Твои атомные дирижабли (СИ)

Услышав о Совете по труду, Клим привычно поморщился.
Знающий о его вялотекущем конфликте с трудовым советом, Павел сочувственно похлопал друга по плечу и проникновенно сказал: — Вот закончится эта вся катавасия и тогда занимайся чем хочешь. Обещаю.
— Когда она закончится? — попытался отказаться от непрошенной чести Ворошилов, но Пашка только усмехнулся в ответ.
— Какая вторая причина?
— Именно ты первый заметил и затем спас наших гостей. Они знаю тебя и доверяют тебе.
— Это Нина Куковерова их первой заметила, — попытался восстановить историческую справедливость Клим.
— Да какая разница! — в сердцах возмутился Корчагин.
— Ладно, а третья причина имеется?
— Ты один из немногих людей которым я могу полностью доверять, — помрачнел новый молодой координатор лунной республики.
Клим с тревогой посмотрел на друга и спросил: — Пашка, неужели всё настолько плохо?
— Не то, чтобы совсем плохо. Просто меня ведь ка котёнка бросили во всё это. Окунули с головой и давай — учись плавать уже в процессе или тони. Нечего сказать, подкузьмил мне старый хрен так подкузьмил.
Не зная, что можно ответить, Клим промолчал.
— А четвертая причина?
— Ты поедешь не один, — осторожно пообещал Корчагин. — С тобой будет мудрый советник на советы которого всегда можно положиться.
Ким удивлённо выгнул брови: — Это ещё кто такой?
Юный координатор на секунду замешкался, а затем признался: — Сергей Степанович выразил желание.
— Пашка, да ты с ума сошёл!
— Если кто и сошёл с ума, то это он, а не я, — разозлился Корчагин. — Думаешь я не пытался его отговаривать? Ещё как пытался! Но этот старый хрен- у меня просто нет слов. В общем он налопался боевой химии ещё из старых запасов. Полгода она позволит ему бегать как молодому и даже в земном тяготении не лежать лёжнем на кровати. Потом гарантированно убьёт. Но эти полгода активной жизни Сергею Степановичу обеспечены и отчёт уже запущен. Что, мне его теперь на Луне запереть?!
Клим обречённо уточнил: — То есть мне придётся отдавать приказы координатору лунной республики?
— Бывшему координатору, находящемуся в отставке по собственному желанию, — уточнил Пашка.
— О Лебедев! — простонал только что назначенный командующий посольством. — Ну ты видишь, что здесь творится? Видишь?
Сергей Александрович, один из основоположников советской вычислительной техники, привычно промолчал.
— А кому сейчас легко? — сочувственно спрашивал Пашка и хлопал друга по плечам. — Всем сложно. А если найдётся кто-то, кому легко и приятно, то я мигом ему жизнь усложню. В конце концов это теперь моя работа.
На самом деле помощь бывшего координатора в организации логистики и перемещении пяти тысяч человек и двухсот тридцати единиц техники с луны на орбиту, с орбиты на поверхность мёртвой земли и уже с поверхности в мир Орати — оказалась просто бесценной.
Когда последние солдаты, облепив последний броневик проехали через портал, а следом за ними ввалился вконец обессиливший архимаг едва успевший заявить, что он теперь будет спать дней пять, не меньше и будить его ни в коем случае нельзя, только тогда Клим испытал некоторое облегчение.
Они прошли. Они здесь. Первая часть плана успешно выполнена.
Он наконец-то смог оглядеться. По-настоящему увидеть и синеву неба и размытое, из-за атмосферного искажения, солнце. Почувствовать дуновение ветра на своих щеках и увидеть, как вразнобой колышутся листья на деревьях и травы.
В мире Орати стояла середина лета. Время, когда крестьян ожидает краткая передышка между тяготой посевной и трудами по сбору созревшего урожая. Вот только сейчас, когда Империя изнемогала в борьбе с демонами, поля стояли сиротливо пустыми. Удивлённые, что их никто не выдёргивает, сорные травы прорастали в оставленных людьми пашнях. Где те крестьяне, что должны были работать на этом поле? Что с ними случилось? Вряд ли кто ответит.
Первым делом войска инженерного обеспечения распаковали и подготовили стартовую катапульту для запуска дронов-наблюдателей. Ещё не спутники, но предназначенные для длительного парения в верхних слоях атмосферы, дополнительно подзаряжаясь от энергии солнца и ветра, похожие на маленькие дирижабли, дроны способны неделями и даже месяцами передавать всё что увидят сверху их искусственные глаза.
 
Так как инженерные службы прошли через портал одними из первых, то к моменту когда тот закрылся и полностью выложившийся архимаг растянулся буквальным образом на истоптанной траве, часть дронов-дирижаблей уже была запущена, успела набрать высоту и начала передавать первые данные.
Первым делом Клим приказал убедиться в отсутствии поблизости крупных скоплений демонов и каких-либо воинских формирований вообще. Затем следовало уточнить местоположение точки выхода и наметить путь к столице Тёмной Империи, вечному городу Тёмнограду.
Он отыскал Сергея Степановича и подошёл к нему. Бывший координатор срывал листья с ближайшего дерева, мял их в руках, затем подносил к лицу и вдыхал аромат. У него на щеках Клим заметил дорожки от слёз.
— Сергей Степанович, что-то случилось? Вам плохо?
— Нет, мне хорошо, очень хорошо.
— Не понимаю.
— Этот аромат. Не думал, что когда-нибудь смогу снова ощутить его, — пробормотал бывший координатор.
Погрузив и не думающего просыпаться мага внутрь штабной машины, колонна бронетехники осторожно выехала из леса на ближайшую дорогу, скорее даже дорожку где едва-едва могли бы разъехаться пара повозок, зато мощённую старым камнем.
— Что с архимагистром? — встревоженно утонил Сергей Степанович.
— Вымотался до крайней степени истощения и сейчас спит. Врачи вкололи ему раствор глюкозы и чего-то там ещё, но сказали, что длительный отдых для него лучшее лекарство.
— Он наш шанс на гарантированное возвращение, — напомнил Акуленко.
— Я помню, — согласился Клим.
Кроме них в транспортном отсеке штабной машине присутствовали принцесса и её дядя.
— Пожалуй сяду сверху, на броне, чтобы свои случайно не расстреляли от излишней ретивости, — предложил Былин Буянович.
Бывший координатор и майор космопехоты возразил: — Наблюдатели показывают, что рядом никого нет.
— Ты ещё опытного егеря-кровавника не видел. Эти ребята могу украсть из руки кусок колбасы, и ты обнаружишь это только когда впустую щёлкнешь зубами, — усмехнулся старый воин.
— Хотел бы я посмотреть, как твои егеря попробуют обмануть тепловизор, — проворчал Сергей Степанович.
Однако Клим счёл идею Былин Буяновича разумной и дал добро. Знамёна тёмной империи со стилизованной головой змеи установили на впередиидущие машины в надежде избежать лишних конфликтов при встрече с войсками Императора.
Проехав так какое-то время вдоль старой дороги и совершено никого не встретив, дроны наконец-то обнаружили людей впереди по ходу движения. Некая группа примерно из четырёх десятков человек поспешила попрятаться в лесу едва услышав издаваемый колонной техники шум. Ворошилов приказал остановиться, но прежде чем он успел сделать что-то ещё, восседавший сверху на броне идущего впереди бронетранспортёра Былин Бянович спрыгнул с брони прямо в подступающий к дороге подлесок и минуту спустя вернулся оттуда, таща за собой двух затрапезного вида мужичков по одному в каждой руке.
Бросив пленников к ногам, вышедшим из штабной машины Ворошилову, Сергею Степановичи и Надёже, воин презрительно пояснил: — Дезертиры. У них там стоянка. Ну или разбойники.
— Не разбойники, ваша милость, — просипел один из мужичков пытаясь приподняться, чему изрядно мешал его товарищ пытавшийся спрятаться за спиной у первого.
— Кто такие? — строго вопросила Надёжа.
— Крестьяне мы. Из Поросячьей деревушки. Как в солдаты забрали, так не видели родных краёв и что там с мамками, жёнками и детьми малыми ведать не ведаем.
— Дезертиры, — презрительно фыркнул Былин Буянович и положил ладонь на рукоять меча.
— Не дезертиры мы! — повторно взмолился разговорчивый мужик. — Под Любанью демоны командира убили и всю остальную армию. Мы единственные остались, с тех пор идём куда глаза гладят.