На задворках империи

— Сми-ирно! — рявкнул штабс-капитан Кравцов и отсалютовал командующему саблей. Тот окинул мельком взглядом его фигуру, милостиво кивнул и поехал вдоль шеренги. Первый, второй и третий взвод, вороной конь шёл без остановки. Задрав вверх подбородок, Тимофей сидел в седле, развернув плечи и выпрямив спину. Ну же ещё чуть-чуть, а там уж третий эскадрон будет.
«Вороной» замер прямо напротив.
— За что крест?! — раздался густой, сильный голос.
«Да, блин, может, не мне?! — мелькнула паническая мысль. — А кому же ещё тут?» И чуть опустив глаза, он встретился с властным взглядом «самого».
— За Ахалкалакское сражение, вашвысокпревосходительство! — рявкнул он после секундной заминки.
— За что?! — всё тем же грозным голосом повторил Тормасов.
— За захват османского флага и вынос раненого офицера из стен вражеской крепости, вашвысокопревосходительство! — собравшись с духом, вновь прокричал Тимофей.
На ухо генералу что-то шептали, и он недовольно тряхнул головой.
— Я знаю, что только трое таких. Их по всей империи едва ли полусотня наберётся. Кто таков?! — Он перевёл опять на драгуна грозный взгляд.
— Исполняющий обязанности командира взвода младший унтер-офицер Гончаров! — набрав в грудь воздуха, прокричал тот скороговоркой.
Тормасов повернул голову к штабному офицеру с горжетом полковника.
— Владимир Сергеевич, в егерях тоже с таким же крестом старший унтер-офицер стоял, и тоже при исполнении должности взводного. Как уж его фамилия?
— Гнездилов Иван, фельдфебель, пятнадцатый егерский, — доложил тот без заминки.
— Чем вам не готовые офицеры? — Он кивнул на драгуна. — Это пока мы из Шляхетского и кадетских корпусов юнкеров сюда дождёмся? Им ведь ещё и воинскую науку в войсках постигать, сырые ведь они совсем будут. А эти вон уже взводами командуют. И среди награждённых Аннинскими медалями ещё нужно поглядеть.
— Знаю я, что из крепостных основная масса! — перебил он полковника. — А всё же хоть кто-то, но начальной грамотой должен владеть. Им не роты с эскадронами водить, а в прапорщиках или подпоручиках служить, так что ничего страшного. Подайте-ка мне список всех награждённых нижних чинов, Владимир Сергеевич, к пятнадцатому числу. Пусть там сроки их выслуги будут указаны, где они отличились и какими науками владеют.
Вороной повёз своего седока дальше вдоль шеренги, а Тимофей выдохнул воздух. «Пронесло!»
После смотра миновал день, драгуны обихаживали своих коней у Куры, вместе со своим взводом чистил недавно полученного жеребца и Гончаров.
— Не балуй, не балуй! — Он похлопал его по спине. — Ну Янтарь, тихо ты, тихо стой! Будешь баловать — гостинец не получишь.
— Молодой, горячий, ему воли надо, — заметил подошедший Лёнька. — Видать, объездили коня плохо. Да и Осипа Кожевникова, царствие ему небесное, всего-то полгода он на себе возил. Ох, чую, намаешься ты, Тимоха, с ним.
— Ничего-о, как-нибудь спра-авлюсь, — протянул Гончаров. — Уже привыкать друг к дружке начали. На генеральском смотре сильно боялся, что подведёт. А видишь как, пронесло. Была бы Зорька жива, оно бы, конечно, спокойнее мне с ней было. Ну, тут что уж говорить.
— Да-а, не выдержала кобыла горного перехода, — вздохнул Блохин. — Старенькая уже ведь была, изъездилась вконец. Ладно Зорька, а у борисоглебских драгун вообще почти что все кони пали. Один только полковой штаб верхом к Тифлису приехал. Умора, пешей колонной потом на Моздок потопали, словно какие-то егеря.
— Унтер-офицер Гончаров! Гончаро-ов! — послышался отдалённый крик.
— Тебя ищут. — Ленька кивнул в сторону ехавшего со стороны города всадника. — Из полкового штаба вестовой новый вроде, на него сильно похож. Ну точно он. Здесь Гончаров! Ту-ут! — крикнул он, помахав рукой.
— Командиру четвёртого взвода второго эскадрона унтер-офицеру Гончарову прибыть в полковой штаб незамедлительно вместе с драгунами, имеющими Аннинские медали, — скороговоркой прокричал вестовой. — Братцы, а где первый взвод Игнатова, не подскажете? Там тоже награждённый один есть, второй-то взвод я уже оповестил.
  
— А вон туда скачи. — Блохин махнул, указывая вниз по течению. — Там поворот у Куры и за ним заводёнка небольшая. Вот там Игнатов со своими драгунами и стоит.
— Он как раз-то мне сам и нужен, благодарю. — Манерно кивнув головой, вестовой развернул коня и поскакал вдоль реки.
— Благодарю-ю, — повторил, передразнивая, Блохин. — Какие же мы манерные, из дворянских детей сами. Видал, не зря вон на погонах нашит гарусный шнур. Молодой совсем, но шустрый, такой в нижних чинах долго не заслужится, глазом не успеешь моргнуть, как эполеты наденет.
— Да и Бог с ним. — Тимофей пожал плечами. — Помоги лучше коня дочистить, чем болтать попусту. Потом все втроём вместе поедем.
Около кирпичного особняка, занимаемого штабом Нарвского драгунского полка, было шумно. Стояли отдельно господа офицеры. Толпились кучками нижние чины.
— Игнатова не видели?! — крикнул, завидев подъехавшую троицу, Кравцов. — Его только одного из наших не хватает.
— Здравия желаю, ваше благородие! — Гончаров козырнул, соскочив с коня. — За ним вестовой из штаба поехал, мы ему дорогу показали. Думаю, что Игнатов совсем скоро здесь будет.
— Ладно, подождём. Так, второй эскадрон, сюда все, ко мне подошли и слушайте! Идём на представление сразу после первого эскадрона. У них там трое, а у нас пятеро. Захо́дите к полковому командиру только после моей команды. Здравия, как дурным, орать там не нужно, не на плацу. Выстроились в линию и представляетесь один за другим, начиная с тебя, Тимофей. Вот ты у нас правофланговым и будешь. Задают вопросы — отвечаете чётко и коротко, околесицу всякую не несите.
В приоткрывшуюся дверь высунулась голова старшего караула.
— Их высокоблагородие изволит из первого эскадрона людей пригласить! Пожалуйте в штаб, господин поручик.
Вслед за исполняющим обязанности командира первого эскадрона в здание прошли два унтера и рядовой драгун.
— Ну вот, уже первый пошёл, а Игнатова всё нет, — проворчал Кравцов. — Где там его носит?!
— Ваше благородие, вот он. — Блохин показал рукой в конец улицы. — Спешит, скачет, сейчас тут будет.
— Ла-адно, успел, — выдохнул командир. — Ну теперь ждём, когда нас позовут. Никифор, а ну поди сюда! — подозвал он эскадронного писаря. — Сводный лист давай мне, а сам за дверью с копиями личных формулярных списков и всех прочих бумаг будешь стоять. Потребуются — крикну тебя.
— Так у них там подлинники будут, ваше благородие, — пробормотал тот. — Зачем я там со своими копиями нужен?
— Ты мне тут не бухти! — рявкнул недовольно Кравцов. — Я сам знаю, что и как делать нужно! Будешь стоять и ждать, где сказали, а нужно будет, так и внутрь вместе со всеми зайдёшь! Может, там, в полковой канцелярии, вдруг заминка какая выйдет, а тут у нас, в эскадроне, со всеми бумагами полный порядок. Как-никак именно у нас больше всех представляемых, так что лишним уж точно не будешь.
— Есть, слушаюсь, у входа стоять, — промямлил Никифор.
Дверь распахнулась, и вслед за поручиком вышли трое драгун с алеющими аннинскими бантами на груди.
— Их высокоблагородие изволят из второго эскадрона пригласить! — провозгласил всё тот же караульный унтер. — Господин штабс-капитан, пожалуйте внутрь.
— За мной! — сказал Кравцов и поднялся первым по ступеням.
— Господин подполковник, пять награждённых нижних чинов из второго эскадрона представляются по случаю вызова! Отсутствует командир отделения младший унтер-офицер Плужин, находящийся в госпитале после ранения.
За столом, накрытым зелёной скатертью, сидело трое господ офицеров. В самом центре — подполковник Подлуцкий, по левую его руку — заместивший погибшего Кетлера капитан Самохваловский, по правую — прибывший только недавно в полк с Моздокской линии ещё никому не знакомый майор. Сбоку от этого стола за небольшим, похожим на журнальный, столиком сидели старший полковой писарь и его помощник.