Раздвоение соседки (СИ)

- Ну, если ты выпаливаешь все, что приходит тебе в голову, некоторые парни могут испугаться.
- А ты бы испугался?
- Меня такой фигней не напугаешь.
Я надеялась, он скажет: «Мне нравятся чокнутые», или что-то в этом роде. Но он не сказал.
- Тоже мне, советчик нашелся, - фыркнула я. – Советовать он мне собрался. Может, ты, заодно, дашь мне несколько полезных советов о том, как вести себя в постели?
- А что, нужны советы?
Гоша смотрел на меня из-под полуприкрытых ресниц, выражение его лица как-то изменилась...
- Ты что, представляешь меня... в неприличном виде? – догадалась я.
Он как будто очнулся.
- Я не виноват. Ты сама об этом заговорила. У меня просто богатая фантазия.
- Ты представлял меня голой?!
Я была возмущена до глубины души. Я не давала разрешения на такие картинки!
- Э-э... ну да. Немного.
- Я тогда тоже тебя буду представлять!
Я замолчала и сосредоточенно запыхтела.
- Ну как? – заинтересованно спросил Гоша.
- Прекрасно, - чистосердечно ответила я.
- Все подробности просматриваются?
- Да ну тебя! Ты такой пошляк!
Я почувствовала, что мои щеки заполыхали румянцем.  И, чтобы скрыть неловкость, снова схватилась за бутылку с вином.
Мы перешли на нейтральные темы. Поговорили о любимых фильмах. О сериалах. О музыке. Я призналась, что ненавижу джаз. Зачем я это сказала?! В нашем разговоре возник призрак Анфисы. Я не хотела о ней говорить. И Гоше казалось, что он знает, почему.
- У вас напряженные отношения? – спросил он.
- Да.
- Часто ссоритесь?
- Скорее, почти не общаемся. По-настоящему. Не знаю, как это объяснить.
Вообще-то, знаю. Анфиса – это я. Разговаривать с самой собой – это маразм. Вот и все объяснение.
- У вас не бывает разговоров по душам, - сообщил Гоша.
- Ага, - я согласилась.
Да, не бывает.
- У меня с братом также. Он ведет себя так, как будто я до сих пор бестолковый пятиклассник, помешанный на фильмах про шпионов.
- Тебе нравились шпионы?
- Агент 007 – до сих пор мой кумир!
- Обожаю его! Из тебя бы получился отличный Джеймс Бонд. Даже лучше, чем Пирс Броснан.
- Он твой любимый Бонд?
- Он красавчик!
- Слишком красавчик.
- Кто бы говорил!
Я это сказала? Я почти прямым текстом сообщила ему, что считаю его невероятно красивым...
К счастью, Гоша пропустил мимо ушей мое откровенное замечание. И, к несчастью, он снова вернулся к Анфисе. Я не хочу о ней говорить!
- Кажется, я ни разу не видел вас вместе. Так, чтобы вы стояли рядом, - задумчиво произнес он.
О, господи! Неужели он догадался? Что мне делать?
Мне очень хотелось заползти под скамейку, на которую мы недавно приземлились.
Но он не догадался. На уме у него было совсем другое. Такое, за что я чуть не затолкала под скамейку его.
- Есть такая классическая мужская мечта – переспать с близняшками. Вы с Анфисой почти как близняшки...
- Что?!
Я вскочила со скамейки и нависла над ним в самой грозной позе, на какую была способна: уперев руки в бока и устрашающе сверкая глазами. Я прямо чувствовала, как из глаз вылетают молнии. 
- Я что, сказал это вслух? – Гоша растерянно захлопал глазами.
- Да!
- Случайно вырвалось. Это все вино виновато.
Я выхватила бутылку из его руки и замахнулась. Я готова была обрушить ее на голову своего совершенно распоясавшегося соседа.
Гоша тоже вскочил и отобрал у меня бутылку.
- Спокойно. Это была шутка.
- Идиотская шутка!
- Согласен. Приношу свои глубочайшие извинения.
Я фыркнула.
Гоша выбросил почти пустую бутылку в урну.
Мы пошли гулять дальше. В напряженном молчании.
Через несколько минут я сказала, что хочу домой. Гоша вызвал такси. Мы загрузились в машину. У меня слипались глаза. Я изо всех сил старалась не уронить голову на плечо своего провинившегося соседа. Он недостоин того, чтобы моя голова лежала на его плече! Кажется, я даже сообщила ему об этом.
Помню, что он засмеялся. Обнял меня и удобно устроил мою голову на своем выдающемся бицепсе. Больше не помню ничего. 
  
Глава 17. Проснуться в его постели
  
Что за идиот светит мне в глаза фонариком? Да хватит уже! Я попыталась что-то сказать, но из моих уст вырвалось лишь мычание.
- С добрым утром! – услышала я.
Что? Кто это? Гоша? Что он делает в моей спальне?
Я открыла глаза. И сразу снова закрыла их. Потому что меня ослепил яркий солнечный свет, проникающий через огромное, до самого пола, окно.  И еще – Гошина улыбка. Она тоже меня ослепила.
Я заслонила глаза рукой.
И услышала звук задвигаемых портьер.
- Все, можешь смотреть, - сообщил Гоша.
Сознание возвращалось ко мне постепенно. Я в спальне своего соседа. Провела здесь ночь. Лежу под одеялом. Я лихорадочно ощупала себя. Уф! Я в штанах и толстовке. Вот почему мне так жарко!
Сбросив одеяло, я села на кровати. О, господи! Мне на голову как будто упал чугунный утюг! А содержимое желудка, кажется, хочет выбраться наружу... Лучше не шевелиться.  
Я  скосила глаза вбок. Место рядом со мной не смято. Значит, я спала одна.
Гоша, который куда-то исчез, появился в дверях с бутылкой «Боржоми» в руках. Она была запотевшей, видимо, холодной. И такой притягательной... Я сглотнула. Гоша протянул мне бутылку. Я сначала приложила ее к своему лбу, а потом стала жадно пить.
- Ты меня спас, - произнесла я, не глядя на Гошу.
Мне было неловко. Я помнила, что вчера мы пили вино и гуляли по набережной. Но чем все закончилось, я не знаю...
- Я вообще ангел, - заметил Гоша, забирая у меня бутылку.
Вообще-то я планировала встать. Но это оказалось совсем непросто. И я снова рухнула на подушки. Гоша опустился на пол между кроватью и окном.
- Почему я не пошла домой? – задала я мучивший меня вопрос.
- Э-э... Ты не могла.
- Почему?!
- Потому что спала. Уснула в такси.
- И ты принес меня сюда?
- Ага. Хотел отнести домой, но не нашел ключ. В твоих карманах его нет.
- О!
Я похлопала себя по карманам. И правда, нет. Где он, интересно?
- Я почти ничего не помню, - поделилась я.
- Это хорошо, - улыбнулся Гоша.
- Почему? Что я натворила?
Я замерла, в страхе глядя на него. Мало ли, что взбрело в мою пьяную голову! Может, я призналась ему в любви. Или рассказала, что Анфиса – это я. Или грязно приставала... Ужас какой.
- Ты очень кровожадная, - сообщил Гоша.
- Я?!
О чем это он? Я что, пыталась отрезать у него ухо на память?
- В такси ты сказала, что с меня надо снять шкуру и повесить на заборе.
- Что?!
- Потому что я бешеный кобель, а именно так поступают с бешеными кобелями.
В моей голове начало проясняться. Я, правда, думала о чем-то подобном, когда мы сели в машину. Но неужели я произнесла это вслух? Я на него сильно злилась…
И тут я вспомнила, за что.
- Ты говорил, что мечтаешь переспать с сестренками, - выпалила я. - Никогда этого не забуду! И не прощу.
- А я так надеялся, что ты это не вспомнишь...
- Я помню!
Гнев закипел во мне с новой силой.
- С тебя точно надо снять шкуру, - заявила я.
- Это была дурацкая шутка. Давай уже забудем.
- Ладно, - я махнула рукой. – Но все равно ты кобель.
- Точно?
Я демонстративно фыркнула.
- Естественно!
- Позволь тебе напомнить: ты ночевала в моей кровати. И я даже не пытался покушаться на твою честь!
Это правда. Не пытался. Интересно, почему? Я не задала этот вопрос вслух, Гоша и так ответил:
- Потому что я джентльмен!
- Нет. Потому что я не стерва.
- Что?! – он вытаращил на меня глаза.
- Тебе нравятся стервы, - сообщила я.
- С чего ты это взяла? Чушь какая.
 
Тут у Гоши звякнул телефон. Он достал его из кармана, посмотрел на экран и начал набирать сообщение.