Не грози Дубровскому! Том 13 (СИ)

Мясные гиганты погибали, но с собой забирали по паре демонов, а когда рогатые оттеснили мертвяков назад, оставив за собой горы обожженой плоти, случилось чудо. От кусков мяса потянулись красные жгуты, начав стаскивать покойников в одну кучу. Это соединялись тела демонов и големов, образуя нечтоневероятно инфернальное.
Обилие костяных наростов, когти величиной в человеческий рост и огромные пасти, наполненные клыками. Таких существ я поднял не больше сотни, но они устроили такую мясорубку, что за час от двух двадцатитысячных армий демонов не осталось ничего.
Всё это время вокруг побоища скакали монголы и издали расстреливали рогатых. Урон они наносили не сказать, что ощутимый, но всё же наносили, к тому же, оттягивали на себя часть внимания, благодаря чему моя затея с армией мёртвых и удалась.
— Узрите! Возрождение Некро… — начал было я орать не своим голосом, но тут же осёкся.
Пошли прочь из моей головы! В этот момент я почувствовал, что сердце проклятого неестественно быстро сокращается, как будто задыхается. Бросив на него взгляд, я увидел, что артефакт скукожился и уменьшился в размерах.
Но хуже всего было другое. Чёрные нити пронзили мою ладонь и вросли в неё. Я отпустил сердце, но ничего не произошло, оно так и осталось в моей руке. Попробовал переместить в хранилище, тоже неудачно. Ха-ха. Ну что, Виктор Игоревич? Доигрался? Готов стать владыкой мёртвых?
Я иронично рассмеялся и посмотрел за горизонт. Где-то там остались демоны, а у меня совсем нет некротики, чтобы им противостоять. Големы начали распадаться на куски. Если бы я мог быстро восполнить потраченную некротику, то… Зазвонил мобилет. Это был Трифонов.
* * *
Владения клана Орочи.
Нобунага стоял в лесу и смотрел, как к замковым воротам клана подходит армия императора. Огромное войско растянулось на многие километры, взяв замок в кольцо. Вперёд вышел генерал и громогласно потребовал впустить армию императора.
— Ха-ха. Глупцы, — расхохотался Нобунага, сжимая плечо дровосека, которому на вид не было ещё и десяти лет.
— Господин, отпустите меня. Мне больно, — взмолился паренёк.
— Забудь о боли, мальчик. Она ничего не значит, — усмехнулся Нобунага и надавил на челюстные мышцы парня, заставив открыть рот.
Бумажная кукла выскользнула из пасти главы клана Орочи и забилась в глотку дровосека. Хоримия Орочи вздрогнул, встряхнул головой и посмотрел на свой замок.
— Какого чёрта происходит? — испуганно спросил он, видя, как войска императора начинают ломать ворота.
— Господин, похоже скоро вас повесят, — сказал Нобунага в теле дровосека. — Рекомендую сделать харакири, сохранив хоть немного чести.
Нобунага развернулся и направился в самую чащу леса, оставив главу клана Орочи в недоумении. Ведь пока Нобунага контролировал тело Хоримии, тот благополучно спал. А сейчас очнулся, чтобы лицезреть закат своего клана.
* * *
— Виктор Игоревич, ну вы куда пропали-то? — возмутился Трифонов. — Просили поделиться информацией, а сами телефон выключили. Звоню-звоню, а вы недоступны.
— Простите, по делам ездил закупать мясо… Гхм. Для личных нужд.
— Вы там не шашлыки, случаем, собрались жарить? Если да, то я бы с радостью присоединился, — с интересом спросил Трифонов.
— Вадим Иннокентьевич, к сожалению, не шашлыки. Но буду иметь в виду. Если соберусь пожарить мясо, то вас обязательно позову.
— Вот это дело! — довольно крякнул Трифонов. — Ну, вы это. Записывайте, что ли, а то там такие названия, что язык свернёшь. В Индии есть штат Кар-на-та-ка, — по слогам проговорил Вадим Иннокентьевич. — Так вот, в этом захолустье разразилась страшная эпидемия то ли чумы, то ли кори. Ещё не ясно. Но ясно одно: погибших уже больше миллиона человек.
— Понятно… — задумчиво сказал я и посмотрел на вросшее в мою ладонь сердце проклятого. Оно усохло ещё сильнее и стало погружаться под кожу. — А в тех краях есть у нас портальные точки?
— Есть, конечно. Точнее, были. Сейчас страна закрыла въезд на время эпидемии. Но если нужно, то можем закинуть вас на Алтай. А оттуда до Кар-на-та-ка. Тьфу, твою мать! Хрен выговоришь! — выругался он и продолжил. — Там всего-то четыре тысячи километров по прямой. При желании, можно за месяц добраться пешим ходом или же получить разрешение дипломатическими путями. Тогда для вас откроют портальную точку, если отправитесь в качестве целителя. После того, как вы одолели красную оспу, о вас разлетелась слава по всем соседям. Думаю, Индийцы *Индусы? будут рады вашей помощи.
  
Ага, разлетелась. Вот только я знаю, как работают бюрократы. Подать запрос в наше министерство иностранных дел, они рассмотрят его, потом перешлют в тайную канцелярию, они посмотрят, если не найдут до чего докопаться, то передадут индийцам. Те пропустят прошение точно через такую же цепочку. Бац! И спустя пару месяцев, а может, полгода, у меня появится разрешение. Магия!
Но даже если я перемещусь на Алтай, а оттуда полечу на Клювике. То путешествие займёт не меньше пары дней туда и обратно. Да, я заряжу сердце проклятого, а заодно наберу трупов для обороны Дубровки, но кто знает, что выкинут рогатые за это время? Возможно, мне уже некуда будет возвращаться.
— Вадим Иннокентьевич, благодарю за помощь. Мне нужно сделать ещё один звонок. — Я попрощался с Трифоновым и набрал номер Японского оружейного барона. Датэ Масамунэ.
* * *
Москва. Приёмная Мышкина Льва Николаевича.
В коридоре было не протолкнуться. Почему-то именно в день, когда Мышкин должен был сообщить радостные новости, к нему на приём припёрлась прорва народа. И всем что-то нужно. Все ждут своей очереди, а попав в кабинет вершителя судеб, зависают там на целую вечность.
Бивнев Артём Алексеевич пребывал в приподнятом настроении и старался не обращать внимание на этих клоунов. Они-то пришли просить, а вот Артём Алексеевич явился лишь для того, чтобы в торжественной обстановке услышать, как род Дубровских отправился в небытие.
Томительное ожидание тянулось очень долго. Бивнев перечитал все газеты и журналы, лежащие на журнальных столиках. Он сидел, стоял, лежал, болтал с ожидающими. Даже позвонил матери, хотя обычно с ней никогда не созванивался. Не самая приятная дама в его жизни. И наконец-то, Артёма Алексеевича запустили в святая святых этого мрачного здания. В кабинет Мышкина.
За столом сидел Лев Николаевич и деловито выводил прописные буквы в тетради. Бивнев робко вошел внутрь и услышал, как дверь за ним защёлкнулась. В этот момент Артём Алексеевич невольно улыбнулся. Забавно, он вроде бы и Мышкин, но при этом Лев. Львиная мышь. Вот так хохма. Но озвучить подобное Бивнев не решился, вместо этого елейным голосом сказал:
— Доброго вам здравия, Лев Николаевич. Подскажите, пожалуйста, мой крошечный вопросик разрешился?
— Вопросик? — многозначительно переспросил Мышкин, приподняв бровь, и зыркнул исподлобья на Бивнева. — Присаживайтесь, и всё узнаете.
От такого взгляда по спине Бивнева пробежали мурашки, а на лбу выступила испарина. Несколько оробев, он подошел к стулу и сел на его край.
— Значит, так. Артём Алексеевич. Ваша просьба не может быть удовлетворена. Ни сейчас, ни когда бы то ни было ещё. — От этих слов лицо Бивнева удивленно вытянулось. — Более того, я вас предупреждаю. Если решите продолжить строить козни Дубровскому, то будете иметь дело уже со мной лично. Считайте, что господин Дубровский заслужил моё покровительство, и если вы только задумаете ему навредить, то я вас раздавлю, как блоху. Это понятно?
— Д-д-да, — кивнул Бивнев, до боли вцепившись пальцами в собственные колени, как на приёме у зубного врача.
— Вот и замечательно. А теперь можете идти. У меня масса дела. — Мышкин небрежно махнул в сторону выхода и продолжил писать в тетради.
Артём Алексеевич кивнул и на негнущихся ногах пошел к выходу, про себя думая «какого чёрта происходит? Как Дубровский смог втереться в доверие к Мышкину? Это ведь наши семьи дружат! А кто такой этот чёртов Дубровский?». Но все его вопросы до поры до времени останутся без ответа, тем более, что Бивнев их не решился бы задать второму лицу в империи.