Гардемарин (СИ)
После третьего залпа бочки так и остались не тронутыми. Хотя последний залп был хорош! Пару ядер, рикошетировав от воды прошли прямо над связкой, однако бочки не задели. Настала моя очередь стрелять. У меня тоже три выстрела.
Фальконет заряжен, и я стреляю без поправок, просто по прямой, наведя ствол прямо на мишень. По результатам этого выстрела я внесу корректировки. Ожидаемо мимо. Ядро упало метрах в десяти от мишени с недолётом и метрах в пяти левее. Заряжая фальконет, Дайон тихо шепчет мне советы, которые я внимательно слушаю, но игнорирую. При стрельбе с корабля, надо учитывать не только расстояние до цели, ветер, волнение, но и саму воду, которая в зависимости от времени суток, времени года или состояния погоды, всегда по-разному действует на баллистику. Мне же нужно учесть также тот факт, что первый выстрел был сделан из холодного ствола! Я всё это знаю, и абсолютно спокоен, даже нервный шёпот офицера и сотни глаз членов экипажа, устремлённые на меня, меня не отвлекают. Гарпунёр всегда стреляет у всех на виду и в нервной обстановке, от него зависит на китобойце абсолютно всё, мне не привыкать!
Второй выстрел, и одна из бочек, как раз та, что была в центре, взрывается грудой щепок. Я усмехаюсь. Опыт не пропьешь, третий раз я стрелять не буду, побережём порох! Кто тут молодец? Я тут молодец! Витя Жохов ещё могёт!
— Ну что же, похоже, что я выиграл Дайон — я поворачиваюсь к ошарашенному бывшему канониру, стараясь сохранить спокойное выражение лица и не выдать своей радости — но канониры стреляли тоже не плохо, хотя есть над чем ещё работать. Повторим стрельбы левым бортом! Я отказываюсь от своего приза, его получит лучший среди канониров!
— Да здравствует капитан! — Дайон подаёт пример, и уже вся палубная команда и канониры орут во всё горло здравницу мне любимому! Приятно чёрт возьми! Хочется думать, что это они меня так всем сердцем полюбили и зауважали, а не ради халявного пузыря с вином стараются.
Так мы и идём вдоль берегов Африки, непрерывно тренируясь. Запасы пороха, снятые с голландского фрегата, тают на глазах, но и результат не заставляет себя ждать! Мои канониры всё быстрее и лучше управляются с пушками, а я увереннее чествую себя на шканцах. Возобновил я и тренировки по фехтованию. Моими соперниками попеременно выступают то студенты (когда я учусь фехтовать на шпагах), то кто ни будь из палубной команды. Мне чертовски не хватает Филиппа, который не жалел ни себя ни меня, отрабатывая приемы необходимые для выживания. Я тогда помниться филонил, и не любил эти бои, почти без правил, где я никогда не заканчивал тренировку без новых синяков и ссадин. Но Филипп, в своём последнем бою показал мне, что тренировался он не просто так, он был истинным мастером, и только благодаря ему я до сих пор жив. Так что не меньше чем два часа в день, я провожу с саблей или шпагой в руках. Матросы и офицеры ворчат не довольно, но и им приходится заниматься вместе со мной. Один мастер клинка ничто в абордажном бою, если рядом неучи. Его просто задавят массой, как случилось с моим первым учителем. Мой день занят и расписан по минутам, и мне некогда скучать и придаваться грустным мыслям и воспоминаниям.
С Ваном и Аланом я обсуждаю управление кораблем в различных ситуациях, мы спорим с ними по тактике противодействия пиратам и действиям в шторм, и я многому узнаю у них, в тонкостях владения парусным судном. Я учу Марка навигации, и он схватывает всё на лету. Он знает созвездия, умеет определят широту и долготу, разбирается в картах, с этих проблем нет. Учить его приходится как разбираться в лоциях, прокладывать курс, учитывать течения и ветер, снос и всяким другим мелочам, которые для любого штурмана очень важны. Парень впитывает в себя знания как губка, и уже смотрит на меня как на бога. С Роджером сложнее. Доктор не витает в облаках, ему надо знать, от куда я знаю то, что заставляю его делать. Пока он считает меня самодуром, помешанным на чистоте. И тем не менее, Роджер рьяно выполняет все данные ему поручения. Раз в день, перед утренней сменой вахт, у нас теперь обязательный смотр, и уже несколько матросов поплатились своей пятой точкой, за грязную одежду и тело. Да чего там говорить-то, я чуть не вздернул кока на рее, когда увидел, как он грязными руками, которыми только что выкидывал за борт дохлую крысу, накладывал варенное мясо для офицеров! Теперь в обязанности доктора входит и проверка кока на чистоплотность перед каждой готовкой пищи, а также снятие пробы с еды, приготовленной для команды. Стандарты двадцатого века, вводимые мною железной рукой, потихоньку продавливают устоявшиеся традиции аборигенов. Еще год или два походят под моей командой, и сами уже не смогут терпеть грязь и антисанитарию!
До Гвинейского залива мы дошли без проблем. Встречные корабли расходились с нами мирно, даже не пытаясь напасть или преследовать черный шлюп, который не менял курса при встрече или же как бешённый маневрировал и палил чёрт знает куда. Все отворачивали с нашего пути. Уверенность, с которой мы шли, могла говорить только об одном — на черном корабле желают драки, и ищут только повод! Нас не трогали, и мы никого не задирали.
Знакомые места. Ещё недавно раздолбанный шлюп уходил от сюда, сопровождаемый лодками дикарей, которые жаждали реванша за унижение. Где-то в этом заливе похоронен Ив, и я вернулся отдать должок. Натура у меня такая, не люблю, когда я кому-то должен! Мы направляемся к заброшенному поселению французских миссионеров. Там будет наша береговая база. Восстановим хижины и ограждение, поставим небольшой форт с пушками, снятыми с голландского фрегата, и начнём истреблять прибрежных дикарей и слонов! Жалко конечно, жить бы им ещё и жить! Слонам я имею ввиду, дикарей, которые торгуют рабами и нападают на случайных путников, было не жалко. А может и не придётся нам охотиться на бедных животных. Трофеи, взятые в деревне моих врагов, могут быть богатыми, не всё же они мне отдали в прошлый раз! Да и мои десять негритят, которые получат свободу, должны будут донести до всех окрестных племён весть, о том, что на берегу их ждёт корабль добрых и адекватных европейцев, готовых купить кость слона, рога носорога и даже если есть, золото! А взамен! А взамен мы готовы предоставить местным потребителям, товары лучших европейских производителей — бусы, зеркала, железные топоры и ножи всех форм, цветов и размеров!
Лагуна Ассини совсем не изменилась за время моего отсутствия, всё тот же шикарный пляж, всё тот же песок и пальмы. Райское местечко, которое местные жители превратили в ад. Возле бывшей миссии французов наш шлюп бросил якорь, и вельботы были спущены на воду. Не теряя времени, Дайон с несколькими десятками матросов отправились на берег. Мы перегружали пушки, порох и ядра с картечью в шлюпки и перевозили в бывшее поселение. За сегодняшний день нам нужно возвести временные укрепления, а потом, оставив в форте заслон, береговая партия пойдет по побережью к деревне дикарей. Их задача отрезать чёрным работорговцам пути отступления. Ну а «Шторм» подойдёт с моря, и разнесёт из орудий бандитское логово! Но это будет завтра, сегодня же у нас чертовски много работы!
Глава 22
«Шторм», как призрак, почти бесшумно выскользнул из предрассветного мрака, и остановился на том же месте, где в прошлый раз мы впятером брали нигритосов на понт. Деревенька спала, не подозревая про подкравшегося к ней большого и мохнатого, полярного лиса. Я был весь на нервах и чертовски устал, но удовлетворение от хорошо сделанной работы, придавало мне сил. Весь вчерашний день и часть ночи, мы обустраивали защищённый лагерь на берегу.
Двадцать четыре орудия, снятых когда-то с голландского фрегата, были установлены в бывшем французском поселении. Мелочится я не стал, опорная точка, к которой мог отступить и шлюп, и береговая команда в случае необходимости, была очень важна. По показаниям моих невольников, племя, торговавшее с европейцами черными рабами, было большим, и имело ни один посёлок, у них было даже что-то вроде столицы. Эти ренегаты промышляли грабежом и разбоем, а с появлением спроса на рабов, их воины вплотную занялись поимкой живого товара, создавая всё новые и новые вооруженные охотничьи отряды. Старик переводчик утверждал, что племена диула, к которым относились и мои недруги, были подданными государства Конг, центром и столицей этого государства был город, с одноименным названием, через который проходил торговый путь в более цивилизованные страны Африки. Город находился по словам старика на берегах реки, впадающих в лагуну, и был не так уж далеко. И самое главное, диула были преимущественно мусульманами, и имели прямые связи с арабами! Этим и объяснялась гибель миссионеров, которые случайно забрели на поляну конкурентов в борьбе за души простых африканцев. Мне верилось в это с трудом, однако я всё же решил подстраховаться. Если есть государство, значит есть и вооруженные силы, а если они есть, то они обязаны прийти на помощь своим гражданам, подвергшимся нападению. Учитывая, что берег лагуны и деревенька выглядели дико и необустроенно, я всё же склонялся к мысли, что мои пленники преувеличивают масштаб могущества моих врагов. Да чего эти чернозадые мне сделать смогут⁈ Разнесем деревеньку в щепки, заберём трофеи, а может и в этот их Конг наведаемся, с дружеским визитом! Колонизация Африки ещё толком и не началась, а они мне чешут, что племена, живущие возле лагуны, мусульманами являются! Ни видел я среди погибших бандитов, в тот день когда погиб Ив, ни одного обрезанного! Врут собаки, пугают просто!