Фантастический цикл романов "Викинг". Компиляция. Книги 1-9" (СИ)

Там, во дворце, под сенью пальм, под журчание искусственных ручейков мы и заночевали. Во всяком случае я оказался в числе счастливчиков, которым выпало спать. Да не одному, а с ласковой смуглой девочкой, готовой буквально на все, лишь бы с ней не сделали ничего плохого.
Я и не сделал. Да и остальные не очень бесчинствовали. Тяжелый был день. Лучше бы поспать… Но уж больно мы все истосковались по женскому обществу. Хватило, впрочем, на всех. У толстяка в гареме обнаружилось пятьдесят шесть женщин. Ну на хрена ему столько? Тем более что, как позже выяснилось, арабский вельможа предпочитал молоденьких мальчиков. То есть мало что пидорас, так еще и педофил. Впрочем, женщин он тоже пользовал, поскольку помимо жен в гареме обитали еще и его дочери. Целых одиннадцать. Одна из них мне и досталась. Честно. По жребию.
Славная девчушка. Первый раз — с мужчиной. Но уже не девственница. Гарем, однако. Райские птички. Живут, чтобы наслаждаться и «наслаждать» других. Но — счастливы. Женщина в исламском мире — недочеловек. Птичка. Или кляча для пахоты. Птичкам — лучше. Особенно, если исхитрится родить сына, который поднимется наверх и маму родную не забудет. Птичкам — лучше, однако гарем — еще то местечко. Из мужиков — один хозяин. Соло. На всю стайку. И евнухи, в обязанности которых входит… Ох и много чего входит в их обязанности, однако за пределы гарема это «всё» не выходит никогда. Птички — они петь любят. Да только — некому. Жены — навсегда в одной клетке. Дочери же со временем разлетятся по другим гаремам. Куда папа продаст, туда и полетят. Но — счастливы. Много ли птичке надо?
Еще у толстяка были сыновья. Во дворце аж шесть. Малолетки.
За обещание их не трогать, арабский лидер выдал все свои тайники. Стопудово все. Данные были проверены и подтверждены. Это сыновей наш ярл поклялся не трогать. Насчет папы никаких обещаний не давалось.
Утречком, когда я оглядел городишко (довольно жалкий на вид), у меня возник законный вопрос: откуда у покойного вельможи денежки на всю эту дворцовую роскошь?
Оказалось — оттуда же, откуда у нас. «Мы живем грабежом, топором и ножом…» Точнее, веслом и саблей.
С утреца в городок, по единственной дороге, очень удачно прибыл караван со жратвой. Жаль, выпивки не имелось. Шариат. Только разные сладкие напитки. Зато фруктов — завались.
Караван мы аннексировали. Затем, по поручению ярла, я и еще четверо любителей верховой езды (отличных коняшек держал покойник) пробежались верхами по дороге: нет ли еще чего-нибудь интересного?
Ничего. Пыльная пустыня. Мечта квадроциклиста.
Вернулись и — отдыхать. Судостроитель из меня — никакой, так что припахивать меня Хрёрек не стал. Велел вечером нам со Скиди заступать на боевое дежурство, а пока — личное время.
Я проведал Стюрмира: здоровяк явно не очень страдал. Необъятных габаритов арабка (как раз в стюрмировом вкусе) кормила раненого датчанина засахаренными фруктами. Еще одна чесала заскорузлые пятки викинга. Ну просто санаторий!
У Скиди загорелись глаза: ночь парень провел не в гареме, а в городе. Стюрмир благосклонно ссудил ему пяткочесательницу.
Откуда-то из глубины дворца вкусно тянуло шашлыком. Девушки — это классно. Но перекусить тоже не вредно.
Три дня в раю. Так я бы охарактеризовал наше пребывание на территории Магрибского халифата. К счастью сам халиф по имени Яхья не знал о нашем посещении и не принял мер, чтобы испортить нам праздник.
А на третий день судьба (или норманские боги, уже не знаю) улыбнулись нам еще раз. Хотя улыбка эта получилось кривоватой. Как в старом анекдоте о жене нового русского, у которой были для супруга две новости: плохая и хорошая. И хорошая звучала так: подушки безопасности в «мерседесе» отличные.
В «арендованный» нами залив вошла местная боевая галера. С полным экипажем «морпехов» на борту. Не догадываясь о том, что власть в городе переменилась, сарацины-мореплаватели сошли на берег… Где их, беспечных, мы и приняли.
 
До серьезной драки дело не дошло. Парни увидели образовавшийся перед ними железный строй — и не стали искушать судьбу.
Возглавлял «морских охотников» еще один сын покойного вельможи.
Этому повезло больше, чем старшему родственнику. Наш ярл проявил великодушие. А причину этой внезапной доброты сарацин сам привез в городок. Целых шестеро норегов из бывшей команды Торсона. Сарацины подобрали их в море. Сняли с обломков драккара. Естественно, не из человеколюбия, а исключительно с целью наживы. Такие крепкие парни на местном базаре стоили недешево. И не потому, что отменные гребцы, а потому что халиф любил принимать в свою гвардию подкованных в военном деле иноземцев. Почему? Да потому что папаша принятого в наш хирд араба — наверняка не единственный в эмирате оппозиционер.
Так или иначе, но ребят никто не обижал. Заковали в колодки, это да. Зато кормили-поили и даже не били плетками-палками.
Среди шестерых везунчиков — неразлучные дружки Гуннары: Гагара и Морской Кот. Я даже порадовался: из торсоновых норегов эти двое — самые веселые.
Что ж, утонувший драккар — это плохо. Но шесть боевых товарищей — это очень кстати. А мы как раз ремонт кнорра закончили.
Лично я бы отдохнул здесь еще недельку, но ярл торопил: то ли боялся сильно отстать от главной эскадры, то ли просто чуйка сработала. Утром четвертого дня дозорные в крепости заметили пыль на дороге. Причем — густющую.
Мы еле-еле успели эвакуироваться, как в городок ворвалась целая армия сарацин. Видать, где-то произошла утечка информации…
Опоздали, болезные. Мы уже покидали уютную гавань. А преследовать нас было не на чем, потому что даже в спешке мы не забыли понаделать дырок в днищах галер, а гнаться за нами на рыбачьих лодочках — дело совершенно бесперспективное. Так что — успели. Но многие из наших искренне горевали: хотели девочек прихватить, а те в суматохе разбежались.
Я лицом выражал сочувствие, и — помалкивал. Ведь это я, такой нехороший, шепнул своей смуглянке: всем, кто не хочет составить нам компанию в морском круизе, лучше куда-нибудь слиться.
Хорошо, что наши об этом никогда не узнают. Наверняка не поняли бы…
Им понятней Сторкад Бородатая Секира, убивший девчонку за то, что слишком медленно раздевалась. Чужие девушки — не люди — имущество. Оцененное в серебряном эквиваленте. Средневековый менталитет, блин. Но не спешите осуждать. В цивилизованном мире, где права человека и прочая лабуда — не лучше. Хуже. И не только для генералов, которые, как в Чечне, легко меняют «своих» на чужое бабло. Для всех, кто ухитрился взобраться на шесток. Народ, быдло, в лучшем случае — электорат… Сдохнет тыщенка-другая — можно еще пару лямов наварить.
Предложи такой «бизнес» Ивару Бескостному, безжалостному корыстолюбивому убийце, принципиально не платившему виру и не считающемуся ни с кем, кроме отца и братьев — не поймет Ивар. Как это — своих хирдманов на деньги менять? Они ж — свои!
На корме — жизнерадостное ржание. Мишень — отец Бернар. Никак не поймет, что проповедовать христианство удачливым разбойникам — пустой номер. Бог, который не может защитить даже своих жрецов, не говоря уже об имуществе, — не их бог. Дразнят, но не обижают. Скольких монах уже вылечил-выходил? Уже и не счесть. Это раньше он считался моим трэлем, а теперь он — свой собственный. Заслужил. В шторм весло крутил вместе со всеми. И воин — в прошлом. Об этом тоже известно. Так что уже не раб — вольный. Захочет — сойдет с корабля в любом порту. Да только не захочет. Втемяшилось в его щетинистую голову: нести свет Веры в языческие души. «Души» — упираются. Отец Бернар настаивает. Пугает адом. Напугал волка свиной рулькой! А то норманы не знают, где вечно огонь горит, а где — воистину адский холод? Ни в царство Хель, ни на земли огненных или инеистых великанов настоящие воины не попадут никогда. Валхалла рулит! Христианский рай — нет.