Истинная. Перерождение. Второй шанс для темного мага (СИ)

Поэтому когда ладони любимого снова скользнули вперед, я прижалась к ним грудью, пытаясь поймать прикосновение. Келлфер тихо рассмеялся и чувствительно, восхитительно сжал пальцы, даря желанную ласку. Я не ожидала такой силы ощущения, этой пробившей меня насквозь молнии, и выгнулась под его руками, понимая, что не могу совладать с собой. Он сжал пальцы снова, покрывая поцелуями мою шею сзади. Я ощущала, как дрожит его напряженный пресс, как скользко на спине ощущается его возбуждение. 
-Келлфер, - прошептала я. 
Он продолжал ласкать мою грудь – только грудь! – хотя я так хотела, чтобы любимый притронулся ниже. 
-Пожалуйста! 
Он снова засмеялся – тепло, хищно, довольно, страстно. Я откинулась назад, позволяя его губам исследовать мое горло и подбородок.
Не понимая, что делаю, я сама скользнула по своим бедрам руками, ниже, надеясь коснуться отяжелевшего лона, в котором горел такой огонь, что мне казалось, я сойду с ума, если не удовлетворю его. Смеясь, Келлфер поймал мои руки и не дал мне сделать этого, а вместо того рывком развернул к себе лицом, и я задохнулась от нежности и страсти, что увидела в глубине зеленых глаз. 
И от силы. Он понимал, насколько мне хорошо с ним. 
Подняв руки над моей головой, Келлфер поцеловал меня. Этот поцелуй отличался от всех, что были у нас до того. Наконец Келлфер не сдерживался! Только сейчас я осознала, как же хотела, чтобы этот самоконтроль был сломан – и обнажил страсть, горящую и во мне с момента, как я увидела его во дворе Обители. 
Уже не помня себя, я попыталась податься к нему бедрами навстречу. 
Твердый. 
Вода парила, я задыхалась в этом пару. И мне так хотелось, чтобы он продолжал, а любимый лишь смотрел на меня, чуть отодвинувшись, прямо мне в лицо. И улыбался. 
-Келлфер… 
-Да, малышка, - ответил он. 
-Пожалуйста… 
Я не успела договорить, как он поймал отзвук моей мольбы своими губами и приподнял меня, насаживая на себя. Медленно, сладко. Кажется, я закричала ему в рот, когда он оказался во мне так глубоко, как никто до него. Поддерживая меня под бедра, Келлфер начал двигаться – не отпуская рук, не прекращая целовать. 
И я извивалась на нем. 
Я никогда не вела себя так! Мне казалось, он заполняет меня всю, всю целиком, и все равно нужно было больше. Я сцепила лодыжки за его поясом, так не хотела, чтобы он выходил. Словно слыша мое желание, Келлфер оказался еще глубже, еще. Мне казалось, я не могу двинуться, но он скользил – быстро внутрь и медленно, невероятно медленно, текуче, - наружу. Так, что я изнывала и стонала от каждого движения. 
Наконец, он отпустил мои губы, и я застонала от удовольствия в голос, выгибаясь, чтобы оказаться ближе. Я умоляла его нарастить темп, но он продолжал дразнить, двигаясь неспешно, беря меня целиком, всю, без остатка. 
Передо мной светились силой отяжелевшие от страсти зеленые глаза. Я смотрела в них, сходя с ума от наслаждения. 
-Моя, - выдохнул он низко. 
-Твоя! – закричала я в ответ, достигая пика. 
И тогда Келлфер вошел еще острее, так, что во мне не осталось ничего, кроме него и его горячего семени.
  
Эпилог
 
Альвиар показался мне почти чужим. 
Меня не было всего несколько дней – а в милых моему сердцу местах все так изменилось. Подумать только, три года! Так много! 
Я шла по родным тропинкам Зеленого Дола, потускневшего, лишившегося мудреной защиты, немноголюдного. Мимо лип и каштанов, по узким дорожкам, через бывшие служебные корпуса. 
Келлфер молчаливой тенью следовал за мной. Развернувшаяся между нами эр-лливи пульсировала, умножая наши чувства, и мне не нужно было поворачивать голову, чтобы знать, как я знала саму себя: Келлфер счастлив. 
То и дело нам навстречу попадались раненые и больные – простаки, без таланта. 
-Они продолжают лечить, - с нежностью сказала я. – Поразительно. После всего. 
-Роберт утверждает, что Ула прекрасно управляет Обителью, - отозвался Келлфер из-за моего плеча, и мне захотелось ощутить жар его объятий. Словно услышав мое желание, он шагнул вперед, укутывая меня в плащ и даря ласку. – Я не сомневаюсь. Она способная девочка. Со временем, думаю, к ней присоединится и Теа. 
 
-Келлан вылечит ее? – поежилась я. 
-Теа вполне способна вылечить себя сама, - отозвался Келлфер, гладя меня по плечам. – Тот миг, когда она осознала свое падение, был исключением. Теперь Теа не успокоится, пока не сживет со свету каждого с`аара и не излечит каждого пострадавшего. 
. 
-Я бы не хотела видеть Теа здесь, - подошла к нам Ула. – Добрый день. Я очень рада вас встретить. 
Она тоже поменялась: испуганный взгляд сменился уверенным, и хотя Ула по-прежнему выглядела юно и неброско, не думаю, что кто-то ставил под сомнение ее авторитет. Я заметила, что она одета в серый цвет, а не белый, как одевались служащие Обители раньше. 
-Ула, - бросилась я к ней. Девушка немного смущенно обняла меня, а я обернулась к Келлферу, но тот здороваться не стал, только кивнул. – Я тоже так тебе рада! 
-Это глупо, Ула, - заметил Келлфер. – Теа – великолепный целитель, каким ни одному из ваших учеников никогда не стать. И очень сильный лидер. 
-Нам не нужен великолепный целитель, - твердо возразила Ула. – Хватает наших сил. И лидер не нужен тем более. Я не хочу ее видеть. Никто из выживших не хочет. Ей не место здесь. 
-Цион с тобой не согласится, - предположила я. 
-Я прогнала его, - опустила глаза Ула. – Он темный, а я больше не хочу думать о том, к кому можно, а к кому нельзя поворачиваться спиной. У нас и так масса дел. Снова эпидемия стылого пота. 
-Спасибо, что восстановила Обитель, - сжала я ее узкие ладони. – Так и должно быть. Ведь люди здесь не были злодеями. Наоборот, это не произошло бы, не верь они в свет и правильные идеалы. 
-Лариана, - тихо перебила меня Ула. – Мы не говорим об этом. Стараемся забыть. Ты не представляешь, какой хаос поднялся, когда Теа пропала. Это место осаждали несколько армий. Они умоляли – и были готовы убивать. Требовали ее. А потом прокатилась волна смертей среди именитых – тех, кого наставница лечила. И во всем обвинили нас. Мы бы не выжили, нас хотели уничтожить все знатные дома Империи. Только Роберт с Келланом вступились за нас, мы полтора года прятались в Приюте. Но кто-то до Приюта не дошел. – Она немного помолчала. – Я не хочу говорить о паразитах. Они гниют в темницах ордена, и все здесь пытаются сделать вид, словно их и не было никогда. Пожалуйста, не рассказывай никому о них. 
. 
-Они же не могут вычеркнуть с`ааров из памяти? – обратилась я к Келлферу, как только мы прошли сквозь ворота. 
-Ты не права, малышка, - мягко ответил тот, приобнимая меня. – Роберт и Келлан постановили, что не стоит альвиарцам в массе знать о том, что произошло – и это верное решение. Вся вина на Теа – пусть. Это лучше, чем пугать людей паразитами, которые поражают только светлых. 
-Наверно… - прошептала я, беря его руку своими. – У тебя нет ощущения, что мы вернулись поздно? 
-Нет, - качнул головой Келлфер. – Этот мир принадлежит нам. Мы всегда вовремя. Лечи его, если хочешь, но не вини себя. Ты так любишь себя во всем винить, моя светлая Лариана. 
Я вгляделась в суровое, красивое лицо: 
-Ты часто называешь меня светлой. Это раздражает тебя? 
-Ничуть, - мягко улыбнулся Келлфер, и я ощутила, как связь полнится нежностью. – Мне очень нравится, что ты светлая. И я переверну этот мир, чтобы ты могла оставаться такой. 
Я обняла его за пояс и закрыла глаза. 
-Не знаю, что теперь делать, - призналась я грустно. – Будто я тут больше не нужна. 
-Это очень просто, - рассмеялся Келлфер, целуя мои волосы. – Для начала выйти замуж. Затем отучиться в Приюте, где директором будет твой собственный сын. Можно помогать мне освобождать твоих бывших друзей от с`ааров, можно – развиваться как лекарь, можно – смотреть этот мир и любые другие. И делать все, что захочется.