Хранитель историй (ЛП)
«Где, черт побери, я нахожусь? На кого они работают? Похоже, я не заложница или заключённая, ведь даже с этого место можно увидеть парадную дверь, которую никто не охранял. Сигнализации нет. Только бурный спор неизвестных голосов».
Ава тяжело вздохнула и вошла.
Как только она перешагнула порог, всё остановилось. Споры. Любое движение.
Она подождала, что кто-то нарушит тишину, но в конце концов сама подняла руку:
— Привет!
В комнате находились пятеро очень крупных мужчин. Ава узнала в углу Льва: парень поднял руку и с улыбкой помахал ей. Она улыбнулась в ответ, радуясь хоть какому-то дружелюбию. Рядом с ним стоял ещё один светловолосый, очень похожий на него парень. Он вполне мог оказаться братом Льва, но в отличие от него этот от удивления разинул рот. Ава обвела взглядом как будто застывшую комнату. За столом сидел долговязый мужчина с тёмными волосами, очень бледной кожей и настороженными зелёными глазами. Он не улыбался, но и не выражал удивления. А на другом конце комнаты, которая очень напоминала библиотеку, Малахай стоял лицом к лицу с мужчиной, явно настроенным сражаться до победного конца.
Соперник, подобно колоссу, возвышался над Малахаем. Волосы незнакомца ниспадали на плечи, и Ава видела только спину и голые руки незнакомца, покрытые такими же замысловатыми татуировками как в книге.
— О! Вы к-как… те ребята. В рукописи? У них точно такие же татуировки!
Ава из любопытства перевела взгляд на Малахая и лишь тогда поняла, что впервые видит его голые руки. Он всегда носил одежду с длинными рукавами. Всегда. Но не сейчас. Необычные татуировки, начинаясь на шее, сползали вниз по рукам, покрывая предплечья и бицепсы. Нанесённые под странным углом, их словно добавляли и набивали на каждом доступном сантиметре коже. Ава посмотрела на Лео, затем на брюнета.
— Проклятье, да они у вас у всех. Точно как у мужчин в книге.
Гигант вскинул руки и закричал:
— Не могу поверить, ты показал ей наши книги!
— Дамиан, она должна знать, — ответил Малахай.
— Умение хранить тайны ничего для тебя не значит? Как и безопасность нашего рода…
— Она его часть!
— Невозможно! Мы проверили записи. Мы знаем, где она родилась. Знаем, кто ее мать. Никакого следа…
— Забудьте про записи и посмотрите на неё! — Малахай шагнул к Аве, и она отступила. Он притормозил, подняв руки. — Пожалуйста, Ава. Я должен им показать.
Она сглотнула.
— Что показать?
— Что ты делаешь? — Голос зеленоглазого дрожал от беспокойства. — Малахай, ты не должен…
— Верь мне, — прошептал Малахай, глядя ей в глаза. Ава тут же почувствовала тепло и защищенность, несмотря на окружающих её незнакомцев. Их безмолвные голоса оживились, когда она вошла в комнату, а сейчас переросли практически в ор.
— Я не причиню тебе вреда.
— Знаю.
Зеленоглазый вскочил и протянул руку.
— Малахай!
Мал шагнул к ней за спину и обнял одной рукой за талию. Великан, которого Малахай назвал Дамианом, закричал:
— Нет!
Он рванул к ним, но остановился с широко распахнутыми от изумления глазами.
Ава почувствовала, как Малахай провёл пальцем по её ключице, и задрожала. Его палец двигался вверх и вниз по оголённой коже.
«Он пишет?!»
Ее взгляд был прикован к остальным. Бежавший к ним Дамиан внезапно упал на колени, окинув Аву взглядом, полным дикого трепета. Зеленоглазый раскрыл рот от потрясения. Лев со вторым белокурым парнем ухмылялись с выражением чистой радости на лицах.
— Видите? — взмолился Малахай. — Это правда. Ава не потеряла сознание от моих прикосновений.
«Пока нет, но обморок был определённо возможен, если он продолжит вот так рисовать на моей коже».
Ощущение было удивительное и странно интимное. Ава залилась краской из-за устремлённых на них взглядов.
— Малахай, ты не должен…
Она попыталась оттолкнуть его руку, но он не отпустил. Однако перестал писать на коже. Ава почувствовала его губы у своего уха.
— Прости. Я не хотел смущать тебя.
— Все хорошо, — прошептала она, и его пальцы снова скользнули по её руке. Ава опустила взгляд и увидела, что Малахай приобнял её за талию. Вторая его рука лежала поверх её руки, а палец выводил…
Она быстро моргнула.
— Твою мать, на моей руке золотые буквы.
В следующую секунду мир погрузился во тьму.
***
Когда Ава проснулась на этот раз, за окном над красными крышами уже светило полуденное солнце, а Малахай сидел на краю кровати, прижимая ко лбу Авы холодное полотенце. В кресле за письменным столом с невозмутимым видом расположился Дамиан. Ава отвела руку Малахая и села.
— Что произошло?
— Ты упала в обморок. — Малахай улыбнулся. — Дамиан был убеждён, что я тебя убил, пока я не показал ему, как глубоко ты дышишь. С тобой все в порядке?
— Зачем тебе меня убивать? И где я?
— Вы в доме книжников ирин в Стамбуле, Ава Мэтисон, — ответил за него Дамиан. — И прикосновение моего брата, в конечном счёте, убило бы вас… если бы вы были человеком. Но вы не совсем человек, не так ли?
Ава моргнула и потёрла глаза.
— О чем вы? Конечно, я человек. — Она повернулась к Малахаю. — Так же как и…
«Ты?..»
Она не смогла договорить, в эту секунду осознав, что это не правда. Не совсем. Книги. Странные татуировки. Язык.
— Вы, ребят, инопланетяне? — прошептала она.
Малахай расхохотался, а Дамиан закатил глаза.
— Что?! — возмутилась она. — А что я должна думать?
— Мы не инопланетяне!
— Ну, я рада, что повеселила тебя, Мал. Лично я просто катаюсь со смеху.
— Мы не инопланетяне, мисс Мэтисон, — вмешался Дамиан.
— Тогда кто?
Она подтянула ноги к груди и обняла себя за колени.
Малахай улыбнулся и положил руку на её босые ступни.
— Ирин. Небесная раса.
— О чем вы?
— Хорошо знаете историю? — спросил Дамиан. — Вспомните человеческие мифы и легенды. Бытие. Книга Еноха. Герои греческих мифов. Люди писали о нас — просто никогда не знали всей истории. Разве вы не слышали мифы о тех, кто пал с небес? Об их потомстве?
— Пал с небес? — переспросила она. — Вы говорите об… ангелах? Падших ангелах?
— Конечно.
У неё лопнуло терпение.
— Какое уж тут «конечно»!
— Пожалуйста, успокойтесь, мисс Мэтисон. Мы пытаемся объяснить.
— Но вы говорите об ангелах!
— Да.
— Настоящих ангелах. С небес. Спустившихся вниз и… переспавших с человеческими женщинами?
— Ангелы не спят, — заметил Малахай. — Но если ты имеешь в виду половые отношения, тогда да. Падшие взяли человеческих женщин в супруги.
Ава повернулась к Малу.
— И ты говоришь мне, что ты и твои… в общем, все вы… кто? Их сыновья? Хочешь, чтобы я в это поверила? Что вы сыновья ангелов?
— Не только сыновья. — Дамиан выглядел раздражённым. — Какое бы тогда это отношение имело к вам?
Она нахмурилась.
— Что вы?..
— Вы думаете, у ангелов рождались только сыновья?
Из лёгких вылетел весь воздух. Ава посмотрела на Дамиана, но почувствовала, что Малахай потянулся к ней.
— Ава, мы ирин. Потомки первых детей. Мы сыновья… и дочери ангелов.
— Дочери?.. — Она оглянулась на Малахая, и он провёл большим пальцем по её щеке. — Ангелов? Ты должно быть…
— Сумасшедший? — спокойно сказал он. — Ты так думаешь? На самом деле?
— Не знаю.
Она не знала. Их слова не имели никакого смысла, и все же она не чувствовала обмана. Безмолвные голоса не предупреждали её об опасности.
— Люди называли тебя сумасшедшей, Ава? — мягко спросил Малахай.
— Конечно, называли.
Она увидела, что это знание причиняло ему боль, но Малахай, нежный и непоколебимый, продолжил держать руку на её ноге, другой гладя щеку. Его прикосновения успокаивали.
— Малахай говорит, вы слышите голоса. Это правда? — спросил Дамиан.
Ава отпрянула.
— Да.
— На древнем языке, — продолжил Дамиан. — Если это правда, то вы слышите как ирина.
— Что это значит?