Беременна от нелюбимого (СИ)

Мила размазывает ладошками слезы по своим щекам.
— И что дальше? Что будем делать дальше, Даня? Доктор сказал, что это излечимо, нужно лишь время.
— Не волнуйся, милая, ради вас с малышкой я очень быстро встану на ноги, — заверяю ее. — Если все анализы будут в пределах нормального, то через неделю меня отправят в Израиль, там мне сделают трансплантацию стволовых клеток. Донора уже нашли. Это один из самых действенных методов борьбы с лейкемией. Я пройду там курс лечения, восстановление займет время, но обратно вернусь к вам живым и здоровым.
— Я с тобой поеду, — вызывается она.
— Нет, Мила, тебе рожать скоро. Сейчас твоя задача беречь малышку. Для меня. Ты останешься здесь, будешь много гулять и хорошо питаться. Мы будем постоянно на связи. Я не хочу чтобы ты нервничала.
— Я и так нервничаю.
— Мила, ты поняла о чем я.
Мы снова замолкаем. Я подношу ее руку к губам и целую ее длинные пальцы. Обручальное кольцо все еще на ней. Не выбросила после ссоры. На душе сразу же потеплело.
— Ты же не поверил ей, Даня? — внезапно задает Мила вопрос.
— Кому?
— Тане. Я тебя люблю. А с Сережей встретилась потому что он хотел мне о тебе рассказать. Но не успел.
— Конечно же я ей не поверил.
— Тогда почему? Почему разозлился и выставил меня? Даня, ты и в самом деле собирался развестись со мной и отобрать ребенка? Это ведь не честно.
Я морщусь. Этого вопроса следовало ожидать.
— Давай начнем по порядку. С того момента, когда я узнал что ты беременна от меня и решила не оставлять ребенка.
Мила кивает, соглашаясь.
— Я тогда сильно разозлился. Я морально готов был к худшему, врачи не давали стопроцентных гарантий на хороший исход, и тут случается чудо — после меня может остаться ребенок. Но одна дурочка не поняла какое это счастье и обесценила человеческую жизнь.
— Ты же знаешь что я жалею об этом, — перебивает Мила, нахохлившись.
— Конечно, милая, — глажу ее по руке. Я пытаюсь приподняться в постели, голова слегка кружится. — Поэтому я решил любыми путями удержать тебя от ошибки. Предложил карьеру модели, а ты взяла и согласилась. Я был безумно зол на тебя.
— Я не согласилась, Даня. Я просто так ляпнула, мне было интересно что будет дальше.
— Но в моих глазах это выглядело так, словно ты согласилась. Тогда я решил проверить тебя, проучить. Вписал в договор пункт о том, что после развода ребенок останется со мной, а с тобой мы договорились же, что брак будет недолгим. Родится ребенок, оформим свидетельство о рождении и разбежимся. Я ждал твоей реакции, но ты даже не возмутилась тому, что у тебя заберут ребенка.
— Я не читала весь договор, — отводит от меня взгляд Мила, вспыхивая. А потом с возмущением произносит:
— Это же ты, Даня Кравцов, я тебе доверяла и не ожидала подвоха. Обычно я все пересматриваю по несколько раз, консультируюсь с юристами, но… Черт, ты не вызывал у меня недоверие в этом плане. Ты ведь не человек, который жаждет прибрать к рукам чужое. Именно поэтому я прошлась по пунктам насчет имущества, убедилась что там все нормально, но даже подумать не могла, что ты мог туда такое вписать! Как только в голову тебе пришло?
Я лишь пожимаю плечами. Глупышка моя.
— Ну, в общем, я знал что времени у нас немного и пытался понять как заставить тебя любить нашего ребенка больше всего на свете, и заботиться о нем, а не о своей карьере. А потом понял, что для того чтобы начать что-то ценить, нужно его потерять. Я не хотел чтобы ты знала о болезни, собирался оттолкнуть тебя, но не могу придумать как. А тут с Таней и Сережей случай подвернулся удачный и… я не горжусь своим поступком, Мила. Но я и в самом деле не хотел чтобы ты видела меня таким, — развожу руками. — А впереди еще химиотерапия. Я облысею. У меня даже бровей не будет. Я не хочу быть слабым в твоих глазах, понимаешь? — повышаю голос, эмоции бьют их меня. Признаваться в своих слабостях любимой женщине непросто.
  
Глава 48
 
— Но это жестоко, Даня, понимаешь? — я смотрю на него с возмущением. — Знаешь что я чувствовала, когда ты приказал мне убираться из дома? И что ребенка после развода отнимешь!
 
— Просто, мне казалось я поступаю правильно, — он тянется рукой к моим волосам, пропускает их сквозь пальцы, а я с трудом сдерживаю себя, чтобы вновь не впасть в истерику.
Все утро храбрилась. Держала себя в руках, чтобы перед Даней сильной быть, но хватило одного взгляда на его изнеможённое бледное лицо, чтобы забыть о всех данных себе установках.
Мы всего две недели не виделись, а смотря на изменения, которые произошли с Даней — словно годы прошли.
— На самом деле у тебя на руках липовый договор, — продолжает Даня после небольшой паузы. Его голос звучит глухо и слабо. На висках капелька пота. — Настоящий находится у меня и юриста. В случае чего тебе с малышкой отойдет половина моего имущества, вторая достанется сестре.
У меня не муж, а хитрый лис.
Я фыркаю в ответ, давая понять что думаю о его действиях. Отворачиваюсь, утыкаясь взглядом в белую стену.
Я все еще не верю в то, что это происходит в реальности, а еще я очень зла на него. За то что не сказал мне, за то что врал и строил непонятные мне многоходовки. Нужно было просто сесть и поговорить. Мы бы вместе что-то придумали. Для этого ведь и нужна семья.
— Не нужно больше принимать решения, не поставив меня перед этим в известность. Возможно, раньше мне и было все равно на тебя, хотя нет, скажу как есть — мне никогда не было плевать на тебя, Кравцов. Даже когда в школе делала очередную глупость. Потому что ты это ты, и моя ненависть не была настоящей. Я просто любила тебя задевать и всегда с нетерпением ждала твоей реакции. А еще ты бесил меня. До чертиков.
— Ты меня тоже. Поверь, — усмехается он.
Мы замолкаем. Слышно как тикают в палате часы. Малышка взволнована как и я. Совсем скоро она появится на свет, осталось ждать еще немного. И я очень хочу чтобы Даня в этот момент был со мной.
— А ты и правда любил меня? Все эти годы? — несмело спрашиваю я, вновь возвращая все свое внимание своему мужу. Раз уж у нас сегодня день откровений, то стоит выяснить все до конца.
— Безумно.
— Почему не сказал тогда?
Даня выгибает бровь, смотрит на меня с насмешкой.
— Я ведь на выпускном поцеловал тебя. Хотел признаться, знал что не увидимся больше, но смелости не хватило.
— Я была зла, — качаю головой, вспоминая тот день. Словно вчера все случилось. — Ты украл мой первый поцелуй.
— А ты берегла его для Безрукова, — он хочет показать что безразличен к этому факту, но скрывать ревность умеет плохо.
— Безруков в далеком прошлом. Забудь о нем. Тем более у него вроде как большая неземная любовь, — фыркаю я, вспоминая парочку влюбленных, на которых смотреть уже тошно. Слишком много розовых соплей. Если мы с Даней со стороны так же выглядели, то очень странно что людей вокруг нас не начало тошнить.
— Знаю я о его большой любви, — недовольно фыркает Даня.
— Оу, — мои глаза расширяются от удивления. Похоже, я многое пропустила.
Наше уединение прерывает медсестра. У Дани по плану процедуры, поэтому мне приходится покинуть палату.
— Поправляйся скорее, а потом я с чистой душой устрою тебе скандал с битьем посуды, за то что ты так со мной поступил, — сжимаю его руку, не желая расставаться.
— Обязательно. У меня еще как минимум двое детей в планах. Так что о модельной карьере можешь забыть навсегда.
Я улыбаюсь ему в ответ, стараюсь не заплакать в который раз. Я ему хоть десятерых рожу. Только пусть все хорошо будет. Я не могу потерять его. Не тогда, когда только обрела настоящее счастье. Осознала, что рядом со мной тот самый мужчина. Привыкла к его любви к рыбе. А еще жуткому упертому характеру.
 
Я выхожу на крыльцо клиники и делаю глубокий вдох. Горячий воздух обжигает грудь. Мы со всем справимся. Обязательно.