Османская империя. Шесть веков истории
За восемь лет правления (1512–1520) Селим I дал империи дальнейшее расширение на восток и первое закрепление на Африканском континенте. Он потеснил гордых Сефевидов, взял под контроль святые места, захватил Каир, бывший с 1261 года резиденцией Аббасидского халифата. За несколько месяцев он уничтожил государство, главенствовавшее на Ближнем Востоке в течение двух с половиной веков. Османская империя стала отныне единственной крупной мусульманской державой в Восточном Средиземноморье. Однако Селим I проводил политику террора и руководил войсками кроваво и жестоко. Приведем написанный им собственноручно приказ о призыве на службу: «Войско будет досматриваться моей благородной особой: пришедший без шлема будет обезглавлен; пришедшим без локтевой пластины [Металлической защиты предплечья] отрубят руки; те, у кого иное снаряжение окажется неисправно, подвергнутся неотвратимому наказанию» [152]. Человек набожный и суровый, он все же стремился вершить правосудие разборчиво и часто обращался за советом к мудрецам.
Несмотря на это, Селим остался в памяти правителем гневливым и жестоким. Не изменили положения и обелявшие его политику рассказы из книг Селима (написаны с целью политической реабилитации), начатые при его правлении и продолженные при его сыне Сулеймане I [153].
Десятый монарх османской линии не нуждается более в представлении. Ни как «честный человек своего времени» (Н. Ватэн), тонкий эрудит, просвещенный и эклектичный меценат, крупный заказчик произведений искусств, человек непоказного благородства, преданный своей любимой и блистательной жене Роксолане. Ни как мудрый законодатель, окруженный небольшим числом помощников, среди которых он умел поощрять и выдвигать наиболее годных к выполнению поставленных им задач: из девяти великих визирей, сменившихся при его правлении, только пятеро были уволены от должности. Ни как упорный завоеватель, скончавшийся в своем шатре в Сигетваре за несколько часов до того, как его армия вырвала у Габсбургов последнюю и решающую победу. Ни как защитник своего народа, восстановивший крепостные валы Белграда, Родоса, Иерусалима, Авлонии и Печа. Ни как строитель, повелением которого возводятся великолепные архитектурные сооружения Мимара Синана.
Карта 2. Османская империя в конце правления Мехмеда II (1481)
Хотя новый султан восстановил баланс власти и привел на смену периодическим вспышкам отцовской ярости более умеренный режим, он все же являлся прямым наследником политики завоевания своих предков и предшественников. В 1510 году два корсара, Хызыр (наш Барбаросса) и Оруч (его брат), создали операционные базы на Джербе. В последующие годы они обосновались в Ла-Гулетте, платили Хафсидам пятую часть от добычи и взяли под контроль Бужи, Шершель и Алжир [154]. В 1519 году Барбаросса присягнул Селиму. Но в 1521 году случилось обратное: Сулейман отвлекся на призыв Барбароссы, а затем поставил его во главе имперского Арсенала. Султан использовал развитие корсарского промысла и динамику западных провинций для отправки армады на Триполи в Берберии, в 1551 году отнял Триполи у мальтийских рыцарей, затем в 1560-м завоевал Джербу. После ожесточенной борьбы с испанцами и их вассалами-хафсидами в 1534–1535 годах Тунис окончательно перешел к османам в 1574 году. В Йемене ряд кампаний, организованных морским путем из Египта, привел к захвату Адена (1538), Забида (1539) и Саны (1547).
Подобная ситуация развернулась на Ближнем Востоке: Сулейман шел по стопам отца. В 1515 году Селиму I пришлось оставить Тебриз, только что отвоеванный у Исмаил-шаха. В 1534 году Сулейман отвоевал его, прежде чем добавить к османским владениям новую добычу – и какую! – Багдад. Бывшая столица халифа, осененная былой славой Аббасидов, хранит в себе гробницы двух великих деятелей, почитаемых османами: Абу Ханифы (ум. 767), основателя ханафитской юридической школы, и Абд аль-Кадира Гилани (ум. 1166), основателя носящего его имя братства Кадирия. В 1546 году Сулейман аннексирует Басру, тем самым открывая себе выход к Арабо-Персидскому заливу. В 1548–1549 годах он снова выступает против Сефевида как поборник суннизма, а в 1553–1554 годах закрепляет границы на востоке, присоединив в 1555 году значительную часть Курдистана и Восточной Армении. На севере молдавская кампания 1538 года обеспечивает ему гегемонию на Черном море и укрепляет основы имперской торговли. На юге захват грозной крепости Родос в 1522 году частично расчистил жизненно важный маршрут Стамбул – Каир. Однако госпитальеры, обосновавшись на Мальте, не только перестали обеспечивать безопасность морских путей между Додеканесом и Анатолией, но и способствовали возвращению опасного корсарства в Восточном Средиземноморье – в частности, оно угрожало караванам из Александрии. Излюбленным полем боя Селима была Центральная Европа. За время своего долгого сорокашестилетнего правления Сулейман лично провел там большинство из своих тринадцати «августейших походов». В то время он был способен развернуть армии численностью до 100 000 человек, дополненные необходимой логистикой, припасами и военными ресурсами. Располагая такой мощью, он взял Белград и Буду в 1526 году, затем покинул Венгрию, присоединив лишь два графства к югу от Дуная (Срем и Валко) для укрепления границы с христианским миром. В результате позднейшей кампании 1540 года он занял центральную часть Венгрии, которую на следующий год поставил под более прямое управление, тогда как восток страны и Трансильвания стали вассальным королевством. И наконец, хотя Сулейман потерпел неудачу под Веной (1529), он аннексировал банат (пограничный переход) Темешвара (1551).
В отличие от своего отца, Селим II сам в военных походах не участвовал. Однако объявлял войны. Кипр был завоеван в 1571 году. В том же году битва при Лепанто у входа в залив Патры стоила османам большей части их флота и экипажей. Однако Священная лига, созданная Испанией, Венецией и папой римским, не воспользовалась своим преимуществом. Султан воссоздал армаду менее чем за два года. Сепаратный мир, подписанный в 1573 году, подтвердил завоевание Кипра. В следующем году Тунис снова взят у испанцев. Также необходимо военное вмешательство на восточных окраинах империи. В 1567 году временно были укрощены болотные племена выше по течению от Басры. В Красном море султан с трудом отбил продвижение португальцев в Индийский океан. Династические притязания зейдитских имамов привели к восстанию в Йемене в 1569–1571 годах, возвращения к порядку удалось достичь в результате военного вмешательства Порты.
Новый рубеж
В результате расширения территорий северная граница империи теперь опоясывала Европейский континент и простиралась от Каспийского моря до Адриатики. В восточном бассейне Средиземноморья сложилось сложное сочленение Венецианской империи и османских владений, которые непрерывно расширяются не только на континенте, но и на островных пространствах. Между правлением Баязида II и Сулеймана южная граница империи стала ближневосточной, отодвинулась за длинную полосу земли, тянущуюся от предгорий Средиземноморского Атласа до выхода в море, от Александреттского залива (Искендеруна) до западного побережья Йемена. Завоевание Ирака позволило отрезать шиитов Ирана от их главных святынь (Наджаф и Кербела), образовать на восточном фланге империи защитный гласис от Сефевидов и обезопасить торговые пути, ведущие в Индию и Китай, от нестабильности, связанной с опасностями со стороны бедуинских племен, и португальских посягательств в Арабо-Персидском заливе и за его пределами: османские корабли пришли на помощь султану Гуджарата и достигли побережья Индии в 1531 году. Хотя огромная империя, раскинувшаяся на три континента, ничем не напоминала то небольшое княжество, что лежало в ее истоке, первоначальная двойственная структура частично сохранилась. Возможно выделить центральное ядро, охватывающее Европу и Азию, включающее Анатолию и Румелию, оно сформировалось в общих чертах в середине XV века и приобрело этот облик в результате завоеваний Мехмеда II. Оно осталось неизменным, несмотря на последующие территориальные изменения. Его географическим и политическим центром был Стамбул, сохранявший роль столицы даже тогда, когда к империи присоединились метрополии Ближнего Востока, наделенные в исламской памяти равным, если не большим престижем. Османская граница имеет несколько общих характеристик с другими евразийскими границами, она одновременно закрыта и открыта, одновременно преграда и дверь, зона напряжения и зона контакта, пространство для официальных торговых обменов и нелегальных трансакций. Тем не менее в Европе эта граница радикально отличалась от других, она была асимметрична. С одной стороны находилось множество христианских государств, более или менее влиятельных. Политическая раздробленность всегда удивляла османов, хотя опасное соседство стало для этих государств фактором объединения (с Габсбургами в качестве основных бенефициаров). С другой – одно-единственное централизованное государство, сердце которого действительно находится в Европе, но которое, однако, простиралось на два других континента. Империя, которая позиционировала себя как глобальную и не желала признавать каких бы то ни было границ – «Государство турок» (Гийом Постель).
