Между нами война (СИ)

— Ты такая медленная, — заметил ребёнок, подбегая ко мне, — идём быстрее уже.
— Иду, иду, — проворчала я, отдала собаку Мирону и последовала за ними, прибавив шаг.
Возле дверей заминок больше не возникло, двое из ларца выпустили нас, и пошли рядом, следуя за нами по пятам. Мирон вместе с Демоном быстро вырвались вперёд, я же прогулочным шагом шла за ними, разглядывая этот мир и насыщаясь новыми яркими картинами природы. Первое, на что обратила внимание — это два солнца, которые светили с двух сторон, и плыли по розово-сиреневому небосводу навстречу к друг другу. Очень интересно. Следующий пункт — это деревья и цветы. Трава и листочки на деревьях были бирюзового цвета, что для земного человека смотрелось крайне необычно. Цветы были разных размеров и оттенков — встречались как огромные, ростом с меня, фиолетового цвета, так и крошечные, типа незабудок, которые росли между газоном и плиткой. Минут через десять мы дошли до небольшого искусственного водопада, где мой сын увлечённо топил собаку.
— Мирон, ты что делаешь?! — возмутилась я.
— Демон пить хочет, — кряхтя, ответил ребёнок, свешивая собаку за поводок через каменный бордюр.
— Слышишь, Герасим, ты сейчас его утопишь, — забрала я мокрую псину из рук маленького живодёра.
— Кто такой Герасим? — спросил ребёнок, вытирая руки о бежевые брючки, совсем новенькие, которые мы надели при выходе.
— Любитель маленьких собачек, — хмыкнула я.
— Миледи, за тем поворотом есть детская зона, возможно, Его Высочество захочет поиграть? — обратился ко мне один из стражей. Я кивнула и направила сына в сторону, куда указали бравые ребята.
Глава 7. Маленький принц
Мирослава
Мирон издал звук, похожий на рёв раненного лосёнка, и запрыгал от радости. Его глаза загорелись, и он стремглав побежал на свою личную детскую площадку.
Тут было всё, о чём только может мечтать ребёнок: качели — обычные и с гнездом-сеткой, батут, огороженный для безопасности сеткой, воздушный замок с кучей пластмассовых мячей, которыми можно кидаться или просто нырять в них, машинка-качалка на пружине, карусель с сиденьями-лошадками. А ещё песочница, турник с препятствиями из канатов и двигающимся полом, и вишенка на торте — домик на дереве с винтовой удобной лестницей.
Мирон даже застыл на пару минут, решая, куда первым делом пойти.
— Хорошо, что мы сюда пришли, да, мам? Можно нам остаться тут навсегда? — спросил сын, когда отмер от восторга, и улыбаясь во все свои двадцать молочных зубов.
— Можно, — кивнула я, грустно улыбаясь в ответ.
Да уж. Я тяжело опустилась на скамеечку возле площадки и смотрела, как мой сын на пару с Демоном носятся от одного завлекательного аттракциона к другому. Мне стало страшно — не за сына, а за себя. Что было у Мирона до этого? Бабушка с мамой, детский садик с утра до вечера по будням, прогулки в торговый центр раз в неделю, собака небольшая лохматая. А что есть у него сейчас? Уверенна, это ещё не всё. Что там принцам полагается? Пони? Единороги? Я не удивлюсь, если и это король демонов организует. Как бы в куче всего прекрасного не потерять любовь и привязанность сына?
— У вас чудесный сын, Мирослава, — услышала я мужской голос рядом, вздрогнула и обернулась. Рядом со скамейкой стоял мужчина с посохом из кабинета Корвуса.
— Спасибо. Простите, я не знаю, как к Вам обращаться, — ответила я, — нас не представили друг другу.
— Сервантес де Норт, но вы можете звать меня просто Сервантес. Можно я присяду рядом? Давно не видел, как веселятся дети, — спросил он.
— Конечно, — я подвинулась, делясь скамейкой.
Мужчина улыбнулся и сел, облокотил свой посох на спинку скамьи и смотрел, как мой сын пытается затащить Демона на батут.
— Он очень похож на Корвуса, и я не о внешности, хотя и тут, безусловно, тоже сильное сходство, — заговорил через несколько минут мой сосед, — но его мимика, какие-то привычки одинаковые, удивительно просто.
— Да, — согласилась я тихо.
— Говорите громче, Мирослава, не стоит шептать со стариком, я туговат на левое ухо, — хитро улыбнулся он.
 
— На старика вы не очень-то похожи, — хмыкнула я, разглядывая Сервантеса.
Даже наш полковник-пенсионер рядом с ним выглядел стариком. Да, волосы на голове и вся бородка были в седине — но, во-первых, мужчине очень шло, а учитывая нашу земную моду, он был бы нарасхват у малолетних инстадив. Лощённый, холёный, с синими бездонными глазами и смуглой кожей. Во-вторых, чувствовалась некая скрытая сила, идущая от него, да и движения были не старческими, а энергичными. Был у нас на Земле один дедушка-танцор, танцевал на яхтах с моделями, — вот он жутко похож на него, только татуировок нет, а если и есть, то скрыты костюмом и накидкой.
— Спасибо за комплимент, — снова улыбнулся он, показывая белые, ровные зубы.
Мы снова посмотрели на моего Мирошку: мальчик всё-таки затащил собаку на батут и прыгал, собака тоже по инерции прыгала и громко лаяла.
— Корвус был таким же весёлым мальчиком, — вздохнул мужчина, — беззаботным и добрым.
Я не поверила — этот демон был добрым? Ха, три раза Ха! Как раз в этот момент Мирон повернулся к нам и увидел рядом с мамой незнакомого дядю. Сын нахмурился, спешно спустился и побежал ко мне.
— Здравствуйте, — подозрительно оглядев дядю, поздоровался он, приваливаясь к моим ногам.
— Добрый день, Ваше Высочество, — поздоровался Сервантес.
— Я Мирон, — не понял странного обращения сын.
— Сервантес, — мужчина протянул руку, и мой сын пожал её, — мне очень приятно с Вами познакомится, маленький принц.
Маленький принц важно кивнул и посмотрел на меня.
— Надо познакомить его с бабушкой, — громко сказал он; я рассмеялась и прижала его к себе, целуя в разгорячённую играми макушку.
— Познакомим, — согласилась с сыном.
— С бабушкой? Но она же умерла… — не понял нас дядечка.
— Моя бабушка жива! — возмутился сын.
— Понимаете, моя мама тоже прибыла с нами, — влезла я в разговор двух мужчин, разрешая возникшее недопонимание.
— Ах, ваша бабушка, я с удовольствием с ней познакомлюсь, — понял, наконец, о чём речь Сервантес.
— Беги, поиграй ещё, — предложила ребёнку.
— Ты никуда не уйдёшь? — спросил он, заглядывая мне в глаза.
— Нет, малыш, я буду тут, — улыбнулась, приглаживая непослушные волосы сына.
— Если он тебя обидит, громко кричи, — зашептал он в ухо, а рядом тихо посмеялся мужчина.
— Хорошо, — ответила я, и отпустила сына.
Мирон растрепал только что приглаженные волосы, окинул недобрым взглядом дядю, и побежал исследовать воздушный замок.
— Очаровательный малыш, — прокомментировал Сервантес. — Ну-с, мне уже пора, надеюсь, вы будете на балу?
— Да, — кивнула я.
— Что ж, тогда увидимся вечером, — он протянул мне раскрытую ладонь, я вложила свою, для рукопожатия, но мужчина галантно поцеловал её и, взяв свой посох, медленно пошёл в сторону ворот.
Я проводила мужчину взглядом и вернулась к своим мыслям. Удобно устроился Корвус: появился через пять лет на всё готовенькое. Памперсы не менял, ночью не вставал укачивать, не кормил пюрешками, отмывая после каждого приёма еды пол-кухни, не ходил полусогнутый, обучая ходить и держа за ручки. Его спина не раскалывалась после похода в поликлинику и таскания ребёнка по этажам.
Нет, я не сдамся на его милость. Пусть он король. Но я мать принца, а это выше всяких там королей. Глупо строить планы и сидеть, опустив руки. Смотреть, как мой сын уплывает от меня в руки отца, я не буду. Бесплатным приложением к Мирону не нанималась. Вздёрнула нос и расправила плечи, обретая уверенность в своей правоте. Пока я жива, никто не сломит меня.
— Ему понравилось? — спросил Корвус, и я вздрогнула от неожиданности. У меня тут революционные планы на свою жизнь, а меня отвлекают всякие короли.
Посмотрела на мужчину. Он стоял рядом, заложив руки в карманы, и смотрел на сына.
— Понравилось, — вздохнула я, возвращая себе мнимую покорность.