Не грози Дубровскому! Том 13 (СИ)

Сергей Юрьевич облегчённо выдохнул и шепнул в ответ:
— Шутник хренов, — а потом добавил, уже куда добрее. — Юле повезло с тобой. А я, дурак старый, не разглядел этого.
— Все мы совершаем ошибки. — Я пожал плечами и выпустил Мышкина из объятий.
— С вашего позволения, я продолжу, — обратился ко мне Тунгус, и я кивнул. — Вы дали взаимное согласие в присутствии свидетелей, отныне ваш брак зарегистрирован! Женихи, вы можете поцеловать невест!
Я обнял Юлию и поцеловал. Из зрительного зала вскочил Большаков Алексей Павлович и заорал, срывая глотку: «Горько! Горько!».
И началась самая бредовая часть с отсчётом. Понятия не имею, зачем все считали. Один! Два! Тридцать! Шестьдесят! Что всё это значит? Долго мне ещё целоваться? Нет, я, конечно, с радостью продолжу, ведь это чертовски приятное занятие. Но я совершенно не понимаю, на кой-чёрт все считают? Это какое-то соревнование? Что вообще происходит?
Наконец подсчёт завершился и все перешли к столу. Гости порядком продрогли на улице и были рады оказаться в банкетном зале санатория. Мелодичная музыка лилась со всех сторон, аппетитно пахло мясом и рыбой, изысканно благоухало цветами. Они здесь были повсюду.
Первый тост взялся сказать Пётр Алексеевич Кречет. Он поднял бокал и собирался по нему постучать вилкой, чтобы привлечь всеобщее внимание, но все гости и так смотрели на него, желая услышать, что скажет император.
— Дорогие молодожены. Желаю вам счастья, благополучия, а также будьте верны друг другу и своему слову, — сказал император, обведя моих друзей взглядом, а после уставился на меня. — Ну а вы, Виктор Игоревич, довольно занятный человек. Сперва я думал, что вы ветреный и импульсивный, потом и вовсе закралась мысль, что вы можете быть опасны для империи. А сейчас… — император выдержал театральную паузу и продолжил. — А сейчас я, властью, данной мне, дарую вам титул князя. Такие люди, как вы, и делают нашу империю великой.
Ого! Я даже рот открыл от удивления. Неужели он так впечатлился первыми поставками аркенстона и мифрила? Или поразили открывающиеся перспективы по добыче макров? А может, просто пытается сделать так, чтобы меня не переманил к себе Муцухито? Как бы там ни было, я чертовски польщён. Гости стали аплодировать, и император расплылся в довольной улыбке.
— Благодарю, ваше высочество, — кивнул я, приложив руку к груди. — Постараюсь не разочаровать вас.
— Уверен, не разочаруете. Тем более, что вы печётесь не только о благополучии своего рода, но и о своих близких. — Император указал на Львовых, Ершовых, Картаполовых и Оболенских, друзья смотрели на меня с гордостью. Сволочи. Ну что вы делаете? Я же сейчас при всех пророню слезу. Ну как так-то?
— Я дружу только с лучшими людьми в империи, — ответил я и почувствовал, как Юлия обняла мою руку и положила голову на плечо. — Всех приглашенных на свадьбу я считаю своими друзьями.
— Хо-хо-хо! Человек с большим сердцем способен не только вместить много любви, но и подарить, — подал голос император Муцухито, который сидел рядом с Кречетом и отсалютовал мне бокалом.
После императоров стали говорить тосты и остальные гости. Десятки, сотни тостов. Они были практически бесконечными. Спасибо Ыбракхту за подаренное зелье. иначе бы властелин мёртвых пробудился и поубивал бы всех этих желателей. Нет, ну правда. Это слишком долго и занудно. После десятого желальщика, начали желать то же самое уже по десятому кругу.
А ещё отдельное спасибо Тунгусу. Заметив, что у меня начинает дёргаться глаз, он спас положение, объявив, что пора потанцевать. Дамы с радостью поддержали эту затею и потащили кавалеров на танцпол. Я же с облегчением выдохнул и пошел кружиться в вальсе с Юлией. Красивый танец, на нас все смотрят, а я любуюсь счастливым выражением лица моей теперь уже жены.
— Виктор, я даже не верю, что это происходит, — прошептала она.
— Главное — наслаждайся моментом, остальное не важно, — улыбнулся я.
Да, момент — это всё, что у меня осталось. Момент и Квазар, набросившийся на мясную нарезку. Перед свадьбой я вручил ему зеркальце, и теперь лягух пользовался всеми радостями жизни. Музыка внезапно оборвалась, и к нам подошел тесть.
  
— Виктор Игоревич, разрешите потанцевать с вашей женой?
— Разумеется, Сергей Юрьевич, — кивнул я и передал Юлию в его заботливые руки.
— Девочка моя, я так счастлив, — сказал он и шмыгнул носом.
Музыканты заиграли новую мелодию, пары пустились в пляс, а я заметил одиноко стоящего у стены Устина Жабина. Рядом с ним расположилась привлекательная девушка с зелёной кожей. Мягко говоря, эта парочка привлекала внимание, тем более, что от девицы фонило божественной энергией. Я направился прямо к ним и протянул Устину руку.
— Рад, что ты пришел. И спасибо за то, что предупредил об опасности, — сказал я, пожав влажную ладошку Устина.
— С-с-спасибо, что пригласил. Если честно, то я думал, что ты меня недолюбливаешь.
— Я? С чего бы? — усмехнулся я.
— Н-н-ну, как же? В академии я вёл себя не лучшим образом, вот я и подумал…
— Глупости! Ты не сделал ничего плохого. Я, наоборот, считаю тебя очень порядочным и достойным человеком, — отмахнулся я от его опасений. — Позволь узнать, как зовут твою прекрасную спутницу? А то при прошлой нашей встрече она заступилась за мою честь во время божественного суда, но познакомиться мы так и не успели.
— Квалисья, — представилась богиня и сделала элегантный реверанс.
— Очень приятно, — сказал я и поклонился в ответ.
— Виктор Игоревич, раз уж вы подошли к нам, то могу я попросить вас об одной услуге? — спросила Квалисья.
— Безусловно. Чем могу помочь?
— Вон тот парень, — Квалисья указала пальцем на Квазара, который в облике Тимура уминал нарезку, как будто голодал тысячу лет.
— Квазар? — удивился я такому совпадению. Жаба-богиня интересуется моей ручной жабкой?
— Он самый. Я чувствую в нём особую кровь, как будто мы с ним… — Квалисья замялась и добавила. — Родственные души. Да, наверное эта фраза подойдёт лучше всего.
— Оу… Так вы не ошиблись. — Я приблизился к ней и шепнул на ухо. — Скажу вам по секрету, облик парня не настоящий, на самом деле он из расы оакинов, и выглядит как огромная чертовски сильная и мускулистая лягушка.
— Вы не правы. Точнее, правы лишь отчасти. Да, он выглядит, как лягушка, но на самом деле в нём течёт божественная кровь, — поправила меня Квалисья.
— Чего? — удивился я.
— Скажите, а где вы встретили Квазара?
— В одном осколке мира, нашел болото, где кроме пиявок и этого лягушонка никого не было, — честно ответил я.
— Понятно, — задумчиво сказала Квалисья. — Дело в том, что я родилась в похожих условиях. И это не осколок мира, это нечто вроде инкубатора, где боги, подобные нам с Квазаром, могут созреть и развиться. Когда мы готовы выйти во внешний мир и найти последователей, открывается пробой.
— Квазар — бог? Вот этот? — Я нахмурился и указал на него пальцем? — Вы точно не ошиблись? Нет, он, конечно, чертовски силён, регенерация на запредельном уровне, как и тяга к познанию, но он бог? Не может такого быть. Я совершенно не чувствую в нём божественной энергии.
— Это потому, что у него нет последователей. Если бы Квазар получал поток кубов веры, то вы бы смогли ощутить его истинную сущность.
— Вот как. Своего рода невидимость, как защита от недоброжелателей?
— Что-то вроде того, — улыбнулась Квалисья. — Могли бы вы нас познакомить? Уж очень он мне пригля… — Она замялась и поправилась/закончила несколько иначе. — Показался интересным.
— Пару минут. Сейчас позову его, — сказал я и, отходя подальше, буркнул себе под нос. — Бог? Да быть того не может. — Я подошел к столу и протянул руку. — Верни зеркальце.
— Квак так? Все же увидят, что я жабква, — вопросительно посмотрел на меня Квазар прекратив жевать.
— Бога не должно волновать, как он выглядит.
— Бога?
— Не забивай голову. Давай зеркальце и топай за мной. Я тебя кое с кем познакомлю.