Правило Диксона (ЛП)

Гаррет собирается дать нам инструкции, когда его взгляд резко перемещается к домашней скамейке. — Эй, Джи, — говорит он. — Подожди. Я хочу поговорить с тобой, прежде чем ты уйдешь!
— Чёрт, не заметил, что они уходят. Подожди меня тоже. — Райдер отталкивается на коньках и направляется к тестю.
Джиджи ждет их у скамейки, наклоняясь, чтобы быстро поцеловать Райдера, прежде чем повернуться к отцу. Она не одна — девушка с светло-коричневыми волосами уходит от Джиджи к другой скамейке, чтобы поговорить с некоторыми из парней. Она одета в шорты и чёрную майку, которая обнажает её живот, и нет ни одного подростка на этой скамейке, который бы не засматривался на неё.
  
Пока мы ждем Гаррета и Райдера, Уилл и я неловко стоим с другими рефери, пытаясь не разглядывать плечи Джона Логана. Они огромные. Как он все еще в такой хорошей форме в своём возрасте? Ну, окей, он не древний. Может, чуть за сорок. Но всё равно. Этот человек в лучшей форме, чем многие парни моего возраста.
— Ты опаздываешь, — Дин кричит на очередного новичка.
Мужчина с каштановыми волосами скользит на катке, его лезвия шипят, когда он останавливается. Он закатывает глаза на Дина. — Успокойся. Я даже не судья. Просто пришел развлечься. — Замечая нас с Уиллом, он улыбается. — Привет. Я Такер.
— Шейн, — говорю я, протягивая руку для рукопожатия. — Это Уилл.
— Вы все вместе играли в колледже? — спрашивает Трой Талво, указывая на троих мужчин. — Я слышал, что Гарретт что-то такое говорил.
— Хоккей Брайара, детка, — подтверждает Дин, сверкая идеальной белоснежной улыбкой. — Мы были неудержимы.
Логан кивает, голубые глаза сверкают. — Две победы подряд на Ледяной Четверке. Чёрт возьми. Это было что-то, да?
— Это наш план на этот сезон, — говорю я мужчинам. — Мы отлично сыграли в прошлом году, так что теперь мы....
Я вздрагиваю, когда Логан вдруг рычит. — Нет. Ни хрена, Дин. Этого не будет. Иди за своим парнем.
Я следую за его взглядом и вижу, как Бо Ди Лаурентис обнимает девушку в кроп-топе. Они явно рады видеть друг друга.
— Успокойся. Это просто объятия, — отвечает Дин, не беспокоясь.
— Его рука скользнула по её нижней части спины.
— Его рука скользнула никуда.
Тон Логана остаётся мёртвым. — Этого не будет. Я не позволю, чтобы Ди Лаурентис её испортил.
— Ему всего шестнадцать, и он ничего не делает.
Пытаясь не рассмеяться, я прерываю их горячий спор. — Полагаю, это ваша дочь, а это его сын? — спрашиваю я у Логана.
— Нет, это моя дочь, а это его будущий бабник.
— Ну, парень уже достаточно взрослый, чтобы быть таким, — говорю я, пока Уилл тихо хихикает.
Логан пристально смотрит на меня. Также делает и Дин.
— Извини. — Я поднимаю руки. — Это правда. Шестнадцать — это взрослый возраст. Когда ты потерял девственность?
— Я не терял, — говорит Дин с важным видом. — Я никогда не имел удовольствия заниматься сексом с женщиной.
Уилл, Такер и я начинаем смеяться, но выражение лица Логана не оставляет следов юмора.
— Мне было четырнадцать. — Он явно расстроен. — О, черт возьми. Почему мы вообще завели ребенка? Мы знали, что есть 50% шанс, что это будет дочь.
Дин улыбается драматичным выражением Логана. — Расслабься. Смотри — Блейк обнимает Эм Джей. Пойди потревожь Коннелли.
— Моя дочь никогда не будет встречаться с хоккеистом, — говорит Логан угрожающе. — Я знаю, какие они.
— А ты? — спрашиваю я Такера. — Есть ли у тебя дочери, которые могут быть испорчены?
Он проводит рукой по своей рыжей бороде, громко фыркая. — Мои девчонки съедят этих парней за завтрак.
— Сердцеедки обе, — соглашается Дин.
Гаррет и Райдер возвращаются в группу, и мы обсуждаем план игры.
— Ну что ж, вы в курсе, где надо и не надо свистеть? — спрашивает Грэхем судей.
— Судить только моего сына. И пусть он бьет людей по зубам, если захочет, — говорит Дин с серьезным выражением лица.
Все смеются.
— Да, мы сделаем наоборот, — вздыхает Коннелли.
— На сколько агрессивно мы можем позволить играть? — спрашиваю я.
— На сколько хотите, если это в рамках правил. Некоторые из этих ребят в следующем месяце идут прямо в НХЛ. Мы не будем их щадить.
Иногда мне жаль, что я не пошёл по этому пути, но в восемнадцать лет я не был готов играть в профессиональный хоккей. Слишком молод и глуп. Я хотел сначала получить образование, прежде чем поехать в Чикаго и начать карьеру.
Гарретт хлопает в ладоши. — Мы будем рассматривать это как настоящую игру. Три полных периода. Высокое давление.
Джейк кивает. — Поехали.
— Готовьтесь к разгрому, — говорит Гарретт Коннелли с большой улыбкой. — Зять и я справимся.
— Он называет тебя зятем? — улыбаюсь я Райдеру, когда мужчины скользят прочь.
Он вздыхает. — Да. Либо так, либо мистер Райдер.
— По крайней мере, он теперь тебя любит, — говорит Уилл ободряюще.
— Ну, любит — это сильно сказано. Терпит — более точное слово. Но он знает, что я бы умер за его дочь, так что это главное.
Игра начинается. Часть работы Райдера и Талво была организовать линии, как если бы они собирали свою команду. Первая линия команды Гарретта включает Бо Ди Лаурентиса. Команда Коннелли удачно попала на Джейка и Грея Дэвенпорта в одной линии.
Я не слежу за хоккеем в старших классах слишком тщательно, но даже я знаю о этой тройке. Это три лучших игрока в стране, и я слышал, что все они уже подписали контракты с Брайаром на пару лет вперед. С такой звездной силой в составе потребуется много случайностей и неожиданных событий, чтобы отобрать трофей Frozen Four у Дженсена. Не зря он самый успешный тренер в колледжском хоккее и, вероятно, самый высокооплачиваемый. Он не только привлекает лучших игроков, но и получает их детей после того, как они уезжают. Счастливчик.
Смотреть, как играют эти ребята, невероятно интересно. Они напоминают мне меня в подростковом возрасте. Явная решимость. Жесткость. Смелость делать рискованные ходы до того, как ваши колледжные тренеры дисциплинируют этот безрассудный подход.
Сразу становится очевидно, что Бо обладает всеобъемлющими навыками. Защита шайбы, работа с клюшкой, броски. Его инстинкты потрясающие, и я поражен его способностью сохранять спокойствие под давлением. У Эм Джея есть скорость, как у его отца. И хотя отец Грея играл в нападении в свои времена, сам Грей — опасный защитник. Он не позволяет Ди Лаурентису приблизиться к воротам ни на одном из своих смен.