Его маленький чертёнок (СИ)

– А я-то тут при чем…?
– Номер сто пятнадцать. Ты его сегодня убирала?
– Й...я.
– Я оставил их на столике в гостиной! – зарычал мужик. – А когда пришел, их уже не было. Ты была последняя, кто их видел, и глупо отнекиваться! Кроме прислуги вашего отеля, никого больше в моем номере не было и быть не могло.  
Бред какой-то! 
– Я не видела никаких запонок! Как вы можете меня в таком обвинять?! Да даже если бы они там и были, то я бы и пальцем к ним не притронулась! 
  
– Ладно, если ты их не трогала и даже, как ты утверждаешь, не видела, – сказала Наталья, неторопливо проходя обратно в коридор, к тележке, – то позволь, я осмотрюсь. 
– Д-да, конечно, – ответила я, до боли сжимая челюсти. – Смотрите. Я тут ни при чем! 
Было обидно. И почти физически больно от такого громкого и грязного обвинения. Но я-то себя знаю! Я никогда в жизни не трогала и не брала чужого! И эта мысль разъедала изнутри горьким ядом. Я не такая!
На глаза слезы навернулись от досады. Хотелось закричать. Развернуться и убежать. Повести себя, как маленький импульсивный ребенок. Забиться в угол и хорошенько себя пожалеть, что умудрилась оказаться в такой ситуации.
Но сдержалась. Ибо мой побег значил бы мой проигрыш. Мое согласие с этими вопиюще наглыми и безосновательными обви…
– Это не те ли самые запонки, господин Робинсон? – спросила Наташка, а до меня ее слова как сквозь толстый слой ваты донеслись. Приглушенно. Возможно, потому что кроме зашкаливающего пульса я не слышала больше ничего вокруг. Мне стало дурно. Перед глазами все поплыло. 
– Да, это они. Это мои запонки! Я требую наказать мерзавку! По всей строгости закона! Иначе у вашего отеля будут серьезные проблемы, Наталья. Я вам их устрою, обещаю! 
– Я не брала… – все, что смогла я выдавить из себя, смотря на поблескивающие в руках супервайзера золотые штучки с выгравированной буквой “Р”. Чувствуя, как щеки полыхают, а глаза щиплет, будто в них тонну песка насыпали. В висках долбит кровь, но я из последних сил сдерживаю напрашивающиеся слезы. Они их не увидят.
Мне нужен Демьян!
Я должна позвонить Демьяну!
Я не виновата! 
– Не брала она. Все вы не брали. Тащитись сюда за лучшей жизнью и заритесь на чужое, своими грязными руками! Ты на такие за всю свою жизнь не заработаешь, поняла? Девка уличная! 
Все оскорбления просто мимо ушей пролетали. 
В голове крутилось только одно – это же подстава! Шитая белыми нитками подстава…
Но кто? Зачем? 
Наташка? 
За что?
– Я тебя посажу. Я вызываю полицию! – отчеканил мужик.
– Может, не стоит так спешить, – встала перед ним Наталья, – может…
Что “может”, я не расслышала. Потому что “на сцене” этого театра абсурда нарисовалась четвертая, совсем уж неожиданная для меня фигура. И даже с красными глазами я умудрилась разглядеть шагнувшую в номер… Камиллу. Появившуюся со словами:
– Что здесь происходит? 
Бывшая невеста Нагорного обвела присутствующих взглядом, останавливаясь на мне:
–  Анфиса? А вы кто такой и почему вы кричите на горничную? 
– Это лучше вы мне скажите, кто вы такая, и какое имеете право встревать в чужие разговоры? Идите куда шли, дамочка, – откровенно грубил мужик, – мы и без вас в состоянии разобраться. Не отель, а какой-то балаган!  
– Самое полное право, и перестаньте мне хамить. Что произошло? Наталья? Анфиса? 
Я даже рта раскрыть не успела. Все еще пребывая в странном состоянии растерянности. На место обиде пришла злость. И сейчас она клокотала внутри меня, как потревоженный вулкан. 
– Мы уличили госпожу Ветрову в краже, – вместо меня ответила супервайзер. – Постоялец нашего отеля требует вызвать полицию и угрожает принять сопутствующие меры. Я же пытаюсь решить все мирным путем. Думаю, мы обе с вами понимаем, что отелю вашего жениха такие скандалы накануне презентации не нужны, – многозначительно повела бровью Наташка. 
Вашего жениха… выходит, еще не до всех дошли новости об их с Нагорном расставании? 
В голове истошно крутится мысль, которую я пытаюсь поймать, но она неизменно, в последний момент уплывает у меня из рук. Все происходящее кажется настолько наигранным и фальшивым, будто я попала в какой-то хорошо построенный спектакль с дерьмовыми актерами.
Вот только, судя по глазам мужика, его намерение вызвать полицию  не шутка. И смеяться мне потом в тюремной камере, потому что, что я могу предъявить против его обвинений? 
– Я не брала эти запонки! – прошипела я. – Мою причастность еще нужно доказать!
– Таким, как я, и доказывать ничего не нужно, ясно? Не с тем ты связалась, девочка. 
– Так, – вскинула руки Камилла, – не надо никуда звонить, давайте все успокоимся. Простите, как вас зовут, господин…
– Робинсон.
– Господин Робинсон, я улажу вопрос с нашей работницей. Будьте уверены, безнаказанным это происшествие не останется. А вам мы компенсируем затраченные время и нервы приятным бонусом. 
– Я хочу, чтобы она немедленно вылетела за двери этого отеля! Иначе…
– Я вас поняла. 
– Я подключу все свои связи, и от вашей гнилой гостиницы останутся одни стены, ясно выражаюсь? 
Я хотела было открыть рот, но под взглядом, брошенным на меня бывшей пассией Демьяна, прикусила язык. Не сейчас. Выскажу ей все потом. 
– Ясно. Анфиса будет уволена, но я прошу обойтись без полиции и заявления. Запонки нашлись, виновница тоже. И она свое получит. Так что, мы с вами договоримся не выносить сор за стены этого номера? – пела соловьем дамочка, предоставляя мне возможность стоять у нее за спиной и гадать, какого лешего она вообще полезла меня защищать?
Или репутацию отеля Демьяна спасает?
Неужто тоже “благородная бывшая”, как и Бадди?
А главное, как вовремя Камилла оказалась именно на шестом этаже и именно у этого номера…
Глава 17
Анфиса
– Тебе прямо сейчас нужно срочно уезжать! – затолкав меня в подсобное помещение, шепчет Камилла, все время то и дело оглядываясь.  
– С чего бы это? 
– Ты совсем дурочка или прикидываешься? – мелькает злость в глазах бывшей Демьяна.
Она ведь даже секунды на продых мне не дала! Уволокла из номера, где все еще распылялся на гадости противный мужик с запонками и тут же начала диктовать свои правила и условия, якобы делая все мне “во благо”. Вот только я не пойму, в каком оно тут месте – благо это? Бежать? Врать? Признать таким образом, что я виновата? 
Не на ту напали! 
Я понятия не имею, кто все это подстроил и зачем, но сильно сомневаюсь, что Наталья Леонидовна одна бы решилась на такую подлость. А если учесть, что, помимо нее, враг номер один у меня в этом отеле в единственном экземпляре – стоящая напротив меня дамочка – то даже не знаю, как сейчас реагировать и вести себя. Изнутри все еще грызет обида, и негодование.
Одно точно знаю – бежать не собираюсь.
И мне нужно позвонить Демьяну!
Вот только дамочка ведь даже моргнуть без своего внимания не дает. Следит, как цербер. Глаз не сводит, каждое движение ловит. 
– Я должна позвонить Демьяну, – говорю я, вытаскивая из фартука телефон.
– Не нужно ему звонить и отвлекать! – шипит Кэм, делая рывок в попытке выхватить у меня из рук мобильник.
Вот только я оказываюсь проворней. Отвожу руку, и ладонь бывшей Нагорного проскальзывает мимо. Дамочка, пошатнувшись, чуть не падает. Ее спасает стена. А я, ловко отскочив, набираю контакт, записанный как “заносчивый говнюк” со смайликом дьяволенка. Так я его подписала еще в вечер СМС переписки, и сменить имя не успела. 
– Анфиса, не звони, он на совещании и не ответит! 
– Мхм. 
Я прикладываю телефон к уху и с замиранием сердца слушаю гудки. Камилла тоже не двигается. Уж не знаю: знает ли она что-то или просто надеется на “авось”, но попыток выхватить телефон больше не делает. 
Первый гудок.
Второй, третий… 
Длинные и совсем не обнадеживающие. Нагорный брать трубку не торопится.