Хранитель историй (ЛП)

— Ладно, в какую сторону?
Она упаковала закуску в свой маленький рюкзак и перебросила его через плечо.
Малахай указал на экипажи возле часовой башни.
— Уверена, что не хочешь нанять кого-то из них?
— Определённо. Я могу и на своих двоих.
— Тогда в путь.
Раннее лето, середина недели. На острове было много туристов, но большинство направлялись в рестораны или на пляж. Только несколько остановились нанять экипаж, который мог отвезти их на гору, и ещё меньше настроились совершить самостоятельный крутой подъём через город к монастырю Святого Георгия. В действительности, Ава и Малахай оказались единственными, кто решился на подъём. Лев по просьбе Малахая остался около терминала наблюдать за приезжающими.
— Ты готова? — Они направились к холму. — Поход будет долгим.
Ава сделал глубокий вдох, когда они отошли от толпы.
— Поверь, именно этого я и хочу.
Чем дальше они уходили от людей, тем сильнее прояснялось выражение её лица. Они шли по элитному кварталу, в сторону лунапарка.
— Твой дом в Лос-Анджелесе?.. — Он кивнул в сторону особняка. — Такой же великолепный как этот?
— Дом моей матери? — Она пожала плечами. — Больше. Карлу нравится, когда люди знают, насколько он богат.
— У тебя нет собственного дома?
— Нет.
Они продолжали идти. Малахаю стало любопытно, каково жить в большом доме. Убежище в Германии, в котором его воспитывали родители, было простым, и дома книжников чаще походили на монастыри. Наиболее обставленные комнаты были отданы книгам, свиткам и скрижалям, а не книжникам, которые копировали и сохраняли все это.
Он знал, некоторые из ирин жили лучше в городах, где работали в человеческих фирмах. В конце концов, на убежища и здания книжников нужны деньги, но у Малахая никогда не было хватки бизнесмена. Цель его жизни заключалась в защите накопленных знаний, пока не стала местью за смерть родителей. Он не знал ничего другого.
— Расскажи мне об организации, за которой ты охотишься, Мал.
Малахай ни ожидал, что Ава так резко сменит тему. К счастью, он отрепетировал ответ ещё утром, пока ждал ее пробуждения.
— Это организованная преступная группировка, которая занимается работорговлей по всему миру. Очень тайная, ты не найдёшь информацию в интернете. Официально их не существует.
— Правда? — В голосе послышались ледяные, скептические нотки. — То есть о них не знают ни международные силы особого назначения? Ни Интерпол? Ни Организация Объединённых Наций?
— Правительства не хотят признавать того, с чем не знают, как бороться. Так они чувствуют свою беспомощность.
Ава вопросительно изогнула бровь:
— А зачем вы за ними охотитесь? Как я понимаю, вашей компании платят.
«Любопытная женщина. Любопытная, надоедливая женщина».
Всплеск неохотного восхищения раздражал.
— Скажем так: они уже успели в прошлом навредить очень влиятельным людям. Теперь эти люди хотят убедиться, что подобное не повторится, они готовы дать средства нашей компании, чтобы мы позаботились об этом.
— Ты имеешь в виду убить их?
— Ава, я не…
— «Мой кинжал жаждет твоей шеи», — передразнила она его голос. — Кто так говорит? Как я понимаю, ты угрожал ему жизнью.
Они прошли мимо дома на краю парка. Вдоль дороги выстроились сосны с развевающимися обрывками лент и тканей — метки, оставленные паломниками, которые прошли по дороге перед ними. Ава не смотрела на него, но Малахай знал, что она ждала ответа.
— Да, я угрожал ему. Согласно закону, он не преступник, но безнаказанно убивает и похищает людей. Какой должна быть наша реакция, если один из них угрожает невинному человеку?
Румянец на щеках стал ярче, и Ава задышала учащённее, чем в начале подъёма.
— Но ты не полицейский. Не военный. В принципе, ты действуешь из чувства мести.
— Мы не даём им причинить боль женщинам и детям. Что в этом плохого?
— Ну, если ты ставишь вопрос таким образом… — Ава провела пальцами по одной особенно длинной ленте, которая обмотала низкую ветвь сосны. — Что это? Для чего они?
— Это молитвы. Паломники привязывают их по дороге к монастырю. В основном женщины, которые хотят детей. Монастырь связан с культом плодородия.
  
Малахай видел её замешательство: Ава крутила ленту, а затем сжала её на мгновение, прежде чем выпустить и продолжить путь.
Он заметил мимолётную морщинку между бровей и до боли захотел разгладить её.
— Ты хочешь детей, Ава?
Она с удивлением посмотрела на него.
— Не твоё дело.
— Ты права. — Он с разочарованием проглотил проклятье и продолжил путь. — Это не моё дело. Я извиняюсь.
— Неважно. У меня их никогда не будет, — тихо произнесла Ава, но он так или иначе услышал слова, которые она пробормотала под нос.
Малахай остановился и развернулся.
— Из-за здоровья? Твоих… головных болей?
— Мы не будем обсуждать мою мигрень, — сказала Ава с испепеляющим взглядом, прежде чем двинулась к деревьям.
Малахай несколько секунд смотрел на неё в смущении, а затем пошёл следом.
— Aвa, ты куда?
Они ступали, сминая траву, покрытую сосновыми иголками, Ава пригибалась под низкими ветвями. Малахай едва мог расслышать её шаги. Ава шла по тропе в сторону скалистого выступа, с которого открывался вид на пустынный пляж.
— Ава!
Она остановилась, обернулась…и ткнула пистолетом ему в грудь.
— Почему бы тебе не перестать лгать, Малахай? — тихо спросила Ава ледяным голосом. — И не рассказать правду о своей «организации» и тех, кто в действительности тебя нанял?
Малахай медленно сложил руки на груди, аккуратно пробуждая архиталесм на запястье. Старинные заклинания образовали броню, укрывая его волшебством.
— Я все могу объяснить.
— Хорошо. Начинай.
— Пожалуйста, опусти пистолет. — Он больше беспокоился, что она поранит себя или случайного туриста, чем его. — Aвa, пожалуйста, положи пистолет…
— Ты здесь не командуешь, Малахай.
Её руки не дрожали. Ава стояла в стойке, явно свидетельствующей о хорошем владении огнестрельным оружием.
— Ты не был честен со мной. Я могу сказать, когда ты врёшь.
— Правда? — Он сделал шаг вперёд. — И откуда ты это знаешь, Ава?
— Я просто знаю.
В глазах сквозил холод. Ничего не осталось от поддразнивающей, дружелюбной девушки, которую он знал.
— Aвa, пожалуйста. Опусти пистолет. Ты действительно веришь, что я причиню тебе вред?
Впервые за весь день её маска треснула.
— Я не знаю, что и думать.
— Я находился рядом с тобой две недели. Если бы я хотел навредить тебе…
— Кто тебя нанял, Малахай?
— …я мог бы это сделать. Но я не буду, потому что не хочу.
— Просто скажи, на кого ты работаешь.
Он сделал ещё один шаг к ней, протянув руки.
— Ты не понимаешь!
— Нет, я не понимаю! — повысила она голос. — Почему бы тебе не воспользоваться этой возможностью и не просветить меня? Отличная идея, особенно когда мой пистолет направлен тебе в грудь!
— Пожалуйста, Ава…
— Прекрати так меня звать! — На глаза накатывали слезы. — Ты лгун. А я доверяла тебе.
Он покачал головой.
— Я бы никогда не причинил тебе боль.
— Ты уже это сделал!
— Aвa, опусти пистолет.
— Просто скажите мне, что происходит!
— Неужели ты не понимаешь, я не могу! — крикнул он и пробормотал под нос проклятие.
Как только у него вырвались эти слова, у неё отвисла челюсть. Ава замерла. Рука, сжимающая пистолет опустилась, и оружие с мягким глухим стуком упало на хвою. Малахай быстро наклонился и схватил пистолет, чтобы поставить на предохранитель, и тут понял, что Ава его даже не снимала.
— Ава, что вообще…
— Что ты только что сказал? — прошептала она.
— Я сказал, что вообще…
— До этого.
Ава учащенно дышала. Малахай убрал пистолет. Паникуя, она потянулась к нему. Ему пришлось отступить.
— Что ты сказал раньше, Малахай?
Он покачал головой.