Семейка (СИ)

- Старый вяз, - внезапно сказал Игорь и показал свой рисунок в блокноте Ангелике Феодоровне.
- Да, это старый вяз. Морис стоит там с ночи и будет стоять там, пока не добьётся своего, - раздражённо сказала хозяйка дома.
Она держала отданный ей блокнот и внимательно разглядывала рисунок, который и Алик успел поймать взглядом: снежная гора, вызывающе развалившаяся поперёк дороги; очертания машины и фигурки рядом с ней.
- И что вы предлагаете? – медленно произнёс Алик.
- А ты так уверен, что я что-то предлагаю? – зорко посмотрела на него Ангелика Феодоровна, а потом вздохнула и покачала головой: - Нам нужно, чтобы он вошёл в дом. 
Несколько странная интонация объявленного решения заставила Алика насторожиться. Ко всему прочему, он заметил, что Ангелика Феодоровна старается не смотреть на него, как будто задумала что-то опасное для…Он оглянулся на свечное пламя. Секунда, другая.
- Нет. Сестру к нему не отпущу, - монотонно, отходя от мгновенной медитации, сказал он.
- Ей ничего грозить не будет, - повелительно сказала хозяйка дома. – Ко всему прочему, пойдёт она не одна. С нею будет Игорь.
- Он сумеет обеспечить безопасность Алики? – настойчиво добивался Алик.
- Сумею, - откликнулся домоправитель. И встал. – Когда нам идти, Ангелика Феодоровна? 
- Сразу после завтрака, - сухо ответила хозяйка дома, не глядя на правнука, который насупился, тревожно сдвинув брови.
- Я пойду с ними, - решил Алик. – Пойду Тенью, и меня никто не заметит. Этот ваш Морис – он же не прорицатель?
- Нет. Не прорицатель, - согласилась Ангелика Феодоровна. – Но он отличный видящий. Твою Тень он заметит. 
- Тогда пойду просто в качестве охраны, - уже угрюмо огрызнулся Алик, исподлобья взглянув на бабулю.
- Останься, Алик, - неожиданно ласково попросила та. – Как говорят, нынешние молодые – включи логику. Морису и самому надобно войти в дом, чтобы разобраться, что в нём происходит. Он не будет причинять зла Алике и Игорю.
- Вы… ручаетесь?
- Могу дать клятву на магии, - надменно сказала Ангелика Феодоровна.
Этому обещанию он поверил.
- Ладно… - пробурчал он и тут же встрепенулся. – Я свободен?
- Свободен Игорь! – заявила бабуля. – А ты посидишь ещё немного. Не забыл, что приезжает дед Валерии? Что думаешь делать с этим обстоятельством?
- Не отдам ему! – снова огрызнулся Алик, мгновенно вспотевший от мысли, что злобный дед увезёт Белоснежку – навсегда! И только следом явившаяся мысль заставила слегка успокоиться: «Ну и что, что увезёт! В одном же городе живём!»
Игорь встал и, откланявшись, вышел. А Ангелика Феодоровна взглянула на правнука и снисходительно спросила:
- Алик, ты кто?
- В смысле – кто? – поразился тот, торопливо пытаясь разрешить заданную задачку.
- Кто ты, маг? – уже более серьёзно задали ему вопрос.
- Я прорицатель, я Тень. Ну – Лель, - перечислил он, пока что только удивлённый.
И вздрогнул, когда в недолгой наступившей тишине бабуля вкрадчиво сказала:
- Лель, что ты должен сделать, когда сюда приедет дед Валерии?
Алик сидел, на несколько мгновений уставившись на неё так, словно ожидал услышать что-то ещё. Наконец, выдохнул и хлопнул себя ладонью по лбу.
- Спасибо, бабуля! 
И, вылетая из её комнаты, успел услышать её негромкое ворчание:
- А то всё на меня свалили! Придумывай, направляй… Бабуля ему… 
Он улыбнулся, сам ещё не определившись – почему. Но выскочил из гостиной второго этажа и стремительно помчался по лестницам на третий. А сам уже составлял примерный план, как ему уговорить Белоснежку на довольно хитроумное дело, чтобы спасти её от деда. Впрочем, сначала надо бы узнать у неё, не хочет ли она добровольно вернуться к нему. Эта мысль остановила его у двери в комнату сестры. Но Белоснежки в её комнате не оказалось. Алька объяснила, что та, едва только полностью проснулась, тут же сбежала в свою комнату.
Алик опрометью выбежал из одной комнату и, еле сдержав себя, сначала постучался в дверь к Валерии.
- Кто там? – испуганно спросила Белоснежка из-за двери.
И он заторопился, выпалив:
- Белоснежка! У меня к тебе дело на сто миллионов! Можно к тебе?
Она открыла ему дверь, странно растерянная и как-то даже жалкая. 
Испугалась из-за деда?
Закрыв за собой дверь, Алик начал с главного:
- Белоснежка, ты мне доверяешь?
…Алька облачилась в привычное уличное одеяние и чуть не захихикала, когда Игорь, озабоченный предстоящей прогулкой, намотал на её шее широкий шерстяной шарф. Он был таким шерстяным, что нежная кожа горла немедленно зачесалась при соприкосновении с ним.
- Ты же говорил – на улице совсем не холодно! – напомнила она ему.
- Мало ли что там, на улице, - пробормотал он, отступив от неё и оглядывая так придирчиво, что она чуть снова не захихикала: он как будто дописал одну из своих картин и сейчас ищет все погрешности в ней! – Ты не забыла, как мы идёт к старому вязу?
- Нет, не забыла. Идём и учим наизусть заклинание, которое раскидывает снег. Игорь, а если такое заклинание есть, почему ты снег чистил?
- Потому что это заклинание сильное. Попробуй я его использовать, вокруг дома такая буря началась бы! Весь снег разлетелся бы не туда, когда надо. А ты будешь освобождать дорогу. Там удобно.
Алька ничего не поняла. Зато поняла, что у них с Игорем прогулка. Так что всё ништяк. И помогла ему закутаться в его собственный шарф. 
Когда спустились с крыльца, Алька спросила:
- Игорь, а вдруг заклинание сработает, пока я учу его наизусть?
- Не сработает. Пока ты учишь, ты же не представляешь себя читающей со сцены. 
- А-а… Поняла. 
В отличие от заклинания, вызывающего снежную бурю, заклинание разгона снежной горы оказалось совсем коротким. Почти три стихотворные строфы, только без рифмы. Алька выучила его быстро и только бубнила, повторяя слова всю дорогу до старого вяза. Дерево клонилось над узкой выемкой, про которую Алька уже знала, что это маленькая речушка. Девушка даже пожалела несчастный вяз: столько на нём снега!
- Начинай, - напомнил Игорь, остановив её, не доходя до дерева. 
Сначала зашевелились снежинки у ног самой Альки. Ей это понравилось, и она усилила чувство не говорящей со сцены, как предлагал Игорь, а имеющей власть над снежным покровом. Вскоре она вошла в такой транс, что начала даже поднимать руки, держа в памяти, что должна расчистить дорогу от снега. А руки в том же трансе неожиданно рубанули в стороны – и снежным взрывом высившийся неподалёку холм разметался по полям с обеих сторон от дороги.
- Ух, ты! – обрадовалась Алька и оглянулась на Игоря. – Мы пойдём к нему?
Игорь посмотрел на чистую дорогу, посмотрел на Альку и невольно откликнулся её радости, улыбнувшись. Только вот почему-то передёрнул плечами, словно замёрз, глядя на свободную дорогу и машину с едва заметной фигуркой. 
- Пусть сам доедет, - предложил он.
- Пусть! – засмеялась Алька, чуть не приплясывая рядом с ним от счастья: она снова прочувствовала огромную силу, которой может распоряжаться по своему желанию!
Да и стоять не хотелось: настоишься, а потом холодно будет. А пока она плясала, подпрыгивая, напевая и смеясь над чем-то обескураженным Игорем, к ним подъехала машина, из которой высунулся седой старик с сердитыми блёкло-голубыми глазами.
- Вы кто?!
- Я домоправитель Ангелики Феодоровны! – сообщил Игорь.
- Я не о тебе! – рявкнул старик. – Эта девица – кто она?
- Правнучка Ангелики Феодоровны!
- Здрасьте! – поздоровалась с ошеломлённым стариком вежливая Алька. – Вы поезжайте к дому, а мы – за вами! Игорь, бежим! Ветер холодный!
И снова засмеялась, прижимаясь к нему, а потом таща его за собой к поместью.
  
Глава 25
 
После завтрака все расположились в гостиной второго этажа. Достаточно было однажды найти карточный столик, достаточно – разок посидеть всем вместе и мирно поболтать, поглядывая на Аделаиду Степановну, которая умиротворённо вязала что-то своё бесконечное; на мужчин, негромко анализирующих ходы карточной игры, – чтобы возвести пребывание в гостиной едва ли не в ритуал. В общем, сидеть в гостиной всем вместе оказалось интересней, чем прятаться по своим комнатам. Вероятно, и главе семейства стало скучно сидеть в своей спальне: после завтрака Игорь куда-то ушёл с девочкой Аликой, а перед тем передал просьбу Ангелики Феодоровны её сыновьям, чтобы те вывезли её из комнаты сюда же, в гостиную.