Честно украденная ведьма (СИ)

Учитывая, что с недавних пор я заделалась ведьмой, стала прислушиваться к своей интуиции и странным желаниям. Мало ли… Поэтому утеплилась, укуталась, залила горячий кофе с молоком в большую термокружку, накидала в рюкзак печенья, конфеток, батон для уток и упаковку сосисок для любой живности, какая обнаружится в парке.
И поехала гулять и думать. Надо как-то уложить все в голове.
В парке было на удивление многолюдно, несмотря на холод. Праздные гуляки кормили птиц, рассматривали остатки зимних украшений, которые еще не везде убрали. По календарю уже официально весна, успел не раз смениться декор и на тот, что ко Дню всех влюбленных, и на мужской февральский, и на женский мартовский. Так что то тут, то там мы наблюдали то остатки одного праздника, то подготовку к другому.
Я сначала гуляла бездумно. Раскрошила батон уткам в пруду. Хотя они, похоже, были сытые и не спешили хватать куски. В кустах возились то ли водяные крысы, то ли не знаю кто. Но туда покидала сосиски. И мое подношение оценили. Ветки трещали, какое-то активное движение происходило.
Потом я посидела на скамейке и выпила кофе, чтобы немного согреться. Закусила крекерами и конфетой. Нет, не люблю я все же прогулки, не мое это. Бессмысленное хождение, ощущение, что впустую тратишь время.
А потом я решила поэкспериментировать с подключением к энергетическим потокам. После возвращения на Землю я еще ни разу этого не делала осмысленно, как практиковала на родине Джинджу и Томаса. Но там это было естественным и логичным, там же магия. А тут как-то…
Но раз уж я, оказывается, из рода ведьм, почему бы и не да?
Все получилось. Но все было очень и очень скромно. Магия все же на Земле имелась, но разреженная. Не щедрые потоки, не водопады, а хилые тонкие ручейки. Грустно.
— Я пришел, — сказал мне вдруг кто-то и аккуратно потрогал по коленке.
Я отвлеклась от погружения в потоки сил и стихии, открыла глаза и обнаружила, что рядом со мной на скамейке сидит крупный, но очень худой уличный кот. Рыжая шерсть бродяги слиплась, была грязной, тощие запавшие бока, одно ухо рваное.
Кот смотрел на меня выжидающе, не пытаясь ластиться или клянчить еду.
— Привет. А у меня не осталось сосисок, — расстроенно сказала я. — Мне нечем тебя угостить.
— Ты звала, ведьма. Я услышал, — сказал он мне вдруг.
И я, выпучив глаза, подпрыгнула на месте. Он говорит⁈ Этот кот такой же, как Джинджу⁈
— Это ты говоришь?
— Я, — ответил он. Сел поудобнее, обвил лапы длинным унылым хвостом с грязной шерстью.
— Ты чей-то фамильяр?
— Нет, я свободный кот.
— Ага… — Я помолчала и спросила: — А хочешь стать фамильяром?
— Не знаю. Мне и так неплохо, я свободен и сам по себе. Тебе нужна помощь, ведьма? Зачем звала?
— Да я не то чтобы звала… А поехали ко мне в гости? — Приняла я решение. — Я тебя помою, покормлю, ты отдохнешь в тепле. Я тебе расскажу, что у меня случилось, и ты решишь. Может, захочешь у меня остаться.
Кот думал, наверное, целую минуту. Сидел, смотрел на меня, прислушивался к чему-то, чутко поводя ушами. Морда у него крупная, хотя тощая. Глаза умные. Эдакий циничный, повидавший многое мужик, спокойный, степенный.
— Ладно. Я поеду к тебе, ведьма. Но если поймем, что нам вдвоем тесно, ты отвезешь меня обратно. У меня тут логово.
— Договорились!
— И никакого кошачьего корма. Я знаю, его люди приносят. Я не ем его. Можно любую другую еду.
— Хорошо, — не стала я спорить.
Он сам пошел за мной к машине. И даже не стал прыгать на сиденье, чтобы не пачкать обивку, устроился в ногах пассажирского сиденья, и я включила печку. Потом сам же пошел за мной от машины в подъезд, в лифт. Вел себя независимо.
— Сначала мыться, — сообщила я ему. — Проходи в ванную. Кошачьих средств у меня нет, но уверяю, мой шампунь для волос очень хорош. А уж о его цене лучше даже не задумываться.
— Женщины слишком много внимания уделяют своей внешности, — философски заявил кошак, проходя в ванную.
Осмотрелся, напружинился и сам заскочил непосредственно в ванну. И терпеливо вынес процедуру помывки. Не вякнул ни разу, не пытался выдираться или царапаться. Кажется, ему даже нравилось. По крайней мере, самые большие пузыри пены он лопал когтем вполне осознанно и с любопытством.
 
Когда его облепило мокрой шерстью, обнаружилось, что он не просто худой, а совсем тощий, но при этом костяк мощный. Где-то там явно нагрешили и сибиряки, и, возможно, мейн-куны. Что удивительно, блох на животном не было. Или же я не нашла. Но на всякий случай я попыталась своими непонятными пока ведьминскими способностями кота подпитать и подлечить, а блох изгнать.
Потом я сушила кота феном, расчесывала, кормила. И в итоге он устал, пригрелся, его разморило, и он вырубился. Подумав, я постелила ему поближе к батарее плед, устроила подобие гнезда и аккуратно туда своего рыжего гостя переложила.
Так мы и не побеседовали за целый вечер. Была сначала мысль заказать с доставкой какие-то необходимые мелочи для домашнего питомца. Но тарелку с миской для воды я и так ему уже выделила, а в туалет он сходил дважды на унитаз. Я только показала и объяснила принцип. Этот кадр умудрился даже смыть за собой. Вроде ничего и не нужно тогда.
Так что я тоже легла спать.
А проснулась от пристального взгляда.
— Ведьма, вставай. Доброе утро.
У меня вырвался смешок, и я поняла, что успела за неделю соскучиться по Джинджу и по ее вечному утреннему «Наташа, вставай!».
— Меня зовут Наталья Морозова, — не открывая глаз, сообщила я и потянулась под одеялом. — Можно просто — Наташа.
— А я кот.
— А зовут как?
— Никак. Но так и быть, ведьма Наташа. Ты можешь дать мне имя. Я приму, если оно мне понравится.
— Джо́кер, — мгновенно пришло мне в голову.
Ну а что? Он выскочил внезапно, удачно возник в целом парке и пришел именно ко мне. К тому же есть Джинджу, а Джокер вполне созвучно.
Вот вернусь к Томасу, и будут у нас двое: Джинджу и Джокер. Здорово ведь!
Впрочем, я не стала все свои мысли говорить вслух. А кот подумал и благосклонно согласился.
— Неплохо. Мне нравится, ведьма Наташа. Зови меня Джокером.
После того как я встала, привела себя в порядок и мы оба позавтракали, пришло время общаться.
Я порасспросила Джокера о его судьбе. Кто он, что он, как так получилось, что вполне себе говорящий разумный кот и вдруг бродячий и живет в парке.
— Наташа, ты странная такая, — посмотрел он на меня с жалостью. — Ты меня слышишь, потому что ты ведьма. Обычные человеки не могут со мной разговаривать.
— Оу… — подвисла. Помолчала. — То есть тебя слышу только я и те, у кого есть магический дар?
— Именно. Но магов я пока не встречал. Или же они просто себя не выдавали, как ты. Твой зов я услышал и пришел.
— Мой зов… — как попугай повторила я.
Не то чтобы я специально посылала зов. Я-то была уверена, что делаю нечто совершенно иное. Ну да ладно, я недоучка, что с меня возьмешь.
Мы еще немного поговорили. Детства Джокер не помнил. Была мама-кошка, были братья и сестры. А потом он уже вспоминал себя довольно взрослым и одиноким, выживал сам по себе. Иногда выходил к людям и просил еду, иногда сам охотился на птичек и грызунов.
Был умным и осторожным, ни разу не попался ни тем, кто ради развлечения убивал бродячих животных, ни тем, кто отлавливал их и отвозил… куда-то. Джокер не знал куда, но больше ни одного из таких, пойманных, не видел.
— Но ты все же рискнул подойти ко мне, — констатировала я.
— Ты же ведьма. Ты вся светишься. От тебя вкусно пахнет. И у тебя вот тут, — коснулся он мощной крупной лапой меня в районе солнечного сплетения, — светится огонь.
— Огонь?
— Он греет. И питает меня. Мне нравится.
Кот встал, покрутился на месте, как это делают все кошачьи перед тем, как улечься. Но Джокер выбрал это для того, чтобы заполнить паузу. Покрутившись, он не лег, а снова сел, но поближе ко мне, заглянул в глаза и спросил: