Бывшие. Мой секрет (СИ)
В конце концов, это ее дом, ей здесь жить, и она вольна делать его по своему вкусу, пусть и спорному.
Если она хочет уродство, я сделаю ей уродство.
— А наша репутация? Не пострадает? — спросил Ромка, когда я объявила команде об этой нашей стратегии на данный проект.
— Придется понести эти репутационные потери. Но очень надеюсь, что она сильно рекламировать нас не станет, ну и мы распространяться тоже не будем.
— Эта стопудово не станет, — поделился мнением — редчайший случай — Суворов. — Ни о чьих заслугах, кроме своих, она не вспомнит.
— И уж точно не вспомнит наше название, — усмехнулась, соглашаясь с ним Неля.
Кошкина вновь встречает нас на крыльце, вперив взгляд в часы на запястье скрещенных на груди рук.
— Мы же не опоздали! — тихо возмущается Ромка.
— Это психологическая атака, не парься.
Я бываю тут чаще Шагалова и почти привыкла к "манерам" хозяйки. Медленно, но верно вырабатываю иммунитет к ее методикам воздействия на собеседника. Но не к ее эксцентричному вкусу — или его отсутствию. Этим она продолжает меня шокировать.
Вчера мы согласовали первую часть проекта по французскому саду, поэтому сегодня приступаем к дому.
— Давайте начнем со спальни,
Прикрываю глаза. Ну, конечно! С чего еще?..
— В спальне я хочу лепнину. Мне нужна…
— Ч-чего?
Мы с Ромкой переглядываемся.
— Лепнину, — противный претенциозный голос.
Хотя, наверное, противный он только для меня.
— Лепные орнаменты — я верно поняла?
Она кивает, поведя глазами.
А я даже не удивлена. В смысле, не сильно. Если сад как в Версале, то что мешает спальную комнату превратить в будуар императрицы?
— А где? — уточняет офигевший Ромка.
— Под потолком по всему периметру комнаты, по стенам и в центре над люстрой. И в гостиной, кстати, тоже.
Так, орнаментами не обойдемся…
— Где в гостиной? Там же второй свет, открытое пространство, — я не отговариваю, я уточняю, потому что своим умом, как совместить первоначальное требование дизайна гостиной в стиле хай-тек с металлическими элементами и гипсовые молдинги или пилястры, не догоняю.
Я, в принципе, не против интерьера в стиле ампир плюс он отвечает основному запросу клиента на роскошный дизайн, но…
У меня даже "но" закончились.
Я смотрю на нее и не понимаю, что нашел в этой девушке Кирилл.
Она ведь совершенно ему не подходит. Она не сочетается с ним. Ни ее показное поведение, ни экзотичный — назовем его так — вкус, ни она сама.
И хоть внешне они показались мне идеальной парой — оба высокие, красивые, яркие, — но теперь, узнав ее поближе, вижу, что яркие они по-разному.
И, вообще, разные. Полярно разные.
Но раз он с ней и, более того, собирается на ней жениться, строит общий дом, значит, у Драной кошки есть свои, скрытые от меня, достоинства и таланты.
А я просто завидую…
— Хорошо, про лепнину я записала, — выключаю я никчемные мысли и включаю профессионала. — В следующий раз покажу эскизы. Какие еще пожелания по спальне?
Глава 12. Звук шагов твоих
Я делаю наброски в блокноте, ориентируясь на свет в будущей спальне.
Карандашом, по старинке, хотя коллеги по профессии давно освоили графические планшеты и творят пером по дисплею, но мне привычнее — и роднее — карандаш.
Рисую, примеряю к стенам, оцениваю. Какие-то образцы муркают, и я оставляю их, какие-то не нравятся — черкаю и сминаю лист, вырвав из блокнота, в какие-то вношу правки.
— Может, свалим уже отсюда, пока она еще какую-нибудь идею не извергла? Если услышу еще хоть один зубодробительный креатив, взорвусь.
— Спокойнее, Рома. Не ты ли призывал меня к дзэну и медитативной работе над собой при создании "бесячих садов"? — припоминаю ему его же слова.
Название, кстати, прочно закрепилось за объектом.
— Был катастрофически не прав. Недооценил противника. Медитация с ней не справится, нужна артиллерия потяжелее. Давай валить, а? — просит с гримасой "по-братски" на лице.
— Терпи. Еще минут пятнадцать. Я хочу доделать тут все и выкроить на завтра себе выходной.
— Выходной? — таращит он глаза.
И вполне обоснованно — весь коллектив трудится практически круглосуточно, не прекращая работу даже дома, а я смею заикнуться об отдыхе.
— Не вообще выходной, а от этого места, — исправляюсь, и Шагалов возвращает себе обычное выражение.
— Ладно, тогда и я делом займусь. Пятнадцать минут, — предупреждает, выходя.
Киваю и возвращаюсь к эскизам. Но шаги возвращаются — типичный Рома, вспомнивший еще что-то безотлагательно важное.
— Если будешь дергать меня, я не закончу, и мы никогда отсюда не уедем.
— Звучит как угроза, но мне почему-то не страшно.
Потемкин…
Этот голос…
Зажмуриваюсь и медленно выдыхаю.
Обычные слова приветствия застревают в горле, и я продолжаю стоять на месте, с карандашом, застывшим над листом.
Нервничаю так, будто меня застукали на месте преступления, или будто я оказалась совершенно обнаженной перед толпой агрессивно настроенных людей. У меня бывали такие сны, и я помню, как при этом чувствовала себя. Сейчас очень похожее ощущение.
И я знаю, почему так себя чувствую — у меня был шанс удрать… Говорил же Рома…
Звук шагов не стихает — не дождавшись, когда я повернусь к нему, Кирилл обходит меня полукругом. Я уже вижу его боковым зрением. Или еще не вижу, но уже чувствую.
— Я надеялся, что застану тебя здесь. Отменил две встречи. Это входит у меня в привычку, знаешь.
— Я об этом не прошу, — вспыхиваю румянцем стыда и смущения, зная точно, что это отсыл к нашей встрече шесть лет назад.
Тогда он тоже отменил встречу. Дважды… А я обманула его.
Я горю как запрещающий светофор, а Кирилл разглядывает меня. Молча. Пристально. Пронзительно.
Чтобы разрушить неловкую паузу, я спрашиваю без особого интереса:
— У тебя какие-то вопросы по проекту или просто поболтать?
— И то, и другое. Но проект подождет, а я нет.
— В смысле? — делаю ироничное лицо, но внутри пугаюсь до жути.
Он слишком серьезен и решителен. И я заранее боюсь того, что он скажет следующим.
О чем бы он ни хотел говорить, это не будет простой разговор.
И точно это не будет просто для меня.
— Я же говорил — нам надо поговорить. Но ты постоянно бегаешь, ускользаешь. Или сама, или нам кто-то мешает. Как вчера. Я устал бегать за тобой, Марго. Ты поговоришь со мной сейчас или…
— Или что? — не выдерживаю напряжения и срываюсь на повышенный.
— Или я буду разговаривать с тобой при твоем Диме.
— А при своей невесте не хочешь поговорить? Я могу позвать ее. Она где-то тут крутилась. Уверена, ей тоже будет интересно послушать.
— Зови.
Он усаживается на низкий подоконник, демонстрируя полное спокойствие и готовность ждать кого угодно и сколько угодно, а я понимаю, что мой блеф не сработал.
Долго смотрю на него, оценивая, насколько он действительно готов вынести нашу историю на публику — вдруг он тоже блефует. Но нет. Кирилл уверен и категоричен. Он не купился на мою попытку перехватить инициативу.
Инициатива, как всегда, у него.
Обреченно вздохнув, сажусь на тот же подоконник, но с другого края. Подальше от него.
Рядом мне нельзя. Я и так проигрываю по всем статьям.
— О чем ты хочешь поговорить?
И он спрашивает тихим голосом:
— Хочу узнать, почему в прошлый раз все закончилось. Почему ты не дала нам второй шанс?
Глава 13. Мечта сбывается
flashback
— Ты номером не ошиблась? — спросил меня Потемкин после долгого, очень тихого, выжидательного молчания в трубку, когда я набралась смелости и позвонила ему.
Позвонила спустя почти восемь лет с нашей последней, не самой приятной, встречи. Точнее, расставания. И, смущаясь и запинаясь, попросила его уделить мне пять минут своего времени.