипсованную руку. — Значит, от моего предложения ты не откажешься?
— Какого из? — уточняю я шутливо.
— Пикник. Я же обещал. Будешь хорошо себя чувствовать, выздоровеешь и поедем. Отказов не ждать?
— Нет, это ведь прекрасная идея.
— Рад слышать. Ты так и не рассказала, что решили на собеседовании, — любопытствует он.
Я нашла интересное предложение: работа из дома, но полдня нужно быть на связи. И еще раз в неделю по пятницам необходимо быть в офисе весь день. Перед болезнью я успела пройти собеседование, но по результатам решила, что это не то, что мне нужно.
— Немного разочарована, ожидала другого.
— Отказ?
— Да. И не надо так громко радоваться.