Его маленький чертёнок (СИ)
И только через три часа после похищения, когда я, подхватив дочь и кое-какие вещи, наскоро брошенные в дорожную сумку, оказался в салоне частного самолета, который готовился ко взлету, мой адвокат позвонил и сообщил радостную новость, которая окрыляла и обещала чуть менее нервный перелет.
Всего два слова. А я был готов возликовать. Понимая, что это животное даже не покинет аэропорт. А значит, Фиса в относительной безопасности и ей только надо дождаться нашего с Никой прилета.
Я выдохнул. Впервые за четыре часа, в общей сложности, тотального напряжения и ожидания.
– Папочка, ты ласстлоен? – заползла ко мне на колени Ника, обхватывая ладошками щеки. – Тозе скусяешь по Фисе, да?
Расстроен? Нет, малышка, папочка на грани эмоционального взрыва с сердечным приступом. Скучаю ли? Словами это не описать, по взгляду вижу, мелочь моя шустрая и так все понимает.
– Не расстроен, просто переживаю, принцесса, – обнял и поцеловал щечку дочурки. – Скоро мы будем дома.
– Фиса будет ждать нас?
– Будет. Обязательно будет!
Ника единственная, кого я просто не смог не взять с собой. Понимая, что и мне предстоит длинный перелет один на один со своими мыслями, как загнанному в тесную клетку животному, и ей без Анфисы будет, ой, как плохо. Отец с матерью и Ромка вернуться в Москву смогут только ближайшим очередным рейсом, а так долго мой чертенок без своей пособницы не выдержит.
Она уже сегодня порывалась устроить истерику. Благо, Серый был рядом, и любимый дядя умело отвлекал племяшку от хаоса, что творился в отеле с родственниками, которые с телефонами наперевес провели весь вечер.
Малышку тоже захватило общее ощущение паники, и она была сама не своя. Непривычно тихая, нервная, переживала. Ника переживала едва ли не больше, чем мы все, вместе взятые. И только сейчас, кажется, немного успокоилась. Когда я сказал, что мы летим к Анфисе, которую должны вместе с Олегом задержать в аэропорту и доставить в гостиницу.
Мои люди, которым я безоговорочно доверял, должны были отвезти ее в один из моих отелей до нашего с Никой приезда. Потому что, судя по сказанному Камиллой, с...ка Граф утащил ее в Россию и без вещей, и без денег, и даже без документов. Отец года, ни дать ни взять! Ее паспорта и самые необходимые на первое время вещи едут со мной.
– Знаешь, ты не пелезывай и не скучай, папочка, – уложила голову мне на плечи Ника, вырывая из мыслей своим тихим доверчивым шепотом, так по-взрослому тяжело вздохнув. – Я буду за нас обоих пелезывать и скучать, лано?
Я улыбнулся в светлую макушку, крепче прижимая принцессу, так и сидящую в пышном платьице, к себе.
Нет, я не представляю, как пережил бы эти десять часов полета без Доминики.
Глава 24
Анфиса
Отца арестовали.
Увели со взлетной полосы едва ли не под руки и задержали в служебных помещениях до прибытия полиции и адвоката Олега Графа. Папочка все еще тешил себя надеждой выбраться из той западни, которую собственноручно соорудил. Однако шансы его были точно невелики, а то и катастрофически малы. Мышеловка захлопнулась на его же собственном хвосте.
Очевидно, что за те часы полета, что я строила планы побега, Демьян времени зря не терял. Решил, все обрубая на корню. Запустил адское колесо правосудия, и теперь отец может даже не надеяться выйти на волю в ближайшие лет ...цать.
Жалко ли мне его было? Нет. Наверное, я очень плохая дочь и жестокий бессердечный человек, но законы кармы работают исправно. Рано или поздно каждый злодей будет наказан. В этот раз бумеранг долетел до Олега Георгиевича.
Меня же проводили следом и попросили подождать в коридоре. Вот только чего ждать и как мне быть дальше – непонятно. Вопрос повис в воздухе без ответа. А главное, куда теперь податься без вещей, денег и документов? К кому бросаться за помощью?
Только сейчас я в полной мере осознала, что у меня ни помощи, ни поддержки, ни друзей – никого здесь не осталось. Я разорвала все, пусть и невеликие, связи, когда улетала в США. Увы и ах, но уж такой я была человек. И теперь единственные, кто могли бы прийти мне на помощь, были бабуля с дедулей. Но ехать им до меня не меньше, чем нам было лететь из Нью-Йорка до Москвы, тем более, с бухты-барахты в середине дня… Такой себе план, я вам скажу. Да и у меня не было даже их номера телефона, чтобы позвонить.
М-да, что-то я слегка приуныла.
А еще замерзла и только сейчас поняла, насколько сильно устала. Вымоталась эмоционально и физически, и тревожный сон, в который я пару раз проваливалась на борту джета, совсем не помог восстановить энергоресурс. Я была как выжатый лимон и готова была упасть даже на самую жесткую кровать и проспать вечность. А то и две. В принципе, даже неудобные скамейки в зоне ожидания сойдут, заиметь бы только подушку…
– Анфиса Олеговна.
Я встрепенулась, подскакивая на ноги. Из кабинета, где яростно рассыпался в проклятьях отец, вышла та самая девушка, что в сопровождении мужчин встречала нас по прилете. Представитель администрации аэропорта. Она закрыла за собой дверь и устало улыбнулась:
– Как вы себя чувствуете? Врача не нужно?
– Нет, я в порядке. Разве что от чая не отказалась бы. Холодно у вас тут.
– В вечернем тонком платье так точно, – задумчиво обвела меня взглядом собеседница. – У вас с собой нет вещей? – заметив, как я поежилась, спросила… эм, Людмила, судя по бейджику. – Я бы проводила вас, вы могли бы переодеться.
– Все мои вещи на мне, Людмила, – ухмыльнулась я, взмахнув покрывалом, в которое тут же обратно укуталась. Девушка поморщилась, как будто дольку лимона проглотила, и кивнула:
– Сейчас вернусь. Ждите.
Ушла. Но уже через считанные минуты вернулась с кружкой в руках. Протянула ароматный черный чай мне. От него струился легкий дымок, и я, обхватив кружку двумя ладонями, согреваясь, с наслаждением вдохнула сладковатый аромат. Пальчики приятно закололо от соприкосновения с накаленной керамикой.
– Спасибо! – поблагодарила я от души, присаживаясь обратно на свой горемычный стул.
Людмила кивнула:
– Нам только что позвонили, и сказали, что через считанные минут здесь будет адвокат вашей семьи...
– Граф мне не семья.
– Я имею ввиду Нагорных, – улыбнулась мягко женщина. – Дальше с делом вашего отца разбираться будет адвокат семьи Нагорных, здесь он выступит как официальный представитель вас и вашего мужа.
– Отлично, – кивнула я, делая глоток. – Что будет со мной?
– За вами приедет человек. Он должен будет забрать вас и устроить в гостинице, до прибытия вашего мужа и дочери.
– А…
– Распоряжение Демьяна Романовича.
– А сам… Демьян Романович? У вас есть возможность с ним связаться?
– Пока нет, но, насколько мне известно, его частный самолет уже на полпути в Россию и совсем скоро они с дочерью будут здесь. Он очень за вас переживал, когда звонил.
Я улыбнулась, уткнувшись взглядом в кружку. А на душе так тепло стало. То ли от чая, то ли от мысли, что бросив все, Демьян помчался за мной следом. Да еще и с Никой. Нет, я в этом нисколько не сомневалась, но даже в самых смелых мечтах не могла подумать, что все получится так быстро и стремительно.
“Он за вас переживал…”
Даже представить боюсь, насколько!
Погодите, что Людмила сказала? На полпути? Значит, чуть меньше пяти часов до нашей встречи. И я выпалила быстрее, чем поняла что:
– Я не поеду в гостиницу.
– Т-то есть как? – удивилась женщина, присаживаясь на соседний со мной стул, судя по взгляду, она решила, что я совсем… того. – Вы устали, замерзли, вам нужно отдохнуть, к чему этот героизм.
– Устала, замерзла, нужно, – кивнула я, соглашаясь, – но вот дождусь своих, и потом мы все вместе, уставшие, поедем отдыхать.
– Анфиса Олеговна…
– Людмила, – повернулась я в пол-оборота к девушке, – я все равно не найду себе места, пока не увижусь со своей семьей. У вас есть муж? Дочь? Представьте, в каком я состоянии, и уже извела себя. Так какая разница, где мучиться? Тут или в номере отеля? Спать я все равно не смогу, зная, что они вот-вот будут здесь.