Механика света
– Идет, – охотно кивнул тот. – Только боюсь, обмен выйдет совсем не в вашу пользу. Какие у нас тут происшествия?
– Ну как же, людей вон похищают…
– Это глупость, а не происшествие, – слегка поморщился полицейский. – Обычно же здесь ничего страшнее кражи сумочки не случается… Ох, простите, что напомнил о неприятном.
– Ничего-ничего. Этот случай скорей досадный, чем страшный. Так что продолжайте, пожалуйста, я вас слушаю…
За этим ничего не значащим разговором и вкуснейшими пирожными, мы и просидели следующие полчаса, после чего кавалер столь же галантно доставил меня обратно к авто, помог устроиться на заднем сиденье и передал заботам водителя:
– Вы, голубчик, поосторожней там на улицах. Не гоняйте. Очень уж они у нас крутые.
– Всенепременно, – буркнул Эльдар, уже трогая машину и отворачиваясь, чтобы его точно не услышали. – Как прикажете, господин хороший.
Я не выдержала и расплылась в улыбке, одновременно махнув рукой полицейскому – на прощание. И в итоге все получилось даже уместно.
– Ну, и что тебе рассказал этот мальчик? – начал помощник едва мы вышли из авто – еще по дороге в кухню.
– Ну, и кто был этот тип в зеленой шляпе? – удачно скопировала я его тон, сваливая свертки на стол и прикидывая, с какой стороны подступиться к получившейся горе и начать ее разбирать.
Тот хмыкнул, но кивнул, признавая и мое право на любопытство:
– Будем бросать монетку? Кому начинать?
– Не будем. Просто пообещай мне, что потом тоже все обязательно расскажешь.
– Все – это очень растяжимое понятие, – пристально уставился он мне в лицо, игнорируя любимую привычку смотреть сквозь собеседника.
– Вот только не стоит делать вид, будто ты не понимаешь! – вспылила я.
– Боюсь, не понимаешь ты, – парировал Эльдар. – Впрочем, кто этот твой сегодняшний знакомец, рассказать обещаю.
– Он мне не знакомец!
– Хорошо, – покладисто кивнул он в ответ. – Расскажу, кто этот твой незнакомец.
Остро захотелось остроумца если и не прибить, то хотя бы хорошенечко стукнуть.
– Рассказывай, – потребовала я вместо этого, справившись с нервами и потянув на себя ароматный сверток с пряностями, отчего вся остальная гора на столе опасно закачалась.
– Прямо сейчас? – Эльдар поймал верхний кулек, готовый вот-вот съехать вниз и шлепнуться на пол, приоткрыл завернутый край бумаги и тут же выдал: – Печенье. Куда его?
– Вон в тот буфет, – ткнула я в угол, где стоял огромный шкаф с застекленными створками. – Там, кажется, банка под него должна быть. И да, рассказывай прямо сейчас!
– Хорошо, – пожал тот плечами и начал: – Это господин… вернее, герр Янис Скутвальссон. Посланник Швеции при императорском дворе. И сомневаюсь я, что в здешнем городишке он сейчас исключительно отдыхает – слишком хитрый лис для этого.
– А почему ты решил, что я должна его знать? – не на шутку растерялась я. – И, кстати, сам-то откуда с ним знаком?
– Пересекались, – небрежно отмахнулся тот от второго вопроса, переходя к главному: – А вот насчет тебя… Тут одним предложением не отделаешься.
– Ну так и не отделывайся, – подтолкнула его я, начиная выкладывать ароматные красные яблоки в большую вазу и прикидывая, стоит ли добавить к ним мандаринов? Или те все-таки лучше сразу в ледник? – Мы куда-то торопимся?
– Торопимся, – буркнули мне в ответ, высыпая печенье в подходящую большую банку и присматривая в том же буфете посудину поменьше – для весового чая. – Это тебя пирожными угощали, а я сейчас очень даже не прочь перекусить. И побыстрее, да.
– Ясно, – усмехнулась я, – так вот чего ты такой злой? Оттого что голодный?
– А я злой? – искренне удивился тот, отвлекаясь от процесса пересыпания чая. – Кстати, не знаешь, кофейные зерна где? Я бы и с ними заодно разобрался.
– Холщовый мешочек, – вспомнила я. – Серый такой, на столе посмотри. И да, недобрый точно. Не хочешь дождаться, пока обед доставят?
Тот глянул на деревянные ходики, тикавшие над дверью, прикинул время и покачал головой:
– Еще два часа? Нет, давай все же снимем пробу с этого чая. И с этого печенья…
– И с этих яблок, – не стала я спорить, заканчивая распихивать кульки и кулечки в навесной шкаф возле плиты и в ледник – что куда. – Кстати, сыр и масло я тогда тоже убирать не буду?
– Нет, не убирай. А батон?
– Да, вот он, – вытащила я из хлебницы уже втиснутый туда длинный пахучий багет, переломленный пополам. – Воду на чай сейчас тоже поставлю.
– Я сам, – перехватил тот у меня тяжелую медную посудину и понес наполнять водой. – А вот плиту лучше ты раскочегарь – не доверяю этим вашим механическим штучкам.
– Оно и видно, – покосилась я на его левый глаз, но спорить не стала – плита в доме и в самом деле оказалась, что называется, с норовом, даже я справилась с ней далеко не сразу. Но зато теперь точно знала, что и как делать, чтобы избежать проблем. А плюсом, пока с ней разбиралась, еще и чуток подпитала силой, так что «раскочегарилось» у меня все в два счета.
– Заварю сам, – вызвался Эльдар, пока я вспоминала, где именно здесь прячется чайничек под это дело, – надо же перед тобой хоть чем-нибудь похвастать.
– Похвастай осведомленностью, – предложила я вариант получше, впрочем, в драку за чай не вступая и присаживаясь за стол. – Что не так с тем герром Скутвальссоном?
– Многое не так, – не стал тот тянуть кота за хвост, одновременно продолжая заниматься заваркой. – К примеру, его страстная любовь к сильной механике. И сильным механикам тоже.
– Ага, – всерьез задумалась я, начиная кое-что понимать – расклад потихоньку прояснялся.
Как отрасль, да еще и пользующаяся поддержкой государства, сильная механика появилась полвека назад все-таки в Петербурге, в тамошнем техническом университете. Хотя кустари, конечно, встречались и раньше, причем много где – практически во всех странах. Но так уж вышло, что приоритет в этом деле до сих пор оставался у нашего столичного университета, и отнюдь не всем державам такое положение было по вкусу. Отцу, например, регулярно поступали крайне выгодные предложения уехать – от таких вот герров Скутвальссонов. Но он всегда отказывался, считая, что искать от добра добра смысла нет – поддержки ему хватало и здесь. Вот только те угомониться никак не желали…
Эльдар явно собрался добавить что-то еще, поясняя свою мысль, но я жестом попросила его немного помолчать и дать мне кое-что сопоставить. Тот понятливо кивнул.
Вспомнилось вдруг предложение, которое я получила от милейшего Вивеля в первый же день, когда сюда приехала – устроить мне переезд в Швецию. В страну, где можно будет жить спокойно и без страха, ни от кого не скрывая свой дар. И, честно говоря, если бы не этот дом, я бы то предложение приняла. Наверняка. А так просто обещала подумать.
Но сколько бы я потом к Игнатию Петровичу по разным поводам ни заглядывала, столько он мне о нем напоминал, ненавязчиво поторапливая. Мол, время сейчас для этого самое подходящее, потом будет сложнее… Хотя в чем именно те предстоящие сложности заключаются, предпочитал не расписывать и аккуратно уходить от вопросов. С визитом господина в зеленой шляпе все это сходилось идеально – ложилось паз в паз, что называется. Да и предложения отцу… Он не говорил, через кого конкретно они шли, но вдруг как раз через Вивеля? И именно от герра Скутвальссона…
– Эльдар, – я механически прихватила поставленную передо мной чашку с чаем, так же механически сделала глоток и лишь потом опомнилась – напиток и впрямь оказался хорош. Надо же, а прибеднялся, что не силен в таких вещах… – Эльдар, а почему ты вообще решил, что я должна знать этого шведского герра?
– Начистоту?
– Конечно.
– Подумал, что как раз за этим ты и приехала. Переправляться в Швецию.
– Отсюда? – почему-то показалось важным уточнить именно это. – Из Ольховена?
– Да. Здесь ближе всего до границы и проходит она лесами. Основная часть тех, кто успел уйти из страны во время прошлогодних погромов, уходила именно так.