Свадебное путешествие (СИ)
Виола тихо попросила:
— Скажи.
— Потому, что мы этого больше никогда не увидим. Даже если ещё вернёмся сюда, когда-нибудь, всё ведь будет по-другому. Хотя, кипарисы останутся. И ласточки…
— И город тоже, — кивнула Виола. — Но конечно, ТАК не будет… Но пока мы никуда и не уезжаем?
Амариллис отвернулась:
— Это — пока…
41.
*****
Внизу гуляли их друзья. Большинство актёров сидело кружком на склоне, где раньше горел костёр. Звенела гитара, передразнивая цикад.
На южной стороне холма, подальше от шумных компаний улеглись в траве Гиацинт и Натал. Они молча любовались далёкой Флоренцией, дрожащей в знойном мареве, как мираж.
Задумчиво грызя стебелёк травы, Гиацинт глянул на край ворот. Наверху две фигурки, фиолетовая и красно-жёлтая сидели к ним спиной и кивали друг другу, о чём-то оживлённо беседуя. Граф бросил стебелёк и откинулся на спину. Над головой высоко в небе мелькали ласточки. Гиацинт сорвал новую травинку и зажал в углу рта. Заложил руки за голову.
— Нат, вы надолго останетесь во Флоренции?
Натал со вздохом перевернулся на бок и приподнялся на локте:
— Не хотел говорить сразу…
— Ну?
— В общем… Мы завтра уезжаем.
Стебелёк в зубах Гиацинта бесстрастно качнулся:
— Куда?
— Сначала в Ливорно, потом…
— В Ливорно?
— Да, у нас там заказаны номера в отеле "Ливорно". Наверняка и мэтр хотел бы остаться, но контракт, понимаешь…
Не разжимая зубов, граф спросил:
— Сколько пробудете там?
— Дня три.
— А потом?
Натал дёрнул плечом:
— Найдём корабль и махнём на Сардинию, в Кальяри. У нас же турне…
— Отлично!… — протянул Гиацинт.
— А в чём дело? — насторожился, не поняв его радости, брат Амариллис.
— А в том… — Гиацинт двумя пальцами, как сигару вынул травинку и запустил её в небо. — Дело в том, старик, что завтра мы едем вместе, — спокойно проговорил он.
Натал удивлённо распрямил руку и сел:
— Ты серьёзно?
— Абсолютно, — Гиацинт посмотрел на лицо друга: — Ну чего ты? Я ж говорю: завтра мы едем вместе с вами.
— А твои знают об этом?
Гиацинт улыбнулся:
— Пока нет. Это решение пришло только что.
— А… — Натал снова опустился на локоть. — И они согласятся?
Граф надменно шевельнул бровью:
— Кто их спрашивает… Мы всё равно собирались ехать в Ливорно через неделю. Поедем раньше, только и всего. Главное, успеть собраться. Тёща такой крик поднимет! — он коротко засмеялся. Потом, раскинув руки, потянулся до хруста в суставах: — Кстати, насчёт Сардинии… Могу подбросить…
— Чего? — Натал недоверчиво хмурился, глядя на друга. Гиацинт сиял, как довольный кот.
— Мы на яхте. Она ждёт на рейде в Ливорно. Свадебное путешествие, старик. Соображаешь?
Он насмешливо наблюдал, как чёрные глаза Натала постепенно раскрываются всё шире. Настороженно склонив голову набок, "бразилец" спросил:
— Твоя, что ли?
Граф утвердительно зажмурился:
— Ага. Малютка водоизмещением в 250 тонн.
Натал свистнул:
— Правда, твоя?
Гиацинт с полной серьёзностью подтвердил:
— Частная собственность. Всё по закону. Оформлена на графа и графиню Ориенталь. Патент на командование у меня…
Натал выдержал долгую восхищённую паузу.
— Ну, даёшь! Купил всё-таки кораблик…
Граф отрицательно тряхнул волосами:
— Подарок!
Его друг опустился на траву и заложил руки за голову:
— Надо было тебе всё же врезать… Подарок! Чтоб ты провалился, любимчик судьбы. Мне вот, за всё платить надо…
Натал помолчал немного, глядя вверх, потом серьёзно сказал:
— Знаешь, старик, нам недолго осталось жить.
— Почему?
— Как же, я всегда мечтал открыть собственную коммерческую фирму в Бразилии. Это исполнилось, и она приносит, как ни странно, приличный доход… Ты всю жизнь хотел мчаться куда-нибудь на собственном паруснике, под всеми ветрами… Наши желания осуществились. Чего ещё ждать в этой жизни? Видимо, пора…
Гиацинт повернул голову в его сторону:
— Перекрестись и забудь! Этого ещё не хватало, я только начал семейную жизнь, и вдруг…
Натал нахмурился:
— Никто не знает, что случится через миг…
— Брось, старик. К чему эта грусть! Насчёт ближайшего времени не знаю, но лет через двадцать…
— И что будет с нами через двадцать лет? — азартно поинтересовался Натал.
Граф засмеялся:
— Это очень просто… Ты станешь бразильским Ротшильдом (тебе везёт на деньги); Амариллис будет герцогиней и примадонной самого весёлого театра в мире, своего собственного театра…
— А ты?
— Я? Хм… Мы с Виолой станем самым знаменитым пиратским тандемом в истории…
— Здорово, — мечтательно протянул Натал. — Только тебе опять самое лучшее. О вас будут рассказывать легенды: лучшая пиратская семья на свете!
— Завидуешь, — улыбнулся граф.
— Да, — спокойно согласился Натал. — Есть чему. Что ж позавчера не похвастался?
— Не знаю. Не успел. Тогда море казалось так далеко…
— А вы как, в кругосветном плавании?
Гиацинт неопределённо махнул рукой:
— Ещё неизвестно. После Ливорно мы собирались в Неаполь. Но и поездка на Сардинию не очень нарушит наши планы. Тем более что "Дельфиниум", наш кораблик, пойдёт туда, куда захочу я.
Натал сел и через плечо посмотрел на друга:
— Самое смешное, что после Кальяри и мы должны ехать в Неаполь.
— Вот и поедем. — Гиацинт шевельнулся и прижал ухо к земле: — Это что такое? Землетрясение или скачет стадо бешеных кентавров?
— Я, кажется, знаю. Смотри! — Натал кивнул на старый город выше по склону. Гиацинт лениво поднялся:
— Где? О! А я-то думал, куда они делись. Глянь, какие красавцы!
42.
С холма бегом спускались Джордано и Розанчик, неотличимо похожие на два привидения, выползших из самого тёмного и пыльного подвала древнего поселения этрусков или в крайнем случае, римлян. Оба — в паутине, абсолютно серые от пыли, они остановились возле двоих друзей, сидящих на траве.
Гиацинт снизу смерил их взглядом, насмешливо прищурясь:
— За вами погналась мумия этрусского царя?
Розанчик, отдышавшись, выпалил:
— Нет!
— Слава Богу…
— Мы клад нашли! — похвастался Джордано.
Оба пошарили в карманах и достали горсть чеканных кружков и колечек из древней позеленевшей бронзы.
— Что это? Покажи! Дай посмотреть! — зазвенели рядом женские голоса.
Розанчик моментально прикрыл сокровище ладонью, защищая от любопытных рук. Натал красноречиво посмотрел на верхний край ворот. Потом на девчонок.
— Однако, сороки! — восхитился он. — Скажи, Гиацинт, настоящие сороки! Как они оттуда слетели, едва заслышав звон монет, а?
— Да, — подтвердил его друг. — И как они не сломали себе шеи, это мне тоже интересно! Явно летели на крыльях.
Виола и Амариллис обиделись:
— Уж и посмотреть нельзя, жадные какие!
— Почему нельзя, — миролюбиво возразил Джордано. — Смотрите, пожалуйста!
— Только не хватайте сразу, — буркнул Розанчик, открывая ладонь. — Это, наверняка, древние монеты!
— Хм, скорее, это всё — одни рассыпанные бусы, — высказалась Виола.
— Много ты понимаешь! Девчонкам лишь бы украшения. Это деньги, конечно! — яростно защищал ценность находки Розанчик.
— Они же все с дырочками, — девчонки рассматривали кружочки на свет.
— Это протёрлись, от старости, — запротестовали кладоискатели.
— Все одинаково?
— Может, в деньгах в те времена специально зачем-то делали отверстия, — предположил Джордано. — Мой папа разбирается в старинных вещах, надо ему показать!
Гиацинт и Натал переглянулись, пряча улыбки. Подружки засмеялись в открытую.
— Чего вы? — не поняли их веселья Розанчик и Джордано. — Не верите, что герцог может знать, что это такое и каких времён?