Его маленький чертёнок (СИ)

Зато вторая встреча оказалась не такой радужной. На повестке был вопрос с открытием нового отеля, и совещание затянулось. Вместо часа мы с коллегами просидели в конференцзале почти три, ломая голову над проектами. Вариантов было не счесть, но не каждый подходил под купленную под застройку землю.
Камилла за это время успела оборвать мне весь телефон, оставив с десяток пропущенных. Ощущение, что ее в мягкое место неожиданно клюнул петух. Потому что иначе ее рвение дозвониться до меня было необъяснимо. И сколько бы я не отклонял вызовов, до невесты не доходило, что чесать языками у меня времени нет. 
  
В итоге, задолбавшись сбрасывать, мне пришлось отключить звук и спрятать мобильник в нагрудный карман. А после совещания, которое худо-бедно пришло к своему финалу только в начале второго, я благополучно о телефоне забыл. Распрощался с работниками и спускаюсь в ресторан.
Жуть как хотелось выпить чашку крепкого американо и хоть что-нибудь уже закинуть в рот. Буквально на пару минут отключиться от рабочих вопросов и, возможно, попытаться еще раз набрать матери. Если она проигнорирует мой вызов и в этот раз, решать вопрос буду радикально. Наберу отца.
Столик был мною забронирован заранее, так же, как и заказан обед на троих. И Кэм с Доминикой уже должны были меня ждать. Все, как мы договаривались.
Однако, очевидно, что-то пошло не так. И это “что-то” мне уже с порога не понравилось. Стоило только понять, что дочери в ресторане нет. По крайней мере, в поле моего зрения чадо не попало.
Внутри зазудело скверное предчувствие, которое усиливалось по мере моего приближения к нервно маячившей около стола Кэм.
– Где Доминика? – первое, что я спросил, останавливая мельтешение девушки.
– Ты почему не берешь трубку, Нагорный?! – тут же налетела на меня взъерошенной нервной фурией невеста.
– Потому что была важная встреча, – спокойно пояснил я. – Что стряслось такого, что не могло подождать пару часов, и ты чуть не взорвала мне телефон своими пропущенными? – спрашиваю, вновь оглядываясь. – И еще раз, где моя дочь, Камилла? Она не пошла обедать?
Доминика могла. Особенно если добралась до конфет, которые я ей категорически запрещал уминать перед едой.
Но я никак не предполагал, что услышу ровно то же самое, что озвучила мне вчера в офисе няня:
– Я понятия не имею, где твоя дочь! И если бы ты отвечал на мои звонки, то знал бы это.
– Что? – переспросил я, давая Кэм шанс сделать вид, что я сейчас ослышался. – Что значит, понятия не имею?
– То, Демьян! Эта своенравная девчонка сбежала из номер! Наставила мне рога, как какой-то тупой малолетке. Включила в спальне мультики и, пока я была в душе, умотала в неизвестном направлении.
– Камилла… – прорычал я сквозь сжатые зубы и сорвался с места, семимильными шагами вылетая из ресторана. На ходу сдергивая с шеи удавку-галстук и расстегивая верхние пуговицы рубашки.
– Что Камилла? Ну, что?! – жужжала за спиной Кэм, едва поспевая на своих шпильках. – Я должна была ее на поводке держать, что ли? Или в детской запереть, Демьян?! Я ее уже час ищу по всему отелю. Без толку!
Поймаю, так по заднице надаю! Причем, обеим! И Камилле за то, что недоглядела, и маленькой госпоже. Так получит, как за все свои три года не получала!
– Я обещаю, что буду хорошо себя вести, папочка...
– Я честно буду сидеть как мышка, папочка...
Нет, я наивным идиотом не был и понимал, что пай-ребенком дочь уже не будет сто процентов. Избаловал. Залюбил. Слишком часто прощал косяки. Требует внимания. Да как хочешь можно обозвать этот ее постоянный бунт. Но сбегать! Снова. Когда буквально вчера по этому поводу был обстоятельный разговор! Да и куда она вообще могла тут напр…
И тут меня как по голове шарахнуло догадкой.
Анфиса.
– Твою ж… изобретательная мартышка!
Я резко крутанулся, поменяв траекторию движения. На ходу поймал чуть не свалившуюся, врезавшуюся в меня Кэм и достаточно жестко скомандовал:
– Иди в номер и жди нас там.
– Как же? Может, я…
– Не может, Кэм. Без тебя разберусь.
Анфиса
Время до обеда пролетело махом. Демьян на глаза мне не попадался, да и я вроде ему его черные очи не мозолила. Это стало настоящим поводом для радости. Надежда задержаться в отеле все еще была жива.
Номера сверкали чистотой, постояльцы, заселившиеся в них, сияли улыбками, а я полностью перебесилась и успокоилась. В душе, вопреки дождливой погоде, было ясно. 
На обеденном перерыве в столовую я зашла решительно и, не беря поднос, прямой дорогой направилась к Светке, которая уже сидела за нашим столиком и хмуро таращилась в экран телефона.
– Я прошу прощения, – заявила я с ходу, плюхаясь на стул рядом с подругой. – Я была неправа и вообще повела себя глупо. Не хочу с тобой ссориться из-за такой мелочи, как Коля! Правда. Это ваша жизнь, и вам с ней разбираться, я же не имею желания терять такую подругу из-за глупых недопониманий! Вот...
Светка оторвала взгляд от экрана телефона и посмотрела на меня. Кажется, она была слегка ошарашена такой миротворческой тирадой и дезориентирована моей широкой улыбкой во все тридцать два. Но буквально секунду. Потом ее щеки зарделись и она сказала:
– На самом деле я тоже была неправа, Фис. Вспылила на пустом месте. И все понимаю, что ты за меня беспокоишься, просто… – пожала плечами собеседница.
– Я поняла, – кивнула я, поспешно сворачивая неприятную тему. – Забыли? –протянула ладошку.
– Забыли! – просияла улыбкой подруга и, проигнорировав предложенную мною руку, крепко меня обняла.
– Так, что у нас сегодня на обед? – поинтересовалась я немного погодя. Принюхалась, прикрывая глаза от удовольствия. Пахнет просто изумительно!
– Фирменная запеканка от теть Нины. Она сегодня ей удалась как никогда!
– Отлично, пора подкрепиться, а то у меня впереди еще злосчастные разборки с занавесками.
– Может, я тебе помогу?
– Думаешь, наша разница в росте в пять сантиметров спасет положение?
Светка пожала плечами, мол, чем могу…
Я отмахнулась, заявив, что сама как-нибудь справлюсь, и, не теряя ни минуты, пока очередь не стала километровой, ринулась в бой. Ну, то есть, к подносам и тарелкам за своей порцией кулинарного шедевра.
Иногда смотрю на все это и думаю, что Мишленовскую звезду надо было не взбаломошному истеричному повару из ресторана при отеле давать, а нашей Нино. Делать счастливыми целый штат из более чем сотни человек – вот настоящее искусство!
В столовой мы с подругой долго не засиживались. Уплетая обед за обе щеки, обменялись новостями. В том числе я поведала Светке про знакомство с Бадди, на что она хмыкнула и заявила:
– Он уже давно про тебя спрашивал. Есть ли кто, зовут как, что любишь, что не любишь. Ты ему все казалась неуловимой мстительницей.
– Да брось, серьезно?
– Угу.
– Это потому, что я вечно опаздывала! У меня ведь и минутки не было на разговор. Вечно залечу, кофе схвачу и тут же вылечу… – покачала я головой. – Позорище!
– Скорее всего, – согласилась со мной Светка, – так что советую со следующей получки обновить свой телефон-динозавр. Пока еще есть шанс не остаться на старость лет с оравой плешивых кошек.
Разумно. Так и сделаю. Это я про телефон! В конце концов, сколько еще хватит терпения Наташке закрывать глаза на мои появления на планерке секунда в секунду?
– Я люблю кошек.
– Почему-то я даже не сомневалась, – хохотнула собеседница. И в свою очередь, увлеченно поведала мне о том, как они с Колей провели вечер.
Я, проглотив свое возмущение, искренне старалась быть “хорошей подругой”. Послушала, покивала, пару раз выдавила из себя восторженное “ого”, и уже в половине первого, закончив трапезничать, мы разошлись по рабочим местам.
Следующим в списке у меня значился люкс пятьсот двадцать пять. Находился он на пятом этаже, почти в самом конце коридора. Единственный оставшийся номер, после которого оттягивать неизбежную “встречу с занавесками” будет некуда.