Выход на орбиту (СИ)
— А ДжиХён на каком? — всё-таки спрашиваю. ДжиХён кривится уже заметно.
— Ни на каком. Её там нет, — хихикает ЁнЭ и добивает мою секретаршу в ноль, — и никогда не было.
— Зато я до сих пор в национальном рейтинге в десятку вхожу, — ДжиХён обретает прежнюю невозмутимость. — А было время, когда месяцами первое место занимала.
— Там на первом месте ты и должна быть всё время. В «Агдан корпорейшн» всё должно быть самым лучшим. Надо будет с тобой поработать, — допиваю свой сок и встаю.
23 сентября, пятница, время 12:45
Агентство «MBK», кухня-столовая общежития.
— Девочки, ваши похоронные лица меня уже наизнанку выворачивают, — заявляет главная красотка группы ХаРа. — Наше последнее выступление всё-таки вышло, хоть и в слабый, но плюс.
— Слабым плюсом сыт не будешь, — вздыхает Николь.
Остальные лицами и вздохами подтверждают её правоту. Малокалорийный десерт приканчивается молча.
Заходит строгий подтянутый мужчина средних лет, менеджер группы.
— Девочки, сразу после обеда к президенту.
Дождавшись поклонов и нестройного хора голосов «Да, господин менеджер», «Хорошо, менеджер ЛюБин», мужчина уходит.
— Ёксоль! — выражает общее мнение ЁнЧжи. Что-то будет. Конец карьеры, расформирование группы? Что бы ни было, точно ничего хорошего…
Через пятнадцать минут ЛюБин выглянул из кабинета, строго оглядел притихших девушек и сухо скомандовал:
— Входите.
Гуськом и бесшумно, чуть ли не на цыпочках, девчонки втягиваются в кабинет под взыскующий взор президента Ким КванСу. Сесть он им не предлагает.
— Девушки, у агентства с вами огромные проблемы. Мы возлагали на вас такие надежды… — президент возводит на мгновенье очи к потолку, — и казалось, что не зря. Сколько на вас потрачено времени, денег и сил…
Президент горестно качает головой. Менеджер ЛюБин поддерживает шефа скорбным выражением лица. Девушки покаянно вздыхают.
— Мы стараемся, сонбеним…
— А какие надежды вы подали дебютным выступлением. Появились фанаты, мерч продавался неплохо. И такой бледный концерт позже. И вся ваша карьера получается какой-то ненадёжной. То вверх, тут же вниз. И так всё время. Всё время вы спотыкаетесь. Что мы только не делали, два раза состав меняли. Девочки!
Президент внезапно останавливает свои речи, до чего-то додумавшись.
— Девочки, а вас случайно не прокляли?
Девчонки переглядываются, задумываются, пожимают плечами. Проклятый далеко не всегда знает, что он проклят. Вот и они не знают. Вроде никому ничего плохого не делали, — написано на их лицах. Зато лицо ЛюБина озаряется пониманием, он восхищённо смотрит на шефа. Вон оно что, оказывается!
Президент задумывается. Зря девушки считают, что его тяготит озабоченность их судьбой. КванСу подсчитывал итог. Всё-таки что-то он получил за время работы группы. Не намного, но расходы на группу отбиты. Так что деньги Агдан — небольшая, но приятная премия. Надо бы ещё что-нибудь выторговать кроме неё.
— Я нашёл решение, девочки, — торжественно объявляет президент. — Ваша жизнь круто изменится. У вас будет новый продюсер, новое руководство и… другое агентство.
Проблеск надежды на лицах девушек сменяется полной растерянностью. Но подробности услышать они не успевают. Звонит внутренний телефон, президент снимает трубку, коротко командует: «Пропустить!» и тут же кладёт.
Через минуту заглядывает секретарша, КванСу не ждёт её доклада, делает приглашающий жест. В кабинет решительно входят две девушки. Та, что впереди, нереальной для Кореи красоты, с узнаваемыми многими в мире и всеми в Корее ярко-синими глазами.
— Аньёнхасейо, саджанним, — коротко кланяется Агдан, скользнув почти равнодушным взглядом по «Каре». Её помощница кланяется более почтительно. И даже девушкам-айдолам. Те отвечают более глубоким наклоном всего корпуса. Терпеливо дождавшись конца ритуала и приглашения сесть, Агдан располагается рядом с КванСу напротив менеджера ЛюБина, которого ей представляют.
— Вы уже сообщили девушкам?
— Не успел, минуты не хватило, — дежурно улыбается КванСу.
— Девушки, отныне вы работаете в моём агентстве, — поворачивается на секунду к «Каре» Агдан. — Я выкупаю ваши контракты.
— Саджанним, — Агдан поворачивается к коллеге, — думаю, их можно отпустить.
КванСу одним жестом выпроваживает девушек. Напоследок они, ошеломлённые быстротой судьбоносных событий, слышат слова Агдан.
— Девушки, собирайте вещички, минивэн уже здесь и отправляйтесь в «Music Modern». Меня можете не ждать. Там поговорим.
23 сентября, пятница, время 14:15
Агентство «MBK».
Спускаемся с ЁнЭ по лестнице в холл и на выход. ЁнЭ тащит кипу папок, личные дела «Кары» и контракты. Обычный стандартный по-корейски рабовладельческий контракт на семь лет. Почти три уже отбарабанили. Менять в части распределения доходов не буду. Никто не помешает мне заплатить больше, если захочу. Добавлю разрешение на отношения, обязательства по охране и социальные гарантии.
Сами документы прочесть не долго. Тем более параллельно с ЁнЭ. Но КванСу возжелал десерта к выкупу.
— Вы же всё равно будете менять имидж группы, — осторожно и вкрадчиво спрашивал президент, — оставьте нам право реализовывать мерч на группу в течение месяца.
— С выплатой полагающихся девушкам процентов?
— Конечно, — КванСу убедительно изображает возмущение самой постановкой вопроса.
— Это последнее ваше пожелание, — взглядом даю понять, что перегибать не стоит, деньги пока не перечислены, так что в любой момент…
Он всё понял правильно.
— Всё, как договорились! — заверяет КванСу.
Только когда мы всё подписали, сделала прощальный подарок.
— Можете сообщить на сайте о переходе группы под моё крыло.
Для тех, кто понимает, действительно царский подарок. Крупное событие в жизни группы всегда привлекает внимание, что отражается на продаже мерча. Если КванСу не дурак, то сумму выкупа за группу он удвоит. Не бог весть что, но курочки по зёрнышку клюют. А некоторые из них затем золотые яички несут.
— А вы чего не уехали? — удивляюсь присутствию группы, заполнившей минивэн баулами.
— Мы только десять минут, как вышли, — кланяются девушки, — решили вас подождать.
Ну, так даже лучше.
23 сентября, пятница, время 14:35
В машине по дороге из агентства «MBK».
— Что-то мне не по себе, девочки, — ГюРи в полном смятении от крутого поворота судьбы.
— Сонбе, было плохо, может, теперь станет лучше? — подаёт голос оптимистка СонХи. — Я слышала, что Агдан даже отношения разрешает.
Мгновенье все борются с инерцией поворота машины, потом Николь скептически кривится.
— Врут! Так не бывает.
— Посмотрим, — философски комментирует ХаРа. — Недолго осталось.
— А что ты думаешь? — высовывает любопытную мордашку ЁнДжи. — Для нас переход чем обернётся?
— Насколько я знаю, все, кто к Агдан прикоснётся, оказываются в шоколаде, — отвечает ХаРа. — И ещё она женщина и будет лучше нас понимать. Помните, как в самом начале менеджер морщил лоб, когда мы ему пытались объяснить про критические дни?
— Хи-хи-хи, тогда у нас совсем молодой был… неженатый, — все хором смеются.
— Я помню, как она «Корону» подняла, — встревает СонХи, когда все отсмеялись.
— Тоже помню, как ты им завидовала, — начинает потешаться Николь.
Пока девочки веселятся, ХаРа погружается в воспоминания. Она как-то случайно подслушала разговор президента КванСу с главным менеджером. «Корона» тогда опередила «Кару» в Японии. MBK тоже планировал эстрадную экспансию на островную соседку. Нельзя сказать, что FAN обошёл их на повороте. Ни в коем случае. Руководство MBK только раздумывало, а потом наблюдало за успехом «Короны» со сложными чувствами. Радовались их победам, но не очень-то желали их. «На их месте должны были быть мы», — примерно так думали КванСу и «Кара» независимо друг от друга.