Между нами война (СИ)

— Ошсирхан? — неверяще уточнил он.
— Да, вы знакомы?
Корвус не ответил, стал ходить вокруг меня, даже голова закружилась от его перемещений.
— Или оставь меня в покое, или перестань кружить, как коршун, — раздражённо попросила бывшего.
— Мирка, — демон сменил тон на дружелюбный и присел рядом, — Мир, выпусти меня. Обещаю тебе, я исправлюсь, стану лучшим отцом для Мирона, и лучшим мужем для тебя.
— А я за тебя замуж не собираюсь, — перебила демона. Ишь, чего захотел.
— Я твой истинный, ты пойдёшь против воли Богов? — закипел мужчина, как чайник без крышки.
— Они даровали мне свободу выбора, и я не выбираю тебя. Ты шесть лет знать не знал обо мне, и теперь считаешь, я побегу за тебя замуж только потому, что ты извинился? Открою тебе секрет — это так не работает! Проживи мою жизнь с того дня, как ты ушёл от меня, каждую минуту одиночества. Я желаю, чтобы ты прочувствовал каждый месяц, день, час моей личной боли, в которой ты меня бросил. И ты не выйдешь из магического сна, сколько бы миллионов раз не просил прощения, просто потому что я тебе НЕ ВЕРЮ!
Как только я произнесла эти слова, тёмная комната поменяла очертания, и перед нами предстала моя старая кухня. Я сидела за столом, грызла ногти и набирала номер Корвуса снова и снова, слушая гудки без ответа. На столе остывал ужин, который я приготовила для мужчины, пока ждала его с хлебушком, но он так и не пришёл. Я оставила демона наблюдать, осмысливать, делать выводы, и тихо вышла.
— Мира, — Арслан тихо звал меня, вытирая мои слёзы, — что тебе снится, моя девочка?
Я открыла глаза — я всё ещё лежала на груди мужа и орошала её слезами. Неловко сползла в бок на кровать и, завернувшись в одеяло, побежала в ванную. Приняла душ, завернулась в полотенце и проскочила мимо постели в гардеробную за чистым бельём. Арслан взял мою пижаму и занёс в комнату.
— Спасибо, — поблагодарила, забирая её.
— Ты расскажешь мне, что тебе снится? — спросил он, отворачиваясь. Я быстро влезла в пижаму и вышла к нему.
— Мне снится Корвус. Каждую ночь он приходит ко мне и пытается выбраться из своего магического сна, — рассказала правду и обняла мужа. Арслан подхватил на руки и понёс на кровать.
— Он тебя обижает? — мужчина улёгся на кровать и положил моё тельце на себя.
— Нет, просто я вспоминаю прошлое, а это больно, — тихо ответила я.
— Прошлое нужно отпускать, оно уже прошло и не вернётся. Больше никто не посмеет тебя обидеть — ни тебя, ни Мирона, — твёрдо пообещал муж, и я поверила.
Глава 30. Безумное утро
Мирослава
Утром меня разбудил Мирон: сначала он улёгся ко мне под бочок, потом узрел Арслана, и юрким червяком полез втискиваться между нами, — от этого, собственно, я и проснулась. Мой ребёнок не умеет по-партизански переползать, обязательно должен заехать своей матушке пяткой в нос. Арслан тоже проснулся, спеленал ребёнка, положил в серединку и укрыл. Мирон обнял одной рукой меня, а второй схватил кончик хвоста.
— Мам, — шёпотом позвал ребёнок, — ты спишь?
— Угу, — буркнула я, обнимая свое чадо.
— Маам, — опять позвал он.
— Дай маме поспать, — попросил за меня Арслан.
Наступила тишина в эфире, но началась возня. Мирон пытался улечься поудобнее.
— Мирон, — возмутился Арслан, когда получил пяткой в бок.
— Мне жарко, — пропыхтел Мирон, скидывая одеяло ногами.
— Ты такая же егоза, как твоя мама, — в сердцах бросил наг, — если сейчас не успокоишься, пойдёшь в свою комнату.
Под боком замерли, но начали шумно дышать, а через пару минут чесаться.
— Мирон! — это уже я возмущаюсь.
Арслан не выдержал, подхватил ребёнка и встал. Я приоткрыла один глаз — мужчина перекинул весёлого малыша через плечо, свесив его голову за спину, и понёс в детскую. Я окончательно проснулась и поплелась чистить зубы и умываться, пока счастливый вопль Мирона не выгнал меня из ванной комнаты. Понеслась на всех парах научить ребёнка не орать по утрам, и узрела двух обнимающихся мужчин. Мирошка крепко обнимал за шею Арслана и, кажется, даже шмыгал носом. Муж жестом выгнал меня из комнаты, мол, нечего тут подглядывать за трогательным моментом обретения отца и сына. Я тоже шмыгнула тихо носом и прикрыла дверь. Сползла по стеночке на пушистый ковёр, сидела и глупо улыбалась, не замечая, как по
 
щекам текут слёзы счастья. У моего сына будет полноценная семья, с любящим его отцом, даже несколькими отцами. Я даже согласна на укус змея, лишь бы видеть сына таким счастливым. Мужчины вышли через пару минут и непонимающе уставились на меня.
— Ты-то чего сырость разводишь? — спросил Арслан, спуская ребёнка с рук.
Мирон полез ко мне обниматься и вновь расплакался, чем неимоверно удивил змея.
— Не плачь, мамочка, — всхлипывал ребёнок.
— Не плачу, — в тон ему всхлипывала я.
— Что за массовая истерия с утра пораньше? — возмущался Арслан, поднимая меня.
— Мирон плачет, когда я плачу, — пояснила мужу, вытирая слёзы, — но я уже не плачу, малыш.
— Вот и не плачь, — буркнул сын, и потёр красные глазки.
— Иди умойся, я пока нашу маму успокою, — отправил наг сына в ванную, тот кивнул и ушёл, а муж накрыл мои губы поцелуем, вмиг прекращая поток слёз и вырывая всхлип уже другого характера.
— Мне нужно прогуляться с Демоном, — прошептала я, оторвавшись, ошалев от неожиданности способа успокоения.
— Хорошо, я переодену сына и спущусь к тебе, — ответил змей, поцеловал в лоб и пошёл в ванную поторопить ребенка, а я снова всхлипнула, — Мира, не реви!
— Не реву, — улыбнулась я и повела пса на выход.
— Вот и не реви, — повторил он, и скрылся за дверью.
— Вот и не буду, — ворчала я, подхватывая неторопливого пса.
Стоило мне отпустить пса на бирюзовую травку и выпрямиться, как я наткнулась на грудь белобрысого извращенца, поморщилась и сделала шаг назад.
— Доброе утро, — проворчала крайне не дружелюбным тоном, разглядывая ирлинга.
Блондин был высок, как Велгард, но не так широкоплеч. Русые волосы торчали в разные стороны, не слишком густые брови дугой, высокий лоб, взгляд серых, словно расплавленное серебро глаз, насмешливый и с хитринкой. Нос с горбинкой, чуть пухлые губы, округлый подбородок. Лёгкая небритость вкупе с наглым взглядом делали его опасно красивым. Если от Арслана за версту веяло силой, то тут веяло опасностью.
Возможно, он не так силен, зато возьмёт хитростью, и нужно остерегаться этого товарища и быть крайне осторожной в словах и действиях, — подумалось мне.
— Насмотрелась? — ехидно спросил Хокай.
— Да, — честно призналась, и попробовала пройти мимо.
— Нравлюсь? — он сделал шаг в бок, не давая мне уйти.
— Нет, — нахмурилась я.
— Врушка, — пожурил он и сделал маленький шажок ближе. Я отступила на шаг от него,
— Не убегай, птенчик, не съем.
— А вдруг, — выгнула одну бровь.
Его руки, словно крылья бабочки, нежно и невесомо коснулись моих, отчего по коже побежали мурашки. Но сразу же после такой невинной ласки он жёстко схватил их и притянул меня рывком к себе. Открыв рот, я ахнула и собралась начать возмущаться, как второй раз за день мне заткнули рот поцелуем. Только если поцелуй Арслана был нежным, успокаивающим и ласковым — то поцелуй Хокая кардинально другим — жадным и страстным. Он яростно вторгался языком в рот, слишком порочно и жарко. Мне не хватало воздуха, но и прервать нас я не могла, моё тело просто перестало подчиняться мне, я таяла от такого поцелуя, обнимая ирлинга за шею и также страстно отвечая на поцелуй. В какой-то момент я перестала чувствовать землю под ногами и оторвалась, чтобы понять, что происходит, и с ужасом увидела, что Хокай взлетает, крепко прижимая меня к себе, а внизу стоит злой Арслан.
— Верни меня немедленно на землю! — запаниковала я и сильнее вцепилась в его шею, боясь банально упасть.
— Не сегодня, — хмыкнул пернатый.
— Что значит не сегодня? — возмутилась я, — у меня ребёнок, не смей меня похищать!