Кент (СИ)

Твою маааааать.
Я прикрыла глаза на секунду, сделав глубокий вздох и задержав дыхание.
Хотелось от всей души дать пинка не только этому чертову растыке, который испуганно озирался по сторонам и дергался на стуле, словно думал, что из тени клуба на него посыпаться удары, но и Бродяге, который поступил настолько неосмотрительно, что не скрыл своего лица, когда дубасил этих ублюдков.
Нет, я не была против его методов восстановления справедливости.
Они заслужили все, что получили, пусть даже в такой жесткой и тяжелой форме.
Но я, как никто другой знала, что последует за этим всем…и меня это совершенно не устраивало, черт побери!
Еще только осталось, чтобы именно сейчас Бродягу посадили!
А его обязательно задержат и упекут до момента вынесения официального обвинения с тем, чтобы он не мог воздействовать на других участников процесса, потому что свои методы общения он уже показал.
Когда Себ поспешно протянул мужчинам по бокалу ледяного спиртного, Зак и Билл выпили залпом в полной тишине.
Было видно, что оба размышляли над тем, что делать теперь, и как вывести сложившуюся ситуацию таким образом, чтобы и Биллу не попало за невыполнение своих прямых обязанностей, но и чтобы Бродяга был на свободе.
— …ты знаешь, что будет дальше. Того, кто уже сидел, суд не пожалеет. Ему впаяют на полную катушку.
Билл не видел, как распахнулись мои глаза и не слышал, как клацнула челюсть.
Это кто сидел уже?!!!
БРОДЯГА?!!!
Видя, как на меня покосился Зак, явно не в восторге оттого, что я услышала эту часть разговора, я старалась взять себя в руки и придумать хоть какую-то отговорку, чтобы выбежать, найти Бродягу где бы он не был, заставить собрать его вещи и скрыться хотя бы какое-то время, пока дело закроют…или мы придумаем что-нибудь еще.
А еще я чувствовала себя виноватой…
Ведь дураку было понятно, что под тяжелый и безжалостный кулак Бродяги именно эта шпана попала неспроста.
Мне казалось, я даже знала в какой именно момент они попали под замес…разве не к ним спешил Зак, а затем и Бродяга, скрываясь за темной дверью заднего двора в тот день, когда я разбила ту проклятую бутылку, чтоб мои руки засохли и отвалились!
А еще был восторг, оттого, что Бродяга не прошел мимо моей беды и обиды, наказав парней так, что едва ли они решатся теперь в принципе ходить куда-то по ночам, не то, чтобы зажимать по злачным закоулкам незнакомых девушек!
Одно плохо, теперь для Бродяги это обернулось самым неприятным образом…
Думать о его прошлой судимости, если только я правильно поняла слова этого Билла, я была пока просто не в состоянии.
Сначала нужно было решить эту проблему, а потом разбираться со всем остальным.
В очередной раз покосившись на Зака, я понимала, что он уже что-то замыслил, когда растянул губы в улыбке, обращаясь к Себу мягко и проникновенно, но глядя при этом очень предупреждающе, явно говоря своими темными глазами, чтобы тот не ляпнул ничего лишнего:
— А что девочки еще не танцуют? Зови их скорее, пока они не получили нагоняй от босса…
Себ даже ресницами не дрогнул, быстро кивнув и принявшись очень правдоподобно причитать что-то о том, что не сносить ему головы за то, что он не предупредил их о смене графика, пока я пыталась прилепить на свое лицо самое спокойное выражение, не распахивая глаза, потому что до ежедневных тренировок танцовщиц на своих пилонах было еще часа четыре, как минимум!
— Тебе ведь нужны будут понятые, да, Билл? — обернулся Зак к полицейскому, сделав мне легкий жест наливать еще одну порцию спиртного, что я сделала незамедлительно, успевая при этом еще коситься на того избитого доходягу, который продолжал сидеть за самым крайним столиком с таким видом, будто на стуле, куда он сел, был стальной стержень, что прошел аккурат в его заднице и теперь воткнулся прямо в позвоночник.
В голове носились укуренными несушками мысли, сводя только к одной правильной в этой ситуации — что бы там не замыслил Зак в отношении этой компании, а спасти Бродягу могло только одно — если эти придурки заберут своё заявление…или не будет состава преступления, на основании чего можно будет закрыть дело, не подставив этого Билла, который, кажется, был хорошим парнем и пытался помочь.
Мужчины продолжали тихо переговариваться, не обращая внимания на меня, когда я достала свой телефон, быстро и незаметно отправив смс Себу, который, очевидно гонял девушек в раздевалке, угрожая им электрошокером: «Найди Бродягу. Пусть он уйдет из клуба.»
— Надо бы и босса позвать…мне в любом случае нужно будет, чтобы он расписался в моих документах, как ответственное лицо, — снова обратился Билл к Заку, когда я сосредоточила свой взгляд только на избитом гаде, тихо оборотившись к Заку и второму мужчине:
— …может вашего друга тоже угостить чем-нибудь?
Я бы угостила!
Керосином с лаймом!
Или шикарным коктейлем из самого сильного слабительного и красного перца, чтобы он только и делал, что чихал и…мда.
Но не в этот раз.
Не сейчас, когда в моей шальной голове родился один план.
Времени думать о том, поможет ли моя задумка или лишь усугубит и без того сложную ситуацию, не было, когда я дождалась кивка от Зака, что посмотрел на меня, чуть дернув бровью, явно не понимая, что я задумала.
Жаль, но возможности все рассказать ему, и посоветоваться не было тоже.
Время поджимало.
Быстро налив в невысокий плоский бокал первое попавшееся под руку спиртное, я неторопливо направилась к парню, который продолжал нервничать и озираться по сторонам, косясь своим одним глазом на Большого Стэна, который вовсе и не скрывал неприязни в своем тяжелом взгляде.
Поставив перед ним стакан, я не торопилась уходить, рассматривая его опухшее лицо, пока парень не рыкнул:
— Чего уставилась?!
— Красивый макияж, — улыбнулась я колко, склоняясь над ним лишь слегка, чтобы у него была возможность рассмотреть и меня одним своим глазом, — можешь без грима сниматься в новой версии Циклопа.
Судя по тому, что в этом самом одном глазе была беспросветная темнота и океан тупости, кто такой Циклоп ему можно было не объяснять, ибо было просто бесполезно.
Окинув меня хмурым взглядом, парень все-таки потянулся за бокалом, отпивая осторожно, и скривившись видимо оттого, что обжигающее спиртное попало на разбитую губу, когда он издал что-то среднее, между хриплым визгом и попыткой рыкнуть:
— Трубочку не могла принести?!..
Склонившись над ним сильнее, я не отводила взгляда от этого перекошенного лица, понимая, что получаю удовольствие от его созерцания, не обращая внимания на то, как он начинает хмуриться и нервничать еще сильнее от моего странного поведения, когда я проговорила приглушенно и сладко, но глядя при этом так, что парень заерзал на стуле, пытаясь отодвинуться от меня подальше:
— Не помнишь меня, да, сладкий?…
Нет, не помнил.
В этих пустых, как две дырки у носка, глазах не было и проблеска осознания того, кто я и уж тем более мысли о том, зачем я пришла.
А вот это зря!
Если ему потребуется шарахнуть стулом поперек сломанной переносицы, то я это сделаю не задумываясь, чтобы вернуть память, пока не пришли понятЫе и не велись никакие процессуальные действия.
— А где твои гнустные дружки с отбитыми яйцами и вырванными серьгами, ммм?…
Я изогнула бровь, глядя прямо в этот глаз, который вдруг замер на долю секунды, медленно моргнул и распахнулся…вернее попытался сделать это в силу своего немощного положения.
Даже стул не понадобился.
А жаль!
— Надо же, вспомнил, — улыбнулась я далеко не радостно, с наслаждением видя, как парень заметался еще сильнее, принявшись испуганно коситься в сторону Билла, что продолжал приглушенно разговаривать с Заком…который наблюдал за мной незаметно, но пристально, а еще отчего-то весело, едва заметно подмигнув мне и вселяя этим в душу несокрушимую надежду на победу, крылья за спиной и три пары тяжелых кулаков, с которыми было не страшно ничего.