Кент (СИ)

— В следующий раз ходи другой дорогой, писюха… — проговорил надо мной маньяк с ароматным дымом, не пытаясь даже как-то помочь и поддержать, не говоря уж о том, чтобы предложить себя в качестве плакательной жилетки! Что в данной ситуации было бы очень неплохо!
— Ты куда?… — взвизгнула я, на трясущихся ногах, пытаясь оторвать себя от стенки и с омерзением понимая, как от влаги стены одежда прилипла ко мне намертво.
— Домой, — как ни в чем не бывало зашагал размеренно он вперед снова.
— Даже домой не проводишь?! — я ковыляла поспешно за ним, снова ничего не видя в темноте, кроме силуэта его огромной фигуры.
— Я больной что ли? Дорогу ты знаешь. Вперед.
— …а если они вернутся?..
— Не вернутся. Они в травмпункт побежали, — усмехнулся мужчина, даже не пытаясь оглянуться на меня или хотя бы предложить помощь.
Как так было можно вообще?!
На его глазах каких-то пару секунд назад чуть не изнасиловали девушку! А он вышагивал вальяжно вперед, всем своим видом показывая, что и без того уже сделал слишком много для меня в эту ночь.
— Упырь бездушный!.. — наконец зашипела я на эту огромную тень, готовая огреть его по затылку сумкой для пущей убедительности.
— Мелкая писюха!
— Танцевать научись сначала!
— А ты принеси справку от психиатра!
— Она у меня есть! Я вообще-то мед. комиссию проходила перед тем, как сюда устроиться, — проговорила я со всей язвительностью и высокомерием, которое только смогла в себе найти, слыша его приглушенный, удаляющийся смех:
— В следующий раз, когда решишь вернуться домой темным переулком, перечитай эту справку заранее и убедись, что ты в адыквате!
Он все-равно ушел, оставляя за собой шлейф сигаретного дыма.
Ароматного дыма. Что-то вроде терпкой черешни с черным шоколадом.
Ну, что делать-то?
Прикусить язык и бежать мелкими перебежками до дома, надеясь, что меня никто не преследует и что мои трясущиеся ноги унесут меня вперед со скоростью кенгуру в случае опасности?
Кажется, я еще никогда так не боялась возвращаться домой, как этой ночью.
Стоит ли говорить, что так поздно домой я еще никогда и не возвращалась?…
К счастью, по дороге мне больше никто не попался….лишь было странное ощущение, что я все еще ощущаю аромат дыма сигарет этого наглого типа.
Возможно, моя куртка успела поймать этот запах и впитать его в себя?…
Дома было темно и тихо.
Мама и сестра сладко спали, видя десятый сон и понятия не имея, что мне пришлось пережить.
Но это было и к лучшему.
Одной маминой истерикой будет меньше…
***********************
Почему любая, даже самая любимая мелодия утрами звучит одинаково раздражающе, когда хочется не проснуться, пританцовывая и улыбаясь, а запустить телефоном об стенку?
А еще обязательно послать в долгую эротическую пешую прогулку того, кто тебе названивает в такую рань, когда даже ресницы не могут разлепиться, оттого, что организм еще не отдохнул и совершенно не готов к новому рабочему дню!
Особенно если этот самый рабочий день должен был начаться в самом ужасном из всех возможных заведениях, где разгуливают крупнокалиберные стриптизеры, которые курят, как паровозы, и язвят совершенно не к месту!
Да где же ты, орущее без устали мелкое чудовище?
Пытаясь нащупать рукой телефон, я так и не смогла даже одного глаза приоткрыть, забираясь с головой под тяжелое одеяло, накинутое поверх мягкого пледа.
К частью, пальцы сами знали, куда им нужно тыкать, чтобы попасть на значок ответа, и под каким углом подложить телефон между ухом и подушкой, откуда раздался сразу же вопль, без какой-либо попытки поприветствовать и пожелать доброго мать его утра хотя бы ради приличия:
— Саша, ты спишь что ли?!
— Себ…а тебе никто не говорил, что кричать утрами — это злостное богохульство? — просипела я, тоже решив, что все эти расшаркивания про чудесное утро и разговоры про погоду и природу были как-то лишними.
— Ты проспала! — еще громче завопил Себ на другом конце провода, отчего глаза распахнулись как-то сами собой, пытаясь сфокусироваться на будильнике, что стоял почти перед носом на тумбочке, — Ну-ка быстро поднимайся и беги на работу, если ты не хочешь чтобы этот рабочий день стал для тебя последним у нас!
И не сказать, чтобы я не хотела.
Но у меня была проблема. Всего одна.
Мне чертовски нужны были деньги!!
И искать другую работу еще даже пару недель было равносильно катастрофе!
Поэтому я вскочила, словно укушенная львом за зад зебра, просипев в процессе бега из спальни до ванной комнаты:
— ЧЕРТ!
— Вот именно! Беги скорее, или черта ты увидишь своими глазам, если окажешься на работе позже шефа! Жду тебя, лапушка! Буду прикрывать, как смогу, а ты поторопись!..
А вы знаете, что как утро встретишь — так весь день и проведешь?
Вот и я понимала, что сегодняшний день будет фееричного вчерашнего
…лишь бы он не оказался моим последним рабочим днем в принципе!
Наспех давясь зубной пастой, и выпрыгивая из пижамы, я даже толком расчесаться не успела, что уж говорить про то, чтобы хотя бы ресницы накрасить, надеясь, что у меня будет минутка привести себя в порядок уже на работе между работой с пылесосом и мытьем тарелок.
Футболку в зубы, юбку на попу, куртка одевалась на лету, пока я неслась из дома, проклиная все на свете, что не услышала будильник, а спящие мама и сестра не догадались меня разбудить!
Только, кажется, этим утром удача была на моей стороне! По крайней мере, пока что!
Было жутко идти по знакомому переулку, уже выворачивая к черному входу в бар…даже если было позднее утром, люди спешили на работу или по делам, а главное светило яркое солнце и никто не прятался за мусорными баками, чтобы напасть на меня.
Тело сжалось само по себе, а от вспыхнувших инстинктов, на лбу выступили капельки пота, когда я прислушивалась к каждому шороху, готовая удрать с криками о помощи.
К счастью все было тихо. Никто меня не ждал и не пытался прижать к стене, держа за горло, к которому я потянулась дрожащей рукой, вдруг очень остро почувствовав то, как было больно и обидно…наверняка на мне остались синяки. Но, по крайней мере, я была горда тем, что и на тех подонках я оставила свои отметины! Может, увидев их, другие девушки поймут, что парни явно опасны…
— Успела?! — выпалила я с порога, вваливаясь в кафе, которое для посетителей было еще закрыто.
— Да! Закидывай свои манатки в раздевалку и приходи ко мне. Пока нет народа, поможешь мне с баром, — оттого, как искренне и облегченно вздохнул красавчик Себ, я почему-то смущенно улыбнулась, быстро закивав головой и стараясь убежать как можно быстрее, чтобы он не успел этого заметить:
— Ага.
У меня не было настоящих друзей.
Только старший брат, который бросил нас, полностью отдавшись во власть своей больной зависимости. Я привыкла решать все вопросы сама, тянув, как только могла, на себе вечно рыдающую маму и свою младшую сестру, понимая, что мои личные проблемы и переживания никого на самом деле не интересуют, поэтому странно было ощущать то, что совершенно чужой человек может радоваться тому, что меня сегодня не уволили за опоздание.
Кажется, Себ был неплохим парнем…пусть даже и одним из этих. Нетрадиционной ориентации.
Да, тяжело было привыкнуть к тому, что он этого даже не особо-то скрывал.
Еще тяжелее было признаться себе в том, что я относилась к таким парням, как он, с явным предубеждением и не слишком-то лояльно, зачастую позволяя себе резкие высказывания на их счет…но, знаете, глядя в его голубые красивые и такие искренние глаза, я понимала, что не могу сказать про него ничего плохого.
Об этом думала я, наскоро приведя себя в порядок, нацепив свои самые удобные балетки и готовая к тому, чтобы отвоевать еще один день у этой жизни своим трудом, потом и кровью.
Я впервые была в общем зале, отмечая про себя, что в приглушенном свете солнца, которое пыталось пробиться сквозь тяжелые портьеры и жалюзи, здесь было вообщем-то неплохо.