Книжные люди (ЛП)

Я должна уйти и вернуться позже. Но теперь я упряма. Какая разница, здесь она или нет? Она всего лишь клиентка, он не будет с ней долго.
Он идет к стойке, пробивает книгу. Люси болтает без умолку. Его взгляд встречается с моим. И воздух между нами вспыхивает. Жаром. Взаимопониманием. Памятью о той ночи. Его руки на моей коже. Его губы на моих. Он внутри меня, двигается…
Я отрываю взгляд и начинаю изучать корешки книг на ближайшей полке. Изучаю их очень, очень тщательно.
  
Люси никуда не торопится, продолжает болтать.
Господи, да оставь ты уже его в покое!
Наконец, после, как мне кажется, двух часов мучений, она уходит, и я подхожу к стойке. Он смотрит на меня. Сегодня на нем темно-синяя рубашка, которая делает его глаза еще ярче.
У меня пылает лицо, кожа натянута, а пальцы чешутся — хочется расстегнуть верхнюю пуговицу этой чертовой рубашки.
— Мисс Джонс, — говорит он чертовски официальным тоном. — Чем могу вам помочь?
— Себастиан, — я ненавижу, как неуверенно звучит мой голос. — Сегодня написала Лиза. Письма ей понравились. Она говорит, что сейчас между книгами, ищет вдохновение и с радостью приедет в Уичтри. Гонорар ей не нужен.
Его лицо светлеет, губы изгибаются в улыбке и эта улыбка ударяет мне прямо в грудь, сбивая дыхание.
— Это потрясающе, — говорит он. — Отличные новости. Я свяжусь с типографией насчет программы сегодня утром.
Вторая улыбка за два дня. Настоящее чудо. И еще приятнее, что улыбнулся он из-за меня.
— Знаю, — я тоже улыбаюсь, просто не могу сдержаться. — Разумеется, это все в последний момент, но ее имя на афише многое изменит.
На секунду между нами исчезает вся неловкость. Остается только общее чувство триумфа и радость от того, что фестиваль не просто состоится, но, возможно, даже станет успехом.
— Да, учитывая это, возможно, нам понадобится зал побольше. — Себастиан оглядывается, его черные брови хмурятся. — Здесь и в Портабл Мэджик довольно тесно.
— Посмотрим, сколько билетов продадим, — говорю я. — Если что, есть деревенский зал. Но большую часть мероприятий лучше оставить здесь и в моем магазине. Это место великолепно. Людям понравится быть здесь, а те, кто приедет издалека, захотят вернуться.
Он смотрит на меня, все еще с этой улыбкой, и я чувствую, как сердце переворачивается в груди.
— Они захотят вернуться и в Портабл Мэджик тоже. Ты хорошо ладишь с людьми.
Мне нравится его похвала, и это, наверное, глупо, но я ничего не могу с собой поделать. Комплименты Джаспера всегда имели скрытые шипы, он никогда по-настоящему не восхищался мной. А Себастиан — восхищается. И это значит для меня больше, чем я готова признать. Я всего пару месяцев в книжном бизнесе, а он уже больше десяти лет.
Лицо снова пылает — чертовски раздражает.
— Спасибо, — говорю я, сбитая с толку. Потом быстро меняю тему: — Нам стоит еще раз сверить расписание фестиваля. Я также могу помочь с рассылкой, если нужно.
Медленно его взгляд тускнеет, лицо теряет теплоту. Будто остывающая лава превращается обратно в камень.
— Да, стоит, — его голос снова официальный, без эмоций. — Как насчет завтрашнего вечера после закрытия?
Потеря его улыбки неприятна, но я решаю, что это не имеет значения. Теперь мы коллеги, а это куда лучше, чем быть врагами. Любая встреча, где мы не спорим, уже победа.
Я сохраняю улыбку.
— Отлично.
Он отводит взгляд.
— Прости, мне нужно сделать заказ.
Это явное и громкое прощай, и да, мне больно. Но я не позволю себе это чувствовать. Я обещала себе, что больше не позволю мужчине причинять мне боль.
Поэтому я сглатываю обиду и держу улыбку как щит между нами. Только хорошие мысли. Только хорошие мысли.
— Без проблем. Мне тоже есть чем заняться. Тогда до завтра.
Я поворачиваюсь и иду к двери. Уже тянусь к ней, как вдруг он говорит:
— Мисс Джонс.
Я замираю и оборачиваюсь, сердце бешено колотится.
— Да?
— Миссис Беннет из Уичтри Крафтс, возможно, знала твою бабушку. Они одного возраста, насколько я понимаю. Почему бы нам не зайти туда перед закрытием завтра? А потом разберемся с фестивалем.
Я думала, он забыл свое обещание — то, что он дал мне в постели — помочь разобраться в прошлом моей семьи.
Оказывается, нет.
Грудь сжимается от эмоций.
— Мы?
— Миссис Беннет... немного недружелюбна. Думаю, если я буду рядом, это поможет.
Она не ошибается. Миссис Беннет действительно довольно замкнутая, хотя я не уверена, чем присутствие Себастиана может помочь, учитывая, что и он сам не слишком общителен. Может, у нее к нему слабость?
Хочется его поддразнить, но мы оба пока держимся за эту нелепую официальность, поэтому я просто говорю:
— Тогда это было бы замечательно. Спасибо.
Он пожимает плечами:
— Пустяки. Есть еще несколько людей, которые могут знать что-то большее. Я проведу дополнительные расследования.
— Ты не обязан.
— Знаю, что не обязан. — Его взгляд прямой, пронзительный. — Но я дал тебе обещание, и намерен его сдержать.
Той ночью он дал мне и другие обещания. Обещал, что я буду чувствовать себя лучше, чем когда-либо в жизни, что он заставит меня кричать его имя. И он сдержал те обещания тоже.
Может, он сейчас тоже об этом вспоминает, потому что в его глазах вспыхивает огонь. Яркий, обжигающий. И вот оно — снова между нами искрит, теперь вдвое сильнее, вдвое жарче. Потому что теперь мы знаем, каково это, и это… потрясающе. Великолепно.
Но больше этого не будет.
Я вдруг понимаю это с окончательной ясностью. Это знание оседает внутри меня тяжестью.
В глазах предательски покалывает, но это глупо. Я не буду плакать из-за него. Никогда.
Я больше не позволю мужчине заставить меня плакать.
Я моргаю и натягиваю самую яркую, самую беззаботную улыбку:
— Спасибо, Себастиан. Увидимся завтра.
В Портабл Мэджик я отвлекаюсь от ноющей пустоты в груди, написав восторженное письмо Лизе. Затем связываюсь с ее пиарщицей и отправляю подробности фестиваля. Скорее всего, ей понадобится место для проживания, поэтому я составляю список вариантов, включая Уичтри Армс — недавно отремонтированные номера, не пятизвездочный отель, конечно, но уютные и комфортные. По крайней мере, оплатить ее проживание там я смогу.
Я почти заканчиваю, когда заходит Эйслин с дочкой Бет на руках. У меня есть коробка с игрушками рядом с детскими полками, и Эйслин сразу же достает оттуда книжку из ткани и кубики для Бет.
— Привет, — говорит она, усаживая малышку, которая с удовольствием возится с книжкой. — Ну, рассказывай, мне нужен апдейт по Высокому, Темному и Мрачному.
Я стараюсь сохранить на лице что-то вроде нейтрального выражения:
— Апдейт? В каком смысле?
Эйслин встряхивает своими рыжими волосами и подходит к стойке.
— Последний раз, когда я тебя видела, ты собиралась поговорить с ним «наедине».
— Мы просто обсуждали фестиваль.
Она прищуривается:
— Так вот почему ты покраснела?
Я не знаю, что сказать. Мы с Себастианом не обсуждали, стоит ли рассказывать кому-то, что мы переспали. Но я уже два месяца живу здесь и знаю, что в деревне сплетни разлетаются мгновенно. Если бы кто-то узнал, слухи расползлись бы по Уичтри моментально. Уверена, Себастиан это возненавидел бы.
Но с другой стороны… у меня нет никого, с кем я могла бы об этом поговорить.
Я бросаю на Эйслин выразительный взгляд.
— Я не хочу, чтобы кто-то об этом знал, ладно?
Она поднимает бровь:
— Ах, значит, все-таки так?
— Пожалуйста, Эйс.
— Эй, без проблем. Я не сплетница. И да, знаю, что сплетники говорят так же, но я правда не сплетница.
Я верю ей, поэтому киваю:
  
— Ладно. Так вот… Мы переспали.
Она совершенно не удивлена.
— Ну наконец-то.
— Это не то, что ты думаешь. Это было разовое.
— Разовое? — Она опирается локтями на стойку и изучающе смотрит на меня. — Он был настолько плох? Честно, никогда не слышала отзывов о его… гм… навыках, но, скажем так… — она ухмыляется, — выглядит он так, будто знает, что делает.