Соловьи не поют зимой (СИ)

Значит, дядя Инчэна не верит в то, что Чжоу Байцзун, Великий Предок, как они его здесь называют, был женат на Соловушке… И в то, что она, Надя, потомок Чжоу, тоже не поверит. Поговорить бы с ним… Она бы предоставила в доказательство целый город! Есть же летописи и научные изыскания, обычные люди не заинтересованы в подделке древней истории… Вот только если кто-то не хочет чего-то слышать — то и не услышит.
Пожалуй, никогда Наде ещё не было так плохо. А она и не понимала раньше, какая у нее была спокойная лёгкая жизнь… Да… но без любви.
Вскоре девушка совсем извелась. Хоть бы на минутку увидеть Инчэна, перекинуться с ним парой слов! Соловушка помнила, как молодой дракон связал нити их судеб, но попытавшись даже просто понять направление, которое могло бы привести к нему, Надя потерпела неудачу. Может, из-за вмешательства извне, или пока что не освоилась с такой магией. А ещё — она была в неволе, и это подавляло свободолюбивую волшебную птицу настолько, что даже собственная магия сейчас ускользала.
И когда в комнату вдруг вошел секретарь Инчэна и сказал, что отведет её сейчас к молодому господину, девушка очень обрадовалась.
— Спасибо! — воскликнула она, оживая на глазах. — С ним все хорошо?
— Да, госпожа, — кивнул Яо. — Он очень вас ждёт.
Надя ни на минуту не усомнилась в словах Яо и доверчиво пошла с ним.
Секретарь вывел Соловушку за пределы поместья, и она ничего не заподозрила. Что ж тут такого? Если Инчэн вдрызг поругался с дядей, он мог вообще уйти из дома. В Яо Надя видела лишь проводника и не обращала на него внимания, пытаясь справиться с волнением. А вокруг был праздник, как и в оставленном позади Соловьёвске… Здесь всё было иным, и на многое стоило посмотреть.
Вокруг было многолюдно, но никто не обращал на них внимания, люди веселились. Вдоль улиц стояли лавки со всевозможными сладостями, угощениями и подарками, например, Танхулу — яблоки в карамели. В небе то и дело взлетали салюты, принимавшие форму то дракона, то звёзд, то становясь иллюстрацией историй из прошлого. Но и внизу было много интересного — например, гигантский искусственный дракон, скользящий меж людей. Иногда он задевал усами того или иного человека и смешно фырчал.
Насколько бы всё лучше воспринималось, будь рядом её Инчэн… Надя вздохнула, но всё же отвлеклась на шикарное зрелище: в небо взлетело с десяток ярких звёзд, они рассыпались, обращаясь паучьими лилиями, и соединились в большого дракона. А тот, проделав круг, поймал взлетевший за ним салют в форме жемчужины.
В это время Яо крепче сжал локоть девушки. Она оглянулась на него в недоумении… и у неё закружилась голова.
Рывок — они очутились совсем в другом месте, и Надя не стразу поняла, что случилось. Её окутала тьма, заломило в висках, а в душе нарастал страх.
— Что это значит? — сухо спросила Соловушка, поспешно оглядываясь и с ужасом осознавая, что Яо притащил её в тёмный каменный мешок. Металлическая дверь и узкое окошко с такой мелкой решеткой, что даже птичкой не пролететь… и больше ничего.
— Не всё случается так, как хочется, правда? — в голосе секретаря Инчэна послышалось злорадство и торжество.
— Так ты враг ему? — воскликнула Надя, всё наконец осознав. И сердце вновь обдало мертвенным холодом. — Вот оно что… Предатель! Где Инчэн, что с ним?
— Только о нём, да? — Яо подошел к ней неприлично близко. — Такая красивая пташка… о себе бы лучше подумала. Почему вы не остались в краю небожителей, а? Сидели бы там, любовались друг другом и горя не знали. А теперь оба умрете. Но твои последние часы я, пожалуй, скрашу.
Надя была ошеломлена и раздавлена беспощадным переходом от радостной надежды к новой боли. Она не сразу успела ответить — и Яо почти коснулся губами её губ, приобняв и норовя скользнуть пальцами в вырез платья.
— Не смей!
Соловушка вмиг опомнилась и оттолкнула мужчину так резко, что тот отшатнулся к стене, едва удержавшись на ногах. Наде даже показалось, что в ней вскипела сила не только Ладомиры, но и Байцзуна, что-то драконье едва не прорвалось изнутри через столетия неожиданным яростным наследием. Но это длилось несколько мгновений, а потом Надя обернулась соловьём и, облетев свою тюрьму, нашла в каменистой стене большое углубление под самым потолком. Забившись туда, птичка замерла. Вот только сердечко соловья колотилось на разрыв.
 
* * *
— И долго будешь пялиться на представление? — усмехнулась Пан Чжэнь, и Инчэн с разворота ударил в сторону её голоса духовной силой, но она успела увернуться.
— Я пришла помочь тебе, мой отец сошёл с ума!
— Почему я должен тебе доверять?
— Потому что они хотят принести Надю в жертву. Не поверишь мне — и потеряешь её. А ещё…
— Дуэль… — закончил за неё Инчэн. — Ладно, веди, сначала к Наде!
Он направился в сторону города, но Пан Чжэнь за ним не пошла.
— Нет, так не пойдёт, Юань Лун. Я хочу гарантий, — подбоченилась она.
— Ты умираешь, какие гарантии?
— Дай одну из жемчужин сокровищницы драконов — и будем в расчёте.
— Ты ещё ничего не сделала! — огрызнулся Инчэн, но потом присмотрелся, оценил её жалкий вид и махнул рукой. — Если выживешь, возьмёшь любую, но только одну.
Пан Чжэнь улыбнулась.
— Другое дело. Только… — она улыбнулась шире.
— Что?
— Выжить я всё-таки хочу. Поделишься частью своей силы, чтобы я…
Инчэн не дослушал, шагнул к ней и коснулся плеча, вливая духовную силу. Пан Чжэнь прикрыла глаза от удовольствия.
— Ты очень хороший, Инчэн, жаль, что не по судьбе мне, — она смахнула его руку, когда решила, что достаточно, и гордо пошла вперёд.
Им пришлось выйти в мир смертных, через город и снова скользнуть за грань, во мрак, где вечно существовали имуги — полудухи, полузмеи, существа, отмеченные несправедливостью небес. Всё здесь было из камня. В тусклом свете солнца, затянутого серыми облаками, пахло сыростью и тиной. Инчэн спустился вниз по узкому переходу вслед за Пан Чжэнь и только тогда решил спросить:
— Почему не вошли нормально? Что это за ходы?
— Это путь в подземелья, где держат преступников и людей, которыми мы питаемся, или чьи тела собираемся занять. Я веду тебя к Наде.
Инчэн выдохнул, но тут же напрягся, заметив в конце длинного прохода свет и охрану у дверей. Пан Чжэнь приложила палец к губам, дала знак дала ждать, и вышла. Вышла так, будто была здесь хозяйкой.
— Госпожа, — поклонились два охранника. Они выглядели как люди, но вместо ног у них вились длинные чёрные хвосты, а руки были покрыты змеиной кожей.
— Мне сказали, глава пошёл сюда, я ищу его, — смело соврала Пан Чжэнь.
Охранники переглянулись.
— Здесь никого не было, кроме Шуань Яо и девицы, которую он запер. И… — один замялся и за ним продолжил второй.
— … глава уже отправился на место встречи с драконом…
— Правда? — Пан Чжэнь приподняла бровь и, сделав вид, что собирается уходить, вдруг развернулась и ударила обоих позаимствованной духовной силой. Охранники схватились за шеи, захрипели и упали на пол без чувств. Пан Чжэнь обернулась, чтобы позвать Инчэна, но тут же закашлялась и сплюнула кровь, пошатнулась, а потом упала на колени. Инчэн вышел сам и снова отдал ей часть силы.
— Держись. Если мы остановим дуэль, я спасу тебя, ты веришь мне?
— Будто бы у меня есть выбор, — проворчала Пан Чжэнь, вытирая кровь, — а потом вытащила ключ у одного из охранников и отрыла дверь.
За ней уходил куда-то вниз длинный коридор, освещённый факелами. Инчэн и имуги шли, осматривая темницы, пока наконец не нашли Надю. Дракон почувствовал её и едва не выломал дверь, которую Пан Чжэнь поспешно помогла ему открыть, влетел внутрь и растерянно замер. Темница была пуста. Но он чувствовал её, её, свою Надю!
Сердце оборвалось и ухнуло вниз. Как же так? Инчэн стал осматривать помещение и, наконец, когда почти отчаялся, увидел её — маленькую птичку, забившуюся в угол. Но не успел ничего сделать, за спиной послышались шаги и насмешливый голос Яо произнёс: