Между нами война (СИ)

Я рассмеялась вместе с ней и выдохнула. Сделала королеве комплимент, что из неё вышла бы замечательная актриса: существуй тут Голливуд — «Оскар» по праву вручили бы ей обязательно.
Она налила мне чаю, потребовала сменить проекцию и убрать эти тряпки с глаз долой.
Модистки занимались мной целый час: сначала снимали мерки, потом прямо на меня накладывали иллюзию платья, меняя фасоны, и настойчиво искали то, что понравится именно мне. Мне нравилось всё, я была не из тех модниц, которые нос воротят и ищут себе итальянский шёлк ручной работы; но королева авторитетно заявила — должно не просто нравиться! Должно быть такое платье, от которого дух захватывает и слов не подобрать.
Уже подошло время обеда, и к нам зашла Антонина Ивановна с Мироном, дабы позвать на обед. Мы их усадили рядом с Каролиной и продолжили выбор платья. Ещё через полчаса, примерив где-то сотое по счёту платье, женщины и маленький мальчик хором издали долгожданное: «Вау!!!»
— Ты прекрасна, — восторженно прошептала Каролина.
Мама украдкой смахнула слезинку. У Мирона глаза блестели, и он смотрел на меня, как на диво дивное.
— Ты как ангел, — сделал Мирошка комплемент.
— А ты мой демон, — хихикнула я и крепко обняла свое чадо.
Покрутилась ещё минут пять возле зеркала, рассматривая свадебный наряд. Платье действительно было просто волшебным.
— Берём, — сказала я, поворачиваясь к модисткам и мамам.
— Аллилуйя!! Можно мы теперь поедим сегодня? — воскликнула Антонина Ивановна, и подорвалась с дивана.
Модисты кивнули мне, свернули свой магический проектор, и платье, светясь, исчезло с тела. Нам пообещали, что к завтрашнему дню оно уже будет готово, плюс утром привезут подходящие к платью туфли и акссесуары: фату, чулки, нижнее бельё, бижутерию. Каролина тут же прервала, уточнив, что будущая королева достойна большего, поэтому будет на свадьбе в настоящих драгоценностях. Я смутилась, взяла за ручку Мирона, и мы наконец направились в столовую.
— Я тебя познакомлю с дедом Браном, — буксировал меня ребёнок, в нетерпении таща медленную маму за руку.
— А кто это?
— Дедушка Брандир, которого мы нашли во льдах, ты не помнишь, что ли? — посмотрел на меня с упрёком Мирошка.
— А, спящая красавица из легенд о гигантах! Идём, конечно, не терпится узнать, что там за свирепого монстра откопала бабушка, — согласилась я.
Мы зашли в светлую столовую, где стол уже был сервирован и накрыт для трапезы. В дальнем углу, возле окон, стояли мои мужчины, а из окна торчала морда лиса. Не пустили бедного, несчастного пушистика.
— Папа! — выпустил мою руку Мирон, и побежал к мужчинам. Они все втроём синхронно повернулись к сыну, и первым на руки мальчика подхватил Арслан, но Мирон тут же потянулся к Хокаю, — Ты выздоровел? Тебя мама вылечила? Не корона?
Мальчик обнимал моего падшего ирлинга за шею и тревожно заглядывал в лицо, а у Хокая глаза были на мокром месте. Он крепко обнял Мирона и отвернулся от нас, рассказывая, как я лечила его самыми горькими в мире лекарствами. Велгард и Арслан тактично оставили их наедине и подошли ко мне.
— Ну что? Выбрали? — спросил Велгард, я кивнула и потянула их к столу.
Мне очень хотелось есть. За столом уже собрались мужчины моей мамы — Клаус, Раэль и ледяной, совершенно не похожий на гиганта. Он выглядел молодо: чистое без щетины лицо, льдисто-голубые глаза, блондинистые, с голубым отливом, длинные волосы. А когда он улыбнулся, показывая ямочки на щеках, помолодел ещё больше — ну, чисто ребёнок. Мама моя совращает подростков.
— Сколько вам лет? — бестактно ляпнула я, продолжая во все глаза рассматривать "дедушку".
— Я перестал считать после третьего тысячелетия, — ответил товарищ. Потрясённо присвистнула, и он рассмеялся, подмигнув мне.
Это и есть свирепый гигант из легенд? Где-то нас обманули. Он похож на ангела.
Мы расселись по своим местам, и дождались последних задержавшихся — это были Каролина с Лареной, которые вплыли в гостиную, держась под ручки. Кумихо грозно тявкнул, фыркнул и хлопнул окном, всем своим видом показывая, что он в спектакле не участвует. Вильнул пушистыми хвостами и ушёл в сад.
 
Раэль холодно посмотрел на свою дочь и, поджав губы, отвернулся. Кажется, ему вернули мозги на место, безумно интересно — как? Остальные играли роль радостных родственников. Хокай подошёл к нам, сел рядом с Арсланом, и посадил Мирона к себе на колени.
— Вы нашли способ защититься от её воздействия? — шёпотом спросила у Арслана. Он кивнул, подтверждая, и скосил глаза на свои руки, шевеля пальцами. Приглядевшись, на одном из пальцев увидела печатку в форме головы орла. Бросила взгляды на руки остальных мужчин — у кого были видны кисти рук, везде я видела такое же кольцо, только у мамы вместо него на блузке красовалась брошь. — Откуда так быстро достали такое количество?
— Магия Хокая! Пока вы выбирали платье, мы тоже развлекались, — тихо ответил Арс.
Ларена присела возле своего отца и провела рукой по плечу, словно стряхивая несуществующие пылинки.
— Папочка, путешествие пошло тебе на пользу, — улыбалась эльфийка.
Раэль опустил глаза, разглядывая белоснежную скатерть. Я понимала — у мужчины шла серьёзная внутренняя борьба. Как ни крути, Ларена — его дочь, и узнать о таких вопиющих деяниях родной крови — большой удар для любого родителя. Мужчина даже слегка постарел на вид, а его лоск потускнел. Однако он постаралс взять себя в руки — выдохнул, расправил плечи и поднял голову. Натянуто улыбнулся дочери и поцеловал её в лоб. Антонина Ивановна сжала его руку, посылая жениху ласковую улыбку. Велгард прочистил горло и отвлёк внимание присутствующих на себя. Градус напряжённости снизился, а я приступила к уничтожению обеда, совершенно не слушая, о чём там болтают родственники.
— Ты согласна? — спросила Каролина, отвлекая меня от вкуснейшего мяса в кисло-сладком соусе, буквально таящего во рту.
— Вы о чем? — уточнила я, пыталась проглотить непрожёванный кусок и не поперхнуться.
— Ларена будет твоей подружкой невесты, — улыбнулся дракон, а я всё-таки поперхнулась. Из моих глаз брызнули слёзы, я закашлялась и хватала ртом воздух, и не потому, что мясо застряло в горле. Арслан хлопнул меня по спине и сунул в руки стакан с водой.
— Только через мой труп, — просипела я, проглотив с трудом помеху.
— Ты все ещё злишься, — печально вздохнула Ларена, строя из себя дурочку. Актриса, блин, погорелого театра.
— Хватит, Ларена! — не выдержал папа-эльф и, со скрипом отодвинув стул, встал. Он посмотрел на нас всех, покачал головой и направился на выход.
— Раэль! — попыталась остановить своего жениха мама.
— Прости, Тоня, поговорим немного позже, — грустно ответил он, посмотрел на мою маму и вышел.
Ларена замолчала, нахмурилась, и внимательно нас оглядела. Кажется, она что-то заподозрила, потому что я опять почувствовала покалывание в районе висков. Перевела взгляд на Велгарда, который широко улыбнулся эльфийке. Ясно, улыбаемся и машем. Тоже натянула улыбку, ощущая, как противятся мышцы лица искусственному оскалу. Дурацкий спектакль, он когда-нибудь закончится? Почему бы не посадить её в тюрьму? Спрошу об этом позже у Велгарда, — решила я. Аппетит пропал. Впрочем, как и у остальных, отметила я, — только одна эльфийка расслабилась, и жуёт довольно свою траву. Всегда знала, что вегетарианцы — зло во плоти.
После обеда пошла укладывать сына, со мной за компанию увязался Хокай. Он вообще был какой-то слегка пришибленный — не узнаю моего остряка, который никогда в карман за словом не лез. Мы зашли в мои покои, Мирон переоделся, умылся и лёг под бочок. Хокай уселся с другого бока.
— Мам, — позвал сын, — ты завтра выходи по-настоящему замуж, ладно?
— Ладно, — кивнула я, обнимая моего принца.
— И за всех пап, даже за папу Корвуса, — зевнул малыш.
— Я бы хотела обойтись без последнего пункта, — пробормотала в сторону, целуя вихрастую макушку, но сын всё равноу услышал.