Его маленький чертёнок (СИ)
Конечно, еще бы, Анфиса!
Мы чуть мужем и женой не стали. Еще бы чуть-чуть...
– Ты что-то там говорил про выгоду Графа, – перевел тему Демьян, подбираясь ко мне поближе и жестом собственника укладывая руку на мою талию.
Дурачок. Милый ревнивец!
Я его провоцировать лишний раз не стала и прильнула поближе, цепляясь пальцами за рубашку. Огляделась, гости вечера уже начинали на нас коситься. Представила, как, должно быть, мы смотримся со стороны: трое мужчин и одна дама в углу, в уединении о чем то шепчутся. Даже вон Флоренция посматривает недобро. С минуты на минуту Демьяну речь толкать, а мы тут беседы ведем. Стоило бы поторапливаться.
– Говорил, – кивнул Сергей. – Ты от дел отца отошел давно, а до меня нет-нет, да с его наставлениями долетала кое-какая информация.
– И?
– И знаешь, кто третий после Ветровой и Графа крупный акционер в ООО “ГраВ”? Наш отец. Акции у нашего отца есть на фирме Графа и достаточно нехилые, я тебе скажу. Их точно было бы достаточно, чтобы при объединении снова завладеть контрольным пакетом. Даже если бы Анфиса пошла против папеньки своего.
– Ты посмотри, какой ушлый… сволочь! – выругался Рома, сквозь зубы.
Демьян был менее осторожен и избирателен в выражениях, и я чуть ли не впервые за все время наших отношений услышала от него такие слова. Крепкие. Матершинные. И совершенно не присущие мужчине из высшего общества. Скорее, портовому грузчику Петьке.
– Уговор был до ужаса прост. Мы женимся, наш с тобой отец получает себе идеальную невесту и сына с хомутом на шее, ничего личного, Анфиса Олеговна, – махнул рукой Сергей, – а Граф по сходной, считай, формальной цене, акции, что имеет на руках наш с тобой отец, Демьян.
– Поразительно, – усмехнулась я горько, – он просто решил меня продать, так, что ли, выходит?
Мужчины, как по команде, посмотрели на меня своими тяжелыми, задумчивыми и отчего-то виноватыми взглядами и… деликатно промолчали. Правильно, что тут скажешь-то? Вот вам и двадцать первый век! Век информационных технологий, туристических полетов в космос и феминизма.
Тут умолчал, там умолчал, в итоге чуть не превратил какую-то там никому не нужную глупышку Анфису в разменную монету!
Нате вам дочь, а вы мне акции, пожалуйста.
Морально-этические нормы? Нет, что вы, не слышал о таком.
Спать? Я буду спать спокойно!
Переживать? А что мне за нее переживать? У меня есть еще две дочери, а это и вовсе приблудыш от первого брака, да к тому же нелюбимый...
Тьфу!
– А в перспективе он наверняка тешил себя надеждами подсунуть мне бумаги и забрать мамину долю на фирме, – поморщилась я. – Я бы ничего не знала, по дурости подписала, а он бы стал практически единственным владельцем ООО “ГраВ”. Шикарно разыграл. Как по нотам!
– Гадко это все, – первым из мужчин нарушил молчание Рома. – Противно, – точно мысли мои прочел и озвучил.
– Мы это так не оставим, – прорычал сквозь сжатые зубы Демьян. – Он пожалеет о своих грязных играх. Акций он не получит. Денег тоже. Еще и останется без последних штанов.
– Что ты задумал? – покосилась я опасливо на своего взбешенного мужчину. Крепче цепляясь за рукав пиджака.
– Ровным счетом ничего криминального. Мне только нужны имена и фамилии тех, кто входит в совет директоров фирмы Графа. Подсобишь, Ром?
– Конечно, какой вопрос. Уже вечером они будут у тебя на столе.
– Вот и отлично.
– И все-таки? – хмыкнул Сергей. – Какой план, братец?
– Мы соберем новый пакет акций. Сосредоточим управление в руках одного единственного человека. Думаю, отец мне в продаже точно не откажет. А с мелкими держателями при определенных обстоятельствах тоже труда не составит договориться.
– И кто этот человек? Ты?
– Хуже. Моя жена, – бросил Демьян почти что легко и беззаботно, да еще и улыбнулся, подмигнув. В этот раз вгоняя в ступор нахмурившихся Ромку и Сергея. У меня при слове “жена” нервно подскочило сердечко, а щеки зарумянились, но от дальнейших расспросов моего Демьяна спасла вовремя появившаяся девушка-организатор с планшетом в руке, наушником в ухе и дежурной улыбкой, скомандовав:
– Минута до выступления, мистер Нагорный.
И так как этот самый – мистер Нагорный – мягко увильнул от ответа, чмокнув меня в щеку, подхватив пиджак и отправившись следом за позвавшей его девушкой-организатором, Сергей с Ромой переключили свое внимание на меня, выдав в унисон:
– Он сказал “моя жена”?
– Вы поженились?
– Мы не ослышались?
– И никому ничего не говорите?
– Партизаны!
И так у них это слаженно и напористо вышло, а взгляды были такие прицельные и пытливые, что я смутилась. Серьезно так смутилась! Ну, в самом деле, противозаконно ТАК смотреть на женщину. Она может покаяться не только в содеянном, но и в том, чего точно не совершала.
– Анфиса? – заломил бровь Рома.
Я улыбнулась. И… позорно попятилась, отступая спиной вперед:
– Я, пожалуй, пойду… потом у друга-брата выпытаете информацию, когда… освободится.
– Куда пойдешь? – и снова громко и одновременно. Прям два брата-акробата! У Бурменцева точно нет Нагорновского гена? Уж больно спелись эти двое. И про разговор недавний забыли благополучно, и про злость. А главное, улыбки! Улыбки на их лицах такие ехидные расплылись, сладкие и все понимающие, ну, ангелы во плоти. Крыльев за спиной не хватает.
– Сейчас братец будет речь толкать, разве не хочешь послушать?
– Хочу, – кивнула я. – Очень хочу. Но что-то… душно мне стало, схожу в уборную! – бросила и, благополучно крутанувшись на каблуках, смоталась, активно перебирая ногами. Цокая каблуками по мраморному полу и активно обмахивая красное, как помидор, лицо ладонями. Услышав прилетевшее уже мне в спину:
– Ждем в зале, госпожа Нагорная, – голосом Казановы-Сергея.
Слава богу, что между “душно” и “уборная” мужчины параллели не провели. Иначе точно поняли бы, что и совсем мне не душно, зато очень даже неловко. И вообще, я ничего им не говорила! Какая еще “госпожа Нагорная”? Тоже мне… Шерлок Холмс и доктор Ватсон.
В дамской комнате, которую я нашла только благодаря подсказке работников с ресепшн, на мое счастье, я оказалась одна. Времени до начала речи Демьяна были считанные минуты, и чтобы лишний раз его не дергать и не нервировать своим отсутствием, стоит поторопиться. Страшно подумать, какая у него будет реакция – не увидь он меня в зале среди гостей. Тем более, зная, что отец в относительной близости и зол. После пробежки так точно.
Я включила воду в кране, подставив руки под прохладную струйку. И на мгновение прикрыла глаза. Вдох-выдох, успокаиваем свои нервы и берем под контроль разметаввшиеся в беспорядки чувства.
Не день, а сплошные качели эмоциональные!
Ну, нет.
Ну, глупо же, Анфиса! Чего смутилась? Чего испугалась? Все равно через пару минут, в лучшем случае через десять, Демьян и сам всему залу расскажет. Это и была его новость, которой он решил ошеломить присутствующих гостей и подстраховать меня от глупых действий моего отца. Заявить во всеуслышание, что я его! И Рома, и Сергей, и отец его с Фло, да даже Ника вот-вот узнают.
Что мы…
Мы расписались.
Думаю, об этом и до сих пор до конца не верится, что это не сон.
Муж и жена.
Официально.
И пусть без красивого предложения, поспешно, расписавшись в простых джинсах и футболках, совсем не романтично и даже не надев на палец друг друга кольца (последнее в целях временной конспирации), и все равно для меня это стало не просто огромным шагом в сторону доверия мужчине, с которым связываю судьбу, а гигантским! Я, можно сказать, вообще впервые в жизни кому-то доверилась.
Сама не понимаю, как я на такую безумную авантюру решилась. Как не спасовала. Но когда Нагорный остановил машину перед нашим Посольством, и уже в здании, в ожидании, когда нас примут, объяснил, что для него это хоть и поспешный, но взвешенный и обдуманный шаг – я поняла, что верю. Всему, что бы он ни сказал, я просто слепо и безоговорочно – верю. И да, может маленькая капризная девочка внутри меня и хотела бы пышного белого платья, приклоненного колена и заветного “ты выйдешь за меня?” в романтической обстановке, но Демьян был прав. Когда мы связали нашу жизнь официальными узами брака, мне стало спокойней, как ни странно. Я знала, что отцу до меня будет сложнее добраться и уж тем более к чему-нибудь склонить. Знала, что у меня есть “стена”. Чувствовала эту незримую защиту, которая исходила от Демьяна. А еще поняла, что свадьба: громкая, пышная, пафосная – все это далеко не главное. Отношения, чувства, эмоции, что испытываем мы друг к другу – вот, что самое ценное и дорогое.