Сказки станции "Медея" (СИ)
И Райан понял, почему эту работу скинули именно ему.
9. Ёжик в тумане
Ёжик скачет на лошадке
И кричит: «Не вывожу-у-у!»
Вот в таком вот состояньи
Себя нынче нахожу.
Когда-то давно не существовало аппаратуры, позволявшей безопасно провести корабль через чёрную дыру и вынырнуть в нужной точке — но были штурмана. Одаренные люди, способные уловить малейшие колебания пространства, искривления времени, отголоски реальностей — и отыскать нужную. Их услуги стоили так дорого, что лишь крупные корпорации могли позволить штурмана в штате, остальные же нанимали его в порту. В основном, это оказывались женщины: им привычней было работать с несколькими задачами одновременно, их психика дольше выдерживала огромную нагрузку. Зато мужчины действовали точнее, и те из них, кто оставался в этой сфере достаточно долго, порой превращались в легенды. Так или иначе. Ведь рано или поздно большинство штурманов уходили в свой последний полет: когда их тело или разум не выдерживали — и корабль навеки терялся внутри червоточины. Никакие медосмотры и тесты не могли достоверно определить, когда подобное произойдет. Каждый вылет — как ставка в рулетке.
Колючка провела уже множество кораблей, но не думала останавливаться. Ей нужно было тянуть старушку-мать, двух сестер — студентку и школьницу, собирать на новые протезы пострадавшему на заводе брату. Деньги всё как-то утекали и утекали. Своей семьей она не обзавелась, заменив её обществом других штурманов. Жаль, что всё больше их уходило: Бабочка, Выдра, Зверь, Сова, Сом, Бурый, Ласка, Иволга — кто-то на пенсию, пока живы, а кто-то — в вечный полет. Среди своих травили байки, что отзвуки голосов исчезнувших ещё можно поймать во время прохождения дыры — да только почудиться в тот момент могло что угодно. Многих вообще посещали видения о том, как они появлялись на свет. Колючку — нет. Она не слышала и не видела ничего лишнего — и даже втихаря гордилась этим. Значит, мозг еще в порядке. Значит, летать ей долго.
Кровь хлынула из носа на середине пути. В ушах зашумело, перед глазами заплясали радужные пятна. Даже не думая сейчас, почему это случилось с ней, почему именно в этот раз, Колючка зажмурилась — ей всё равно не требовалось зрение. Она сосредоточилась, чтобы не потерять нить безопасного пути, не подвести, не угробить корабль с десятком людей, долететь до выхода на другую сторону. Но ни тело, ни разум не желали её слушать. Пространство плясало вокруг обезумевшим осьминогом, волнами захлестывало уши, глушило и сбивало с ног. Тело немело, сознание гасло. И кто-то издали отчётливо твердил её позывной.
Колючка сопротивлялась. Она давно упустила нить, она начинала паниковать; не желая смиряться, понимала, что это конец. Она была уверенна, что этот голос — нечто из межпространства, нечто, что утащит её в небытие. О чём никто из штурманов не мог рассказать — потому что, услышав, уже не вернулся. Но в какой-то момент, из последних сил пытаясь взять себя в руки, Колючка поняла, что голос знакомый. Такой низкий, мягкий, с хрипотцой — он принадлежал Бурому, который затерялся уже больше пяти лет назад. А там, где время течет иначе, возможно, прошла целая вечность. Он не мог выжить. Он не мог её звать, да и зачем? Но, цепляясь за последнюю робкую надежду, Колючка откликнулась. И Бурый ответил. Теперь она ясно ощущала его присутствие в пространстве, совсем рядом — хотя приборы не фиксировали его судно. А Колючка доверчиво направила свой корабль в ту сторону. Голос отдалялся, и звал, и звал… И она неотступно следовала за ним, пока не выпрыгнула из дыры в тех самых координатах, куда и следовало попасть. Бурый всегда был до невозможности точен.
10. Спящая красавица
— Так значит, принцесса умрет, если уколет о веретено свой пальчик? —задумчиво произнёс король. — Тогда я знаю, как её спасти.
— Не надо бояться, криозаморозка — самая безопасная и надёжная из всех современных разработок. Ничего не случится.
— А если система меня не разбудит?
— Разбудят другие члены экипажа.
— А если будет поврежден корабль?
— У каждой камеры своя система жизнеобеспечения с практически неисчерпаемым источником питания. Даже, если на корабле не останется ни капли кислорода или энергии — это на вас никак не повлияет.
— А если со мной что-то произойдет, пока я сплю?
— Фактически, вы не спите. Для организма время застынет, процессы замедлятся на максимум. У вас не будет снов — только задремаете и тут же придете в себя. Изначально криозаморозку как раз и применяли для того, что бы выиграть время и спасти тяжело раненных людей.
— Это значит, что даже радиация не опасна?
— Камера надежно экранирована и, конечно же, герметична. При заражении понадобится лишь обработка поверхности. То же относится к бактериям.
— Ладно, — наконец сдалась Энни Ллойд. — Вы меня убедили, что это безопасно. Куда там залезать?
Это был первый шаг на долгом пути, который сделал Энн Ллойд выдающейся космической путешественницей, преодолевшей небывалые расстояния. Во время перелёта в корабль попал крупный метеорит, что привело к критическим повреждениям. К счастью, система безопасности успела сработать, загерметизироваться каждый отсек — но судно раскололось надвое. Одна его часть улетела в космическое пространство и через долгое время была замечена входящей в устье черной дыры; вторая, с Энн на борту, попала в поле притяжения ближайшей планеты.
Остатки корабля смягчили падение. Энн оказалась на неисследованной планете, где только закончилось формирование поверхности и уснули вулканы. Прошло много лет, прежде чем этот мир породил разумную жизнь. Аборигены раскопали остатки корабля и криокапсулу, углядели в ней неведомое яйцо — и решили, что это спящее божество. Постепенно возвели вокруг него храм, а затем и украсили капсулу драгоценными металлами и камнями.
Через многие десятилетия на планете приземлились искатели сокровищ. Они нашли храм, а в нём большого золотого идола, сплошь инкрустированного редкими камнями. Без труда отняли его у туземцев и погрузили в трюм. Но во время перелета были обнаружены служителями порядка — и в спешке избавились от награбленного, выбросив его в космос. Капсула летала в безвоздушном пространстве многие столетия, пока её не подобрал автоматический сборщик мусора на оживленной космической трассе. А затем, как и положено, выгрузил весь найденный хлам в сортировочное хранилище, откуда большая часть после очистки шла на переплавку.
Но система засбоила, выявив под металлом нечто живое, и вызванный оператор поспешил спасти неожиданное сокровище. Мусорщики нередко находили что-то уникальное, поэтому по налаженным каналам капсула под видом таинственной реликвии сгинувшей цивилизации была продана в частную коллекцию. Её новый владелец использовал «идола» в качестве статуи для украшения своего сада пару десятилетей, пока широким жестом не подарил его открывшемуся музею. И там уже, произведя сканирование, ученые обнаружили под культурным слоем спящую Энн.
Но под воздействием длительного времени и уникальных условий металл обрел невиданную крепость, а створки капсулы буквально срослись в монолит. Ни открыть, ни разрезать их не получилось, к тому же существовала огромная вероятность навредить человеку внутри. Так Энн и осталась навечно спать в безопасности, ожидая, когда её перелет подойдет к завершению.
А капсулы с той поры стали делать гораздо боле хрупкими.
11. Кот в сапогах
— Иди работай! — сказал кот. — Думаешь, в сказку попал, раз я разговаривать умею?
— Так значит, это и есть лаборатория «таинственно исчезнувшего» профессора Марианского? — голос сочился сарказмом. Мол, куда он мог исчезнуть-то? Сбежал, поди, чтобы наделать шумихи и скрыть свой позорный провал.