Малец (СИ)
- Да как же не дал? - Даже подпрыгнул от возмущения. - Сиротский дом построили, школу для мальцов, дом для больных заложили. Теперь вот просим братию в обучении помочь, не бесплатно же, за то с монастырскими тоже заводской продукцией рассчитаемся.
Вообще-то, и сиротский дом, и школа вовсе не были благотворительностью, это люди считали, что мы с отчимом умом тронулись, три раза ха-ха, здесь как раз преследовался чисто меркантильный интерес, учеба и забота о сиротах вовсе не были бесплатными. Вся эта масса молодежи садилась на плотный крючок, и чтобы соскочить с него требовалось вернуть все до копейки, а долг со временем становился неподъемным. Естественно если молодой человек связывал дальнейшую судьбу с нашим производством, этот долг потихоньку должен был списываться и полностью он должен был списаться лет через десять - пятнадцать. Ну и куда после этого человек денется? Многие сразу закричат о моей меркантильности, мол, стяжатель, народ закабаляешь, но на это я могу ответить только одно, время такое и до таких условий, которые нами предлагаются человечеству еще идти и идти тернистыми тропами дикого капитализма. Больница тоже суровая необходимость, не приведи Господи, какая зараза на завод проникнет, это же все, конец света, Армагеддон. Мастера в округе так и не поняли что за этим последует, они пока еще потешаются, но время идет и им все труднее и труднее вести свое дело, так как свободного люда в округе нет, совсем нет.
- То с монастырскими, - снова завел свою шарманку Игнатий, - а в слободе людей уже много живет, но молельный дом один на всех.
- Так это, что, на новую церковь деньги требуются? Тогда заводу тяжело в одиночку еще и эту стройку поднимать, нужно денежный сбор объявлять.
- Так где ж тяжело-то? - Хмыкнул настоятель. - Сами то вона какие цеха подняли, по пять саженей в высоту, да все стеклом застеклили, а про храм божий забыли.
Такс, понятно, оказывается, нашего святого жаба давит, ясно, что не из-за личных меркантильных интересов, но нам-то от того не легче. Но так дело не пойдет, такие дела должны всем миром устраивать, и дело здесь вовсе не в том, что нам жалко денег, построить деревянную церковь не так уж и дорого, важен сам принцип причастности людей к великому делу. А то раз возьмешь на себя, второй, а потом все будут считать, что ты уже и обязан. Однако Игнатия уговорил, не злой он, понятно, что за свое больше болеет, чем за наше, но, в конце концов, убедил, так что школу для мастеров открыли и теперь четыре часа из одиннадцати, все работники проводят в цеху, изучая грамоту. Естественно никаких столов и тем более парт для такой учебы предусмотрено не было. Люди сидели на лавках в нескольких цехах и старательно заучивали слоги, из которых составляли слова. Причем время учебы шло в зачет работы, за которую завод оплачивал, потому нерадение приравнивалось к невыполнению урока, а за это могли и серьезно оштрафовать. Вот так-то, а ежели кто возмущался, а такие были, то с ними разговор вели короткий - тмутараканьский уголек требовался все в большем и большем количестве.
Но то, что сейчас делалось это только малая часть дела, нам срочно требовалась бумага, берестянки, которые для нужд завода заготавливались тысячами, уже не удовлетворяли условиям, требовалось срочно организовать выделку бумаги, а производство то хлопотное и довольно таки для природы вредное. Однако другой альтернативы не было, но все же решил пока обойтись без сульфатного процесса, пусть бумага первое время будет и похуже качеством, зато нагрузку на природу сделаем меньше. Производство сразу ставили на вырост, чтобы года через три не пришлось все кардинально переделывать, станы для получения щепы, и выделки бумажной массы с виду не впечатляли, но производительность их для этого времени была огромной, за месяц они могли обеспечить сырьем выработку сорока тонн бумаги. И клей, процесс изготовления костяного клея хоть и не сложный, но муторный и не особо приятный, в смысле запаха. Трудности трудностями, но к середине лета мы начали отлаживать процесс изготовления бумаги, сразу естественно ничего не получилось, лишь спустя два месяца мучений выдали первую партию бумаги приемлемого качества, а еще через два бумага перестала быть дефицитом не только в иркутских землях. А технологию выделки карандашей приемлемого качества, пришлось отдать в семейные дела нескольких красноярских семей, потому как производство это пока еще требовало много ручного труда и нам совсем не подходило. Почему семей для того подрядили несколько? А для того чтобы между ними возникла конкуренция, это не даст им почивать на лаврах, извечный бич монополистов.
Пришли и известия о ходе северной войны, причем благодаря переписке с Екатериной у меня они были гораздо полнее, чем у воеводы. Петр к весне Нарву все-таки взял, не смог Карл выдержать противостояния, даже когда шведы получили подкрепление, их положение не улучшилось. Попытка навязать новую битву русским не увенчалась успехом, Петр сначала заблокировал малую крепость, а когда лед сковал реку, направил конницу Шереметьева на другой берег и дал ей порезвиться в тылах неприятеля. В конечном итоге, оказавшись без поддержки флота Карл был вынужден отправиться к Риге, чтобы снять осаду, но имея на 'хвосте' русские войска разгромить противника не смог, он был вынужден засесть за крепкими стенами и ждать наступления весны. Скорее всего, сейчас полным ходом идет летняя военная компания, но нам об этом будет известно не скоро.
Еще в этот год пришлось заложить дополнительно зернохранилища, это таким образом с нами стали рассчитываться за лизинг плугов, мы ведь их раздавали в хозяйства на очень льготных условиях, вот и получилось, что когда подошел срок 'расплаты' к нам потянулись обозы. О том, что год будет урожайным, мы уже знали, поэтому амбар построили не один и размеры их были неприлично большие и все-равно заполнили их полностью. Хитрые хозяева смекнули, что раз год урожайный, то нечего заморачиваться самостоятельной реализацией зерна, проще будет свезти излишки на завод в счет уплаты за новый сельскохозяйственный инвентарь. Тут уже возник другой перекос, хлеба в Иркутске стало много, но продать его в Забайкалье мы не могли, так как денег на содержание всех казаков у Нерчинского воеводы не было. Благотворительностью заниматься в таких условиях было категорически нельзя, я уже говорил, стоит пару раз сделать что-то на бесплатной основе и все уже считали такое дело обязательным. Выход нашли быстро - цинк. Технология получения цинка не так уж и сложна, главное внимательно следить за температурой во время конденсации паров цинка. Тут надо сказать, что вначале я здорово промахнулся, не учел бедственного положения забайкальцев, как мне потом рассказали, на месторождение рвануло все дееспособное население. Дым от печей, вырабатывающих цинк, стал виден за многие километры, и только с наступлением холодов это безумие прекратилось. В итоге я стал обладателем двадцати пудов цинка, теперь мне доступна не только оцинковка железа, но и изготовление латуни, хотя о последнем сильно распространяться не стоит, уж слишком сильно своим блеском латунь золото напоминает.
Зимой получил сообщение от Михайло, прошлым летом пробиться через Карское море ему не удалось, рано забило льдом проход между островами, еле успел выскочить назад, пройти через волок Ямала тоже не получилось, судно не смогло пройти до озера по той маленькой речке, требовалось существенно расширить русло, поэтому пришлось вернуться в Печору. Этим летом, если не получит от меня сообщения то опять попробует прорваться в Енисей, но если не получится то вернется в Архангельск и будет искать там заказы. Двигатель уже два раза серьезно ремонтировали, причем выработку в цилиндре выравнивали хонами, так же уже наблюдается серьезная выработка на ползунах двигателя, но пока еще разрез на бронзовых втулках не сомкнулся. Что же неплохой двигатель получился, по крайней мере, один сезон он отходил без особых проблем, следующая изготовленная нами партия двигателей должна прослужить вдвое больше. Отписал ему, что если есть возможность пусть продает корабль и возвращается, для него здесь найдется кое что получше.