Выход на орбиту (СИ)
[***] — Недавно из села приехал? Есть. Старше Агдан то ли на год, то ли на два.
[***] — А попки самой Агдан нет?
[***] — Ещё один селянин. Войди в интернет, там Агдан во всех видах, только что совсем голой нет. Но в купальнике где-то мелькала, точно не помню.
[**3] — Смотрите на Агдан, вот ссылка: … Там сотни фотографий и десятки роликов, айдолы свою фигурку не прячут.
[**4] — А этот **& врёт! Это попка совсем не СунОк.
[***] — Откуда ты знаешь? Откуда ты вообще можешь знать? Никто этого не мог видеть!
[**4] — Во-первых, могли. Сама Агдан видела? Наверняка. Их мама всякими своих дочек видела. Вот уже ты не прав, существуют люди, которые видели.
[***] — Ёксоль! Ты такой мудрый! Ук, семья, а кто ещё?
[**4] — Её оппа мог видеть. И даже трогать, кх-кх-кх…
[**&] — С сегодняшнего дня все могут видеть, кх-кх-кх…
[**5] — Да врёшь ты всё! Это не СунОк совсем. Нет, издали вроде она, но как ты докажешь, что попка её? Я вот точно знаю, что это не она.
[***] — Откуда ты можешь знать?
[**5] — А мы давно её пасём. Вот настоящая фотка: [фото]. Видите? У неё там маленькая родинка под левой ягодицей. И такие шортики она не носит, у неё с кружавчиками всегда.
[**&] — Нет у неё никакой родинки!
[**4] — Щибаль! Вы оба врёте! Вот настоящая попка СунОк! [фото с шортиками в сиреневую полоску] Родинка на правом бедре!
[*15] — Херню вы все городите! Настоящее фото вот: [фото с голубенькими шортиками]
[**9] — Нет! Вот, вот и вот! [Целая серия подъюбочных снимков] Нет там никакой родинки нигде!
[***] — А чего это у тебя все разные?
[**9] — Почему разные?
[***] — Ляжки разного размера и попки различной округлости…
[**3] — О-о-о-у! Да ты ценитель! Эксперт!
[**9] — Фигня это всё! Просто по ходу дела другие симпатичные девушки попадаются, удержаться невозможно. Могла и затесаться одна-другая. Но большая часть это СунОк, мамой того кэджащика ([**&]) клянусь!
[**&] — Не трогай мою маму, шипсэги (ублюдок)!
(В этот момент в «Змеином гнезде» кое-кто стал потирать руки)
[**4] — Согласен! Точно шипсэги! И ты тоже шипсэги! Принёс какие-то левые отфотошопленные кадры…
[**&] — Это настоящие!!!
[**9] — Не свисти! Небось свою сестру-шлюху отснял и выложил. Теперь голову нам морочишь.
[**&] — Ёнмоно, мичинном! (Иди нах… кретин)
[***] — Есть предложение, парни! Давайте проголосуем. Какая жопа больше всех понравится, та и СунОк.
[***] — Холь! Отличное предложение.
[***] — Идея — класс!
[**8] — Давайте, парни! Занумеруем. По времени. Первый номер за тем кэджащиком, который выложил жопу своей сестры, и дальше по порядку.
[**&] — Щибаль! Это не моя сестра!!!
[**9] — Вот проголосуем и узнаем, твоей сестры жопа или нет.
[**&] — Чэнг-чанг, сапсари! (черт побери, шавка)
[**9] — Повторишь очно? Или штанишки намочил? Давай встретимся в парке и узнаем, кто шавка, кто ублюдок и чем жопа твоей шлюхи-сестры отличается от задниц других шлюх.
[**&] — Щибаль! Ёнмоно!
[***] — Голосуем, парни! По одному голосу за каждые шортики. Я — за сиреневые полоски. Это номер три.
Юзер [**&] покинул чат. На другом конце города, а может совсем рядом, в «Змеином гнезде» (все юзеры с цифрой оттуда) раздается дружный гомерический хохот. В чате ржач по другому поводу. Идёт голосование. Первое место делят голубенькие и пастельно-розовые шортики.
[*15] — Я же говорил, моё фото настоящее.
[**3] — Ук. Народ не может ошибаться.
[**9] — Точно, тот хмырь свою сестру не постеснялся за СунОк выдать. Кэджащик!
[***] — Всё может быть. Может и правда, СунОк.
[***] — Сестра Агдан будет без охраны ходить? Что-то мне не верится. Много ты чеболей в метро видел?
1 сентября, четверг, время — 20:35.
Особняк Агдан, общая комната.
Катаюсь от смеха около дивана. Меня не столько фокусы «змей» веселят, — парни чуть добавили отсебятины, но отработали точно по моим инструкциям, — сколько обескураженный лик онни. Да ещё изрядно покрасневший. Всё-таки она кондовая провинциалка, никак из неё деревню не вывезу.
ЧжуВон улыбается, ошарашенная мама, которая тоже заглянула в чат, не знает, что и думать. Потешаюсь над обеими, делая вид, что меня развеселила тема чата. А то обидятся.
Там в чате правильно про охрану сказали. Мы её через пару дней организовали, задействовали возможности ГаБи. Она даже от денег отказалась, а я настаивать не стала. Всё равно это ненадолго, получит же СунОк когда-нибудь права.
Охрана онни это не всё. Не зря русские говорят, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Если власти и полиция не может справиться с проблемой, приниматься за дело придётся народу. Надо только его организовать.
— Во всей этой истории, онни, есть один положительный момент. Огромный.
Мама и СунОк смотрят на меня с надеждой. Мне не жалко, сестра всё-таки, хоть и глупая курица.
— Попка СунОк и, правда, соблазнительная для мужчин. Ты, онни, сильно похорошела. И вообще, на тех снимках ты выглядишь потрясающе (чуть-чуть преувеличиваю). Главное, занятий не бросай. А ты, мама, проследи, я не всегда смогу быть рядом.
СунОк неуловимо меняет флюиды своей пылающей физиономии. Кроме смущения и почти исчезнувшего стыда, начинает излучать удовольствие. И мама улыбается, глядя на неё.
Перед сном.
— Как там у тебя дела с киностудиями?
— История повторяется, — ухмыляется ЧжуВон. — Ты права, Юна. Это неплохой бизнес, я всего за пару дней заработал полсотни тысяч долларов. Думаю, ещё парочку, а потом по второму кругу пойду.
— Так и научишься зарабатывать, избалованный мажорчик, — изогнув ножку, вожу кончиками пальцев по его животу и груди. Кстати, неплохое упражнение для поддержания себя в тонусе.
— Тебе пора в салон, — ЧжуВон ловит ступню в мягкий захват, — на прошлой неделе пропустила.
— Завтра вечером отвезёшь меня?
Вроде можно и не спрашивать, но мало ли…
Конец главы 9.
Глава 10. Попытка укусить
26 августа, пятница, время (омское) — 17:40
Омск, Тимуровский проезд 10, Омская школа художественной гимнастики.
— Девочки, по два раза прыжок жатэ шпагат! Потом к стенке, отработать основные растяжки и свободны! — громко и без видимого напряжения командует монументального вида высокая дама. Стайка из восьми девочек 11–12 лет выстраиваются в редкую колонну у одного конца спортзала и по одной начинают старательно выполнять тренерскую команду.
Монументальная дама подходит к взрослой девушке, зачем-то забредшей в зал, занятый младшей группой. Хотя девушка в сарафанчике и босоножках, а не в спортивном купальнике. Тренерша садится рядом.
— Здравствуй, Лена. Что-то вид у тебя, как у сомневающейся невесты. То ли выходить замуж, то ли получше жених найдётся?
— Здравствуйте, Полина Григорьевна. Та корейская миллионерша прямо напирает. Дала срок до понедельника. А я что-то…
Полина Григорьевна молчит. Потом, решившись, спрашивает:
— Лен, ты в курсе, что школа… как бы это сказать? — женщина мнётся недолго. — Выгодоприобретатель.
— В каком смысле?
— Значит, не знаешь… если согласишься, школа немалые деньги за тебя получит. О сумме умолчу, сама точно не знаю.
— Как-то это не очень, — немного хмурится Лена, — крепостной себя сразу почувствовала.
— Глупое чувство, — усмехается наставница. — Тебя никто в кандалы не заковывает, на всё твоя воля. И ты хоть понимаешь, какие деньги государство на вас тратит? Да, я знаю, что и ваши семьи какие-то расходы несут, но это копейки. И если появляется от вас какая-то отдача, то почему нет?
Девушка вздыхает и молчит. Выражение лица у неё необычное, его можно назвать упрямой нерешительностью.