Бывшие. Мой секрет (СИ)

— Ты по-прежнему предпочитаешь чай? — интересуюсь, усаживаясь перед ней за небольшим столиком на веранде кофейни в центре.
— По-прежнему, — кивает сдержанно и напряженно. — Но сегодня я буду кофе. Эспрессо. Двойной.
Ммм? Я не скрываю удивления — Рита всегда терпеть не могла крепкий кофе. Максимум — американо, и тот водой разбавляла. Или я что-то пропустил, и кофе тоже причислили к продуктам, вкус к которым приобретаешь с возрастом? Типа оливок, мидий и сыра с плесенью. Горький шоколад тоже, вроде, в этом списке.
— Тоже была тяжелая ночь?
— Уверена, это заметно, — отвечает после вынужденной паузы на появление официанта.
— Ты кокетничаешь со мной? Я уже говорил и повторю еще раз: ты офигенно выглядишь. Без косметики ты такая юная и беззащитная. Настоящая. И больше похожа на ту Марго, которую я встретил много лет назад и влюбился без задних ног.
— Без памяти? — ее губы растягиваются в робкой улыбке.
Наконец-то. Сработало!
— И без памяти тоже.
— Кирилл, — Рита вновь серьезнеет. — Давай договоримся не бросаться словами и признаниями, которые… За которые ты не можешь ответить.
— Почему не могу? Я отвечаю за каждое свое слово. Иногда мне за них бывает стыдно, — реагирую на ее скептическую усмешку. — Некоторые слова, признаю, говорить не стоило, но я отвечаю за них все.
— Ладно, — торопится закрыть тему. — В любом случае, как ты заметил, это было много лет назад и давно уже не имеет значения. Это все в прошлом.
Я собираюсь решительно возразить, но она затыкает меня на первом звуке, возвращая к прерванному ранее разговору:
— Так почему ты остался в нашем дворе? Почему не поехал домой, к Ольге? Как ты объяснил ей…
— Никак, — моя очередь прервать поток ее вопросов. — Ольги не было дома. Она уехала к родителям. И я провел ночь там, где захотел.
— И все равно тебе не стоило этого делать. Тебя мог увидеть Дима и…
— И..? — с нажимом спрашиваю.
— Это бы усугубило и так очень непростую ситуацию. Не доставляй мне еще больших проблем, Кирилл. Пожалуйста. И себе.
— Каких проблем? — против воли суровеет мой голос.
— С твоей невестой. У тебя скоро свадьба. Ты не забыл? — холодно.
И сама она тоже как будто дрожит. На ней тоненькая, почти прозрачная, блузка, но день сегодня невозможно жаркий… Возможно, причина в близости фонтана. Может, до нее долетают его колющие брызги?
Поднявшись, накидываю ей на плечи свой пиджак. Она тонет в нем, заливаясь румянцем, а взглядом говоря "спасибо".
— Не забыл, — сажусь на свое место. — Никакой свадьбы не будет. Ее и не может быть теперь, когда у меня есть дочь и…
"Ты" глохнет в ее возмущенном встречном вопросе:
— Ты, что, бросишь ее? Перед свадьбой?!
— Не брошу, — я выкручиваю спокойствие на максимум, хотя это не просто. — А объясню все.
— Что ты ей объяснишь? Как, вообще, можно объяснить такое?!
— Словами. Расскажу, что у меня есть дочь от любимой женщины, поэтому я не могу жениться ни на ком, кроме нее.
На этих словах ее негодование захлебывается. Она долго тупо смотрит на меня, ее губы чуть приоткрыты.
— Это ты сейчас о ком? — она сглатывает.
— Это я о тебе.
— Не поняла сейчас… — пробиваются нотки иронии.
Но я знаю, что это защитная реакция. Она боится мне поверить.
Поэтому я должен быть предельно прямолинеен сейчас.
Это мой единственный шанс вернуть себе мою женщину.
— Я могу объяснить еще раз. Я люблю тебя и хочу, чтобы мы стали семьей, настоящей. Какой и должны быть с самого начала. Хочу исправить это недоразумение и…
— Какое недоразумение? — вновь рвет ее на эмоции. — Кого ты называешь недоразумением? Свою Ольгу или, может быть, моего Диму?
— Если тебе нужны персоналии, то да. Ни Димы, ни Оли не случилось бы в нашей жизни, если бы мы оба не совершили самую большую глупость и ошибку.
— И какую же ошибку совершила я? Поимела наглость подслушать, как ты делишься со своей матерью бизнес-планами на меня и моего ребенка?
Рита едва сохраняет самообладание и нормальную громкость голоса. Она пылает яростью и жалит словами, как разъяренная фурия кнутом.
 
Я тоже на грани того, что с моего выкрученного спокойствия сорвет вентиль.
— Твоя ошибка в том, что ты не предъявила мне все, что услышала тогда. Не разрядила в меня всю обойму мыслей, которые отравляли в тот период твое сознание. Лучше бы ты ворвалась в квартиру, налетела с обвинениями и кулаками, и моя мать узнала, что я лжец, чем… Чем вот это вот все.
Она как-то резко выдохлась. Стихла. Опустила глаза в чашку с так и не тронутым кофе.
Ресницы беспокойно подрагивают.
У меня внутри все замедляется — дыхание, сердцебиение, ток крови по венам. Все замирает. Как перед прыжком.
— Посмотри на меня, Рита, — зову я, а когда она медленно поднимает глаза и встречается со мной взглядом, прошу: — Дай нам еще один шанс.
Рита встает и уходит. Молча. Не сказав ни да, ни нет.
Вообще ничего не сказав.
В точности как я, когда она просила меня стать "естественным донором" для нашего ребенка.
А я тогда был в полном шоке.
И от ее предложения, конечно — как такое можно придумать?! Но еще больше меня шокировал факт, что я был согласен. Я заранее был готов на все, что она предложит. Я так задолбался за годы без нее, что ничто не было бы для меня too much. Я был готов, и все же она меня удивила.
Контузила неслабо.
Но уже тогда я знал, что не хочу быть просто донором, я хотел быть с ней. Навсегда.
И ушел, чтобы дать себе время подумать, как все это разрулить. Чтобы вписаться в ее безумный план на своих условиях. И у меня почти получилось…
Может, сейчас она тоже просто берет паузу?
Бросив купюру на стол — просить счет времени нет, — бегу за ней. Я буду рядом, когда она сформулирует ответ.
Догоняю у фонтана, подстраиваюсь под ее шаг. Мы идем вместе.
Она меня не гонит, уже хорошо.
Возле своей припаркованной неподалеку машины она не останавливается, и я выдыхаю.
Мы проходим пару кварталов, не меньше, пока она вдруг не встает как вкопанная. Я затормозить не успеваю. Приходится возвращаться.
— Рита?
— Ты просишь еще один шанс, но разве ты свободен? Ты ведь не говорил с невестой?
— Я буду свободен.
— А почему ты не освободился до сих пор? Нет, я не предъявляю, я просто хочу понять. Если ты решил, что не женишься, и хочешь быть с нами, то почему все еще не поставил точку с Ольгой? Мы с Евой — твой запасной аэродром?
— Это нелогичный вывод. При таком раскладе запасной аэродром — Ольга. Но нет, — отрезаю категорично, обрывая ее нетерпеливое и раздражительное "все равно". — Мне не нужен аэродром. Мне нужны только вы. Моя дочь и женщина, которую я люблю.
— Без задних ног, — улыбается она, но тут же стирает улыбку, я даже не успеваю ее отзеркалить. — И все же ты не должен говорить мне о любви, пока ты еще связан обещанием с ней. Это нечестно.
— Я знаю. Я… — замолкаю, потому что понимаю, как тупо прозвучит, что я до сих пор не расстался с Олей из-за того, что не могу, блин, никак с ней встретиться.
Вот почему вдруг она вчера сорвалась к родителям? Что за срочность? И именно сейчас!..
Я начинаю склоняться к тому, что Фил прав, когда говорит, что она бегает от меня специально. Но зачем?
Даже если она что-то узнала или услышала, если догадывается, что я хочу порвать с ней, на что надеется? Что если будет избегать меня достаточно долго, я, что, передумаю? Или забуду?..
В чем ее стратегия?
Ладно, сегодня я в любом случае с ней увижусь. Даже если она уедет еще к кому-нибудь, я поеду за ней туда. Это уже реально не смешно.
— Я поговорю с ней сегодня вечером. Обещаю.
— Вот тогда и поговорим о втором шансе, — отвернувшись от меня, Рита идет в обратную сторону.
К машине.
Обогнав ее, перерезаю путь, вынуждая остановиться.
— А Дима?
— Что Дима?