Беременна от нелюбимого (СИ)

В голове ни единой мысли. Лишь бред, который мы шепчем друг другу в порыве страсти, и мои громкие стоны, которые Даня ловит своим ртом.
Не знаю, сколько это длится, но простыни под нами влажные, а моя спина в испарине. Последняя судорога удовольствия, и я возвращаюсь на землю. В реальность.
Даня громко дышит мне на ухо. Его сердце быстро колотится под моей ладонью. В ритм моему сердцу. Кажется, вот-вот — и выскочит из груди. Вот-вот — и я задохнусь от нехватки кислорода.
Перед глазами все еще пляшут звезды, а в ушах шум.
— Только не смей говорить мне, что это ничего не значит, — шутливо произносит Даня, прижимая меня к себе еще ближе. Целует в плечо, удобно устраиваясь в постели в обнимку со мной. Урчит, словно довольный кот.
Я с трудом могу выдавить из себя несколько слов заплетающимся языком.
— Это ничего не значит, — не могу упустить возможность подразнить его.
На лице растягивается улыбка. Хорошо, что в комнате темно.
— Ну да, конечно. Не порть момент, Решетникова, — хмыкает Кравцов. — И не говори, что этого больше не повторится. Не обламывай меня так. Нельзя дать попробовать десерт, а потом спрятать его в холодильнике. Тем более я твой законный муж и твоя обязанность — угождать мне, — самодовольно заключает он.
— Не буду, иногда мне тоже хочется нарушить свою диету и полакомиться сладким. Это ведь неправильно — искать встреч с другим мужчиной, когда под сердцем ношу твоего ребенка. Поэтому ты мой единственный вариант на следующие пять месяцев, — тяжело вздыхаю я, потому что и в самом деле так думаю. Да и не привыкла я по мужикам бегать, у меня их всего-то два было. За двадцать восемь лет. Господи, чем я занималась все это время?
Даня напрягается после моих слов. Его пальцы с силой впиваются в мою кожу. Ему не нравится то, что я сказала, но он никак не комментирует это. Молчит. А мне так хочется, чтобы сказал что-то колкое, разозлился. Мне не хватает эмоций. Я зависима от наших перепалок. Это как наркотик. Адреналин. Попробовала раз, а потом все мало.
— Спокойной ночи, Мил, — тяжело вздыхает он.
— И что, это все? Ты разочаровываешь меня, Кравцов, — шутливо толкаю его.
— Это был мой максимум на сегодня. Устал после перелёта. Но у нас ведь есть еще пять месяцев, верно? — Могу поклясться, что он сейчас улыбается. Как же бесит меня.
— М-м-м, если у меня не начнётся мигрень.
— Ты самая ужасная женщина из всех, кого я знаю.
— Взаимно, муж мой. Взаимно, — посмеиваюсь я и ерзаю, пытаясь удобно устроиться. Что ж, все не так уж и плохо. Хотя не могу не признаться, что эти странные отношения между нами безумно пугают. Потому что я не хочу привязываться к Дане. Любые проявления чувств под запретом. Рано или поздно нам придётся разойтись. И никому из нас не должно быть больно в тот момент.
  
Глава 23
 
Дом Крацова великолепен, но, конечно же, я об этом молчу. Хожу из комнаты в комнату, придирчиво оглядываясь вокруг, и виду не подаю, что мне здесь все нравится. Даня же хвостиком следует за мной, спрятав руки в карманах и ожидая моего заключения.
Утром мы проснулись и сделали вид, что ничего не произошло. Правда, никто не перечил друг другу и не огрызался. Нейтралитет — вот как я бы назвала тот хрупкий мир, который установился между нами.
Мы позавтракали, бросая друг на друга изучающие взгляды, не осмеливаясь заговорить о прошлой ночи, а потом погрузились в машину Кравцова и поехали в сторону фотостудии, где остался мой автомобиль.
До дома Дани добирались на двух машинах, и всю дорогу я спрашивала себя, какой черт укусил меня ночью, что я словно с цепи сорвалась. Не смогла отказать ему, не смогла оттолкнуть. Поддалась искушению. И снова я списала все на гормоны. И снова пообещала себе, что больше этого не повторится, игнорируя тот факт, что мне, вообще-то, понравилось. Безумно.
 
— А это хозяйская спальня, — вырывает меня из раздумий голос Дани. Мужчина открывает передо мной дверь, и я оказываюсь в просторной комнате на втором этаже, с большой кроватью и выходом на балкон.
— Мне нравится. Пожалуй, расположусь здесь, — заключаю я, с улыбкой оглядывая свое новое жилище.
— Эм-м, слово «хозяйская» как бы предполагало, что мы будем спать здесь вдвоем, — поигрывая бровями, произносит Даня, одаривая меня похабной улыбочкой.
— Вот уж нет, Кравцов, мне нужна своя территория. Дом большой, и ты можешь выбрать любую из оставшихся комнат, а эта кровать неприкосновенна.
Я раскидываю руки по сторонам и падаю спиной на мягкий матрас.
— М-м-м, фантастика.
— Ну, может, ты меня иногда будешь пускать сюда? Скажем, раза три в неделю? В остальных комнатах не такая удобная кровать. — Даня возвышается надо мной, умоляюще заглядывает в мои глаза.
— Если заслужишь, может, и пущу, — хищно улыбаюсь я.
— Спасибо, что дала мне надежду, — театрально произносит он и ложится рядом. — Можешь обустроить все на свой вкус, я не против. Выберешь, какая из комнат будет детской, — после небольшой паузы говорит он. Его голос заучит тихо и с легкой хрипотцой. Я понимаю, что он смотрит на меня, но не поворачиваю голову в его сторону. Изучаю взглядом белоснежный потолок, стараясь сделать вид, что меня не волнует близость его тела.
— Да, здесь не хватает женской руки, к тому же хоть чем-то займусь, чтобы не умереть от скуки. Я привыкла, что моя жизнь насыщенна, подъем в пять-шесть, разъезды, съемки, вечеринки, а теперь максимум, что мне светит, — походы к врачу и семейные праздники, — тяжело вздыхаю я.
— Считай, что у тебя длительный, хорошо оплачиваемый отпуск. Кстати, ты не против, если на выходных к нам приедут мои родные на ужин?
— Почему ты спрашиваешь меня? — Все же поворачиваю голову в его сторону и встречаюсь с ним взглядом. — Это ведь твой дом.
— Давай назовем его «наш дом». По крайней мере, на то время, что ты живешь здесь. Так что?
— Только не надейся, что я что-то приготовлю, мои кулинарные способности не распространяются на что-то более сложное, чем салат и апельсиновый фреш.
— Постараюсь запомнить это, — кривится Даниил, а потом я непроизвольно облизываю пересохшие губы и замечаю, как темнеет взгляд мужчины. Он, кажется, задерживает дыхание, проходится по мне взглядом.
Между нами снова натягивается нить, а воздух сгущается. Нужно бежать. Нельзя поддаваться на эти глупые эмоции. Это ведь Даня!
— Черт, уже обед, мы с Таней договорились встретиться. Мне нужно бежать. Занеси сюда коробки с моими вещами, я вечером все разберу, — подрываюсь с кровати я и быстрыми шагами направляюсь к выходу. Чувствую, как подрагивает мое тело.
Это чертово влечение между нами никуда не девается. Нужно оградить себя от Кравцова. Он ведет себя слишком мило, притворяется хорошим парнем, но мы то с вами знаем, что он не такой.
Ребенок. Я здесь ради ребёнка. Нужно не забывать об этом.
— Алло, Тань? Как насчёт пообедать вместе где-нибудь в центре? — набираю подругу, как только сажусь в свой автомобиль. Нужно как можно меньше времени находиться наедине с Даней. Полностью игнорировать его и не забывать, что я его, вообще-то, ненавижу. Всей душой.
— М-м-м, давай минут через двадцать в «Карамели», — протягивает подруга.
— Так быстро не получится. Я в частном секторе, сегодня к Дане переехала, до центра час езды, — вздыхаю я и завожу мотор.
 
— Что? Вы съехались? — эмоционально вскрикивает подруга. — Погоди-погоди, как это случилось? Почему? Когда?
— Эм-м, давай все при встрече. — Ее реакция застаёт меня врасплох, и я понимаю, что лучше пока держать в секрете том, что я оступилась второй раз и поддалась чарам самого дьявола.