Лиса для Алисы
В отличие от большинства сотрудников библиотеки мужского пола, заведующего нельзя было назвать книжным червем, чувствовалось, что он знаком с физическим трудом, прекрасно владеет собственным телом. Почему-то думалось, что Герман Кох регулярно посещает не только тренажерный зал, но и секцию каких-нибудь единоборств.
У заведующего красивая и гармонично сложенная фигура, не то что у тощего корейца. Впрочем… Я вспомнила сильные руки Ли Су Хена. Как парень изогнулся, удерживая меня от соприкосновения с острыми гранями ступеней. Чтобы поймать и удержать девушку в подобном положении, нужна невероятная сила и скорость реакции…
– Держите. – Герман протянул мне сумку. – Вроде ничего из вашего имущества не пострадало, только зеркало разбилось. Но вы же не верите в глупые суеверия?
– Не верю, – слабо улыбнулась я и зачем-то добавила: – Иначе у меня дома не жила бы черная кошка.
Герман только кивнул, а затем сказал:
– Теперь я одолжу вам свой плащ, и мы поймаем такси.
С ужасом уставилась на заведующего.
– Нет-нет, Герман Карлович! Прошу вас, не беспокойтесь! Я сама…
– Я не могу оставить даму в беде.
– Герман Карлович, – взмолилась я, – мне и так неловко. Не знаю, как вам завтра в глаза буду смотреть! А если меня увидят в вашем плаще, как вы меня сажаете в такси… – слухи пойдут! Вы же знаете наш коллектив!
– Да, у нас тот еще серпентарий, – мужчина усмехнулся, не разжимая губ.
– Прошу вас, Герман Карлович! Я… я зашью юбку. И сменная обувь у меня есть. И такси сама поймаю, – ложь далась удивительно легко.
Прикусила губу, чтобы не расплакаться. А затем, набравшись смелости, наконец встретилась взглядом с заведующим. В небесно-голубых глазах скандинавского бога отражались тревога и сомнение.
– Уверены? – прищурившись, спросил Кох.
Я кивнула.
– Хорошо, но только с одним условием.
– Каким?
– Называйте меня впредь по имени… Алиса, ведь я могу вас так называть?
– Да-да, вы можете… – растерянно пробормотала я. – Но… как же я могу? Как же субординация?
– Когда мы наедине, субординация ни к чему, – заведующий улыбнулся.
– А?.. Да, хорошо… – несколько раз, как китайский болванчик, кивнула я.
– Так вы уверены, что сами справитесь? Может, мне хотя бы проводить вас до вашего шкафчика?
– Справлюсь, Герман Карлович.
– Алиса, мы же договорились, – пожурил меня заведующий.
– Справлюсь… Герман, – вздохнула я.
– Вот и славно.
Когда Кох ушел, я закрыла глаза и прислонилась затылком к холодной стене. Из глаз потекли слезы.
Как же глупо. Как же стыдно.
И почему Герман обратил на меня внимание именно сейчас?!
Придерживаясь за стену, добрела до женского туалета. Стоило увидеть собственное отражение в зеркале, как мне стало еще хуже. Прическа напоминала воронье гнездо. Лицо украшали темные от туши дорожки слез. Блузка выбилась из-за пояса. Шов на юбке разошелся почти до самого верха, бесстыдно выставляя напоказ кружевную резинку чулок. И о чем я только думала, когда надевала эту юбку?..
Я умыла лицо и расчесала волосы, скрутила рыжую гриву в узел на затылке. Герману я соврала, у меня не имелось ни сменной обуви, ни денег на такси. Хорошо хоть нитки с иголкой нашлись в косметичке. Зная собственную невезучесть, я всегда носила их с собой.
Всякий раз, стоило мне решить что-то изменить в жизни, случалась какая-то неприятность. Помнится, когда я спешила на собеседование в престижную фирму, которое устроил курирующий диплом профессор, меня с ног до головы окатила водой из лужи проезжающая машина. Понятное дело, на собеседование я не попала, место меня дожидаться не стало, да еще и отношение с преподавателем испортила. Затем работу пыталась найти уже сама – и вновь мне каждый раз чудовищно не везло. То телефон упадет на рельсы в метро, то отца заберут в больницу с острым аппендицитом, то квартиру затопят соседи… Так что после нескольких неудачных попыток я отчаялась искать лучшую работу. Тем более что место в библиотеке меня вполне устраивало – от дома недалеко и любимые книги кругом, вот если бы еще платили чуточку больше…
Личная жизнь у меня тоже не складывалась. Разумеется, я не была так популярна, как Кэт, но и в старших классах школы, и в институте, и даже в библиотеке поначалу меня на свидания приглашали… Вот только дело ни разу не дошло до второго свидания, да и первые случались не всегда. Если была бы суеверна, то подумала бы, что на мне венец безбрачия. Я ломала каблуки, теряла телефоны, проливала на кавалеров кофе и вино, один раз и вовсе особо симпатичного мне парня чуть с моста в реку не столкнула… случайно, конечно. Кэт давно уже не пыталась меня ни с кем свести. Как-то раз подруга призналась, что ей своих знакомых просто жалко, боится, что однажды я кого-нибудь ненароком убью. Ада говорила, что мне стоит не впадать в уныние и просто подождать, что рано или поздно любовь сама найдет меня.
Если задуматься, началась черная полоса лет тринадцать назад. Сначала маму сбила машина, затем отец на несколько недель ушел в запой и потерял работу. Я тогда практически бросила школу, кошка и та по ночам выла, будто раненый зверь… Вероятно, отец вскоре пропил бы все имущество и квартиру в придачу, его бы выгнали на улицу, а меня отправили в детский дом. Неизвестно, как бы сложились наши судьбы, если бы как-то утром в дверь не позвонила тетушка Ада. Она смогла вывести отца из запоя, меня заставила вернуться в школу, привнесла некий порядок в наши жизни. До этого Аду я видела лишь на похоронах матери. Несмотря на то, что сестры жили в одном городе, они почему-то не общались. Я только знала, что у мамы есть сестра, которая младше ее на одиннадцать лет.
Аделаида Сергеевна, как этакий своенравный и острый на язык ангел-хранитель, присматривала за нашей семьей. Помогла мне устроиться в «Ленинку», папа не без ее участия тоже нашел новую работу, пусть и не такую хорошо оплачиваемую, как прежде, и связанную с частыми разъездами.
Когда ехала домой в метро, думала, какая же я все-таки идиотка – такой шанс сблизиться с Германом упустила. Кэт или Ада, окажись они на моем месте, упали бы в объятия благородного рыцаря, позволили проявить о себе заботу. В конце концов, сколько отношений в книгах и фильмах начинались именно с подобных нелепых ситуаций… С другой стороны, может, и хорошо, что я Германа оттолкнула. Если покупка новых туфель привела к падению с лестницы, то чем обернулась бы попытка завязать отношения с заведующим? Лучше даже не пытаться. Я и так выставила себя в глупом свете, а иначе, возможно, пришлось бы новую работу искать.
Лучше вообще больше не пытаться изменить свою жизнь, а плыть по течению и, как говорит тетушка Ада, довериться судьбе…
Эпизод второй
На следующий день я специально расспросила коллег. Ли Су Хен не пытался ни восстановить читательский билет, ни получить новый. Вообще ни один молодой азиат вчера билет не получал.
Полдня ходила как неприкаянная, а в обед набралась смелости и наведалась в службу безопасности. Упросила нервного сутулого мужчину посмотреть записи камер с той злополучной лестницы. Посвящать кого-либо в свою постыдную историю не хотелось, но Федор Алексеевич не относился к числу библиотекарских сплетников, а мне не давало покоя, откуда кореец взялся в библиотеке, как он успел меня поймать. И что уж кривить душой, мне свойственен некий мазохизм, и хотелось увидеть ситуацию со стороны. Возможно, все не так страшно, и я, как не раз бывало, себя накручиваю?
Выяснилось, что обе камеры, с которых можно рассмотреть лестничный пролет, как раз вчера вышли из строя – видео оказалось безнадежно испорчено. На записях с соседних камер были и я, и Герман Карлович, а вот Ли Су Хену каким-то образом удалось улизнуть от взора всевидящего ока.
«Все страньше и страньше», как говорила моя тезка из одноименной книги. Чудной этот кореец – появился, как черт из табакерки, и так же внезапно пропал…
Заведующего фондом редких и ценных изданий я весь день старательно избегала. Стоило только заметить высокую широкоплечую фигуру, как я тут же стремилась спрятаться за колонной, за спиной Ады или кого-то из коллег. Тетушка, видя мои метания, только посмеивалась.