Его маленький чертёнок (СИ)
Бедовое положение у меня, как ни крути. Ладно, если бы он оказался просто гостем отеля. Но так он его владелец! Большой босс, которому я однажды так опрометчиво вылила на костюм литр томатного сока. Уф-ф-ф…
– Фиска, – плюхнулась напротив подруга, – чего стену взглядом прожигаешь?
– Ты почему мне не сказала, кто приезжает сегодня в президентский?
– Так пыталась, – пожала плечами Светка, – все то времени не было, то…
– То-то, – перебила я, раздраженно хватаясь за вилку. – Если бы я знала, я бы хоть смогла подготовиться.
– К чему? – непонимающе захлопала ресницами подруга.
– К тому, – вздохнула я, не имея желания сейчас что-либо объяснять. – Ешь давай. У нас десять минут обеда осталось.
– И все-таки я не пойму, ты чего такая надутая?
– Не надутая я, – буркнула я, – просто все резко пошло под откос, – отмазалась, вяло ковыряя вилкой в картофельном пюре. В любой другой день я бы его уже уминала за обе щеки. Наша повар Нина изумительно его готовит, без единого комочка, прям как ба. А вот сегодня кусок в горло не лезет.
– Из-за Наташки, да?
– Из-за Демьяшки, – отбила на автомате.
– Кого-о-о?
– Не бери в голову, – отмахнулась я, – прорвемся.
Правда, как и куда, плохо представляю, но без боя не сдамся и уволить меня не позволю. А уж тем более под венец не пойду! Если сильно-сильно прижмет, буду звонить своей “благодетельнице”, которая в свое время меня в этот отель и устроила.
Для начала же, попробую решить образовавшуюся “проблему” собственными силами.
Демьян
Долго в кабинете управляющего я не планировал задерживаться. Да, собственно, у меня и вопросов к нему не было. Пока. Кроме одного: как в моем отеле оказалась Анфиса Граф.
Когда я назвал фамилию, Смит сморщился и раз пять повторил за мной фамилию девчонки, в итоге заявив, что такой работницы у них в штате точно нет. Тогда пришлось ему освежить память, напоминая об инциденте в лобби отеля. Тут-то управляющего осенило:
– А, вы про ту горничную?
– Про нее самую.
– Секунду, – засуетился мистер Смит, подрываясь и вытаскивая из шкафа тоненькую папку. – Вот ее личное дело, – протянул документы мне управляющий. – Анфиса Олеговна Ветрова. Устроилась к нам год назад, по протекции вашей матушки.
Вот тут я, кажется, ослышался. Переспросил:
– Что, простите?
– Ваша матушка, – повторил терпеливо управляющий. – Она лично просила меня помочь девушке с оформлением документов и ее трудоустройством. ВИЗА, вид на жительство, страховка, и прочие документы. Всем занималось агентство моего хорошего знакомого. Все чисто, честно и официально.
– Даже так? - почесал я подбородок, пребывая в некотором ступоре.
Интересно, какое отношение к Анфисе имеет моя мать? Не припомню, чтобы она была с ней знакома. А уж по поводу договорного брака между Сергеем и Анфисой матушка тогда предельно четко высказалась. Заявила, что это вздор. И что отец “своим дурацким решением только испортит девочке жизнь” – дословно.
– Демьян Романович, миссис Флоренция сказала, что вы в курсе дела. А у меня, как понимаете, не было оснований ей не доверять.
Я кивнул, пропуская эти слова оправданий управляющего мимо ушей.
То, что моя матушка – взбалмошная особа, по характеру мало отличающаяся от Доминики, знаем только мы с отцом. Ветреная даже, я бы сказал. Живет по принципу: я хочу – я буду. И чужое мнение ее волнует мало и редко. Что уж говорить, если она даже с моим отцом в свое время развелась исключительно потому, что он недостаточно уделял ей времени.
– Твой отец был женат на работе, а мои лучшие году утекали, как сквозь пальцы вода! – заявила мне недавно матушка.
Отец, конечно, первое время пытался вразумить любимую Флоренцию, но все было без толку. И, в конце концов, он смирился с таким положением вещей. Хоть и любить первую жену не перестал. Однако годы шли, и ему пришлось жениться снова.
Второй брак не дал Роману Нагорному чувств, но принес рождение второго сына. Разница у нас с братцем почти в четырнадцать лет, и за свои без малого двадцать два года “младшенький” уже всю кровь папеньке выпил своими закидонами. Устраивать он их умел с размахом! Пьянки, гулянки, драки, гонки, сомнительные сделки и полная анархия. Без слез на биографию Сергея не взглянешь. Отчасти именно поэтому у меня в душе сидела жуткая нелюбовь к представителям золотой молодежи. К которой и госпожа Граф, к слову, имела самое прямое отношение. Я просто знал, каким скотским отношением к деньгам и предкам славятся детки богатых родителей.
Однако в защиту Анфисы надо заметить, что своей работой в качестве горничной она сломала, как минимум, один мой шаблон.
В общем и целом этот ход с браком был своеобразной попыткой Романа усмирить младшего сына и его буйный нрав. Старшие семей: Роман Нагорный и Олег Граф – сошлись во мнении, мол, молодые остепенятся, поумнеют, а там и дети не за горами. Да еще и какая никакая гарантия дальнейшего сотрудничества двух фирм мастодонтов на рынке туристического бизнеса. Успешное слияние капиталов. И их же преумножение. Я в эти дебри не лез. У меня своих головняков хватало. А к бизнесу отца я уже давно не имел никакого отношения. Да и вообще к свадьбе я относился скептически, считая, что горбатого могила исправит. Но отец этой идеей был воодушевлен. Пока все резко не пошло по кривой. В тот самый легендарный момент, когда строптивая заноза Анфиса смоталась. Быстро. Только пятки сверкали.
В голове сам собой всплыл образ девчонки, и было сложно не признать, что в этой своевольной особе что-то есть. Это ее:
– Кстати, да, Анфиса Олеговна Граф, будем знакомы, – которое я дословно помню даже спустя два года…
Дерзко. Очень. Мало кто мне осмеливался так открыто бросать вызов. Любопытно, насколько далеко простирается ее смелость и готовность отстаивать свои интересы?
Я открыл папку и пробежал глазами по не такому уж и обширному досье на Граф. Вернее, теперь уже Ветрову. Интересно получается: девчонка даже фамилию поменяла. Очевидно, она готова идти до последнего? Вот только она не могла не понимать, что со связями Олега для него этот “ход” станет досадной мелочью, не более того. Даже больше скажу, я уверен, что Олег в курсе, где осела его дочь и просто ждет момента, когда девочке надоест играть во взрослую. Осточертеет мыть номера. Когда Анфиса приползет к нему с повинной и покается во всех своих греха.
Не дождется.
Я хоть ее и видел сегодня всего второй раз в жизни – каждая встреча с разницей в год – но мне хватило, чтобы понять, что такие, как она, не отступают от своих решений. Олег Георгиевич – наивный идиот, если полагает, что его дочурка сдатся на милость судьбе.
Конечно, пораскинув мозгами, я бы мог сейчас поднять нехилый шум. Заявить Олегу, что знаю, где его дочь. Отец мог бы требовать выполнения договоренностей. Граф-Ветрову насильно притащили бы в ЗАГС. А Сергею благополучно на шею надели хомут под названием “счастливая семейная жизнь”. Все наши проблемы схлопнулись бы, как мыльный пузырь. Но... отчего-то стоит только об этом подумать, все естество противится. Необъяснимо, но факт. Интуиция вопит, а я за прошедшие годы в мире больших денег привык ей доверять.
Поэтому, пожалуй, со “стукачеством” я повременю. Понаблюдаю. Так же, как и с ее увольнением. А вот разобраться, каким образом Анфиса познакомилась с моей матерью, стоит. Что их связывает и когда они успели спеться. Узнаю. Всенепременно.
– Демьян Романович, а что, с мисс Ветровой есть какие-то проблемы? Хочу заметить, что за год ее работы не было ни одной жалобы или нарекания в ее адрес. Исполнительная, бойкая и схватывает все на лету.
Бойкая – это в точку.
– Пока проблем нет, – сказал я, поднимаясь, – но это я заберу, – помахал зажатой в руке папкой, – по крайне мере, на время.
А уж как только разберусь, что к чему, будет видно: казнить или помиловать. Эта пигалица, кстати, задолжала мне костюм с рубашкой. За него я тоже с нее спрошу. При случае.