Правило Диксона (ЛП)

Беккетт: 
Кто-нибудь хочет сходить в клуб сегодня вечером? 
Уилл: 
Я пас. Я слишком обгорел на солнце, чтобы двигаться. 
Изначально групповая переписка была только для меня, Беккета и Райдера, но Бек добавил Уилла, когда они стали неразлучными. Я никогда не встречал двоих парней, которые бы больше увлекались фильмами о путешествиях во времени. И групповым сексом. Им они тоже часто занимаются. Но я не сужу.
  
Беккетт: 
Тебе стоило попросить одну из милф намазать солнцезащитным кремом твой член. 
Уилл: 
Я не сплю с клиентами. Буду повторять это, пока ты не примешь этот факт. 
Беккетт: 
Никогда. Райдер, ты в деле? 
Райдер: 
Я лично? Ни за что. Но дай-ка спрошу у жены. Если она захочет пойти, я пойду. 
Беккетт: 
Вау. 
Райдер: 
Вау что? 
Беккетт: 
Эта женщина теперь владеет тобой. Ты понимаешь это, да, приятель? 
Райдер: 
Да, и? 
Я поднимаю бровь, глядя на экран. Господи, что случилось с моим другом Райдером? Парень, который раньше избегал девушек, как чумы, теперь женат и радостно вручает свои яйца на серебряном подносе.
Хотя, полагаю, если бы моя жена была Джиджи Грэхем, я бы тоже с удовольствием позволил ей держать мои яйца.
Я однажды слышал, как она кончала. Я до сих пор иногда об этом думаю. И пару раз подрочил на это, хотя никогда бы не сказал Райдеру. Он бы мне глотку порвал.
Или, может, не порвал бы?
Ведь… он прекрасно знал, что я стоял за дверью той комнаты для занятий, когда он и Джиджи дурачились в библиотеке прошлой осенью. И я уверен, он понимает, что я не мог не быть возбужденным, слушая ее тихие стоны. Часть меня думает, что он мог бы позволить мне посмотреть, если бы Джиджи этого захотела. Он бы дал этой женщине всё, о чем она попросит. Мужик по уши влюблен.
Наблюдение — это не мой фетиш, правда.
А вот быть тем, за кем наблюдают… я бы мог на это пойти. Но это не то, что я когда-либо предложил бы девушке. Один раз я упомянул об этом фетише Линси, и реакция была настолько отвратительна, что я больше никогда об этом не говорил. Она обвинила меня в том, что я слишком часто смотрю порнографию. Что смешно, потому что я крайне редко использую порно, чтобы подрочить. Я предпочитаю реальные вещи.
Ну, не особо в последнее время. Теперь, когда случайные связи исключены из-за фиаско с Кристал, единственный способ для меня заняться сексом — это 1) иметь девушку или 2) найти отношения по принципу друзья с привилегиями. Кто-то, с кем я провожу много времени. Кто-то, с кем можно регулярно заниматься сексом вместо безличных и пустых случайных связей на одну ночь.
Я собираюсь отправить сообщение в групповую переписку о том, что сегодня вечером никуда не хочу идти, когда телефон вибрирует в моей руке. Я оживляюсь, когда вижу уведомление.
ВЕРОНИКА ПИНЛО ДОБАВИЛА ВАС В ГРУППУ СОСЕДИ. 
О, да! Прогресс! Пусть сегодня меня отвергли все остальные, но, по крайней мере, я завоевал Веронику. А теперь, возможно, остальные будут поражены моей потрясающей личностью через мои остроумные сообщения и начнут ко мне теплеть.
Но не успел этот оптимизм укорениться, как появляется еще одно уведомление.
ДИАНА ДИКСОН УДАЛИЛА ВАС ИЗ ГРУППЫ СОСЕДИ. 
Глава 7 
Диана 
Кенджи предал меня 
В субботу утром папа приходит, чтобы починить мой душ. Я предлагаю помочь ему, но он отмахивается и говорит, что лучше работает один, поэтому я готовлю нам омлет, пока жду. Он выходит из ванной буквально через десять минут после того, как вошел, и объявляет: — Всё готово.
Я смотрю на него с недоверием. — Ты понимаешь, что я часами смотрела видеоуроки, чтобы попытаться починить эту дурацкую штуку, а ты справился за минуты?
Он пожимает плечами. — Нужно было всего лишь отрегулировать контрольный клапан.
— Меня бесит, что после всех этих онлайн-уроков я всё равно не понимаю, о чем ты говоришь. Чувствую себя полностью беспомощной.
Папа улыбается мне. — Ничего страшного, малышка. Я никогда не попрошу тебя чинить мой душ, но ты всё равно первая, кого я хотел бы видеть рядом со мной в драке.
— Естественно. Томас бы никогда не прикрыл тебя.
— Нет, прикрыл бы. Он бы пошел в бой. Но потом почувствовал бы вину и начал перевязывать раны врагу. А ты, с другой стороны…
— Я бы раздробила их черепа в прах, — говорю я торжественно.
— Вот это моя девочка.
— Вот. Я протягиваю ему тарелку. — Давай я намажу тебе тост маслом.
Мы едим завтрак бок о бок на кухонной стойке, болтая о том, чем занимались в последнее время. Папа — командир спецназа в полиции Бостона, поэтому его новости всегда гораздо интереснее моих. Он рассказывает мне о нарколаборатории, которую его команда захватила на прошлой неделе, качая головой, когда доходит до того момента, когда они нашли троих маленьких детей, прячущихся в шкафу. Я не знаю, как он справляется с этой работой. Вламывается в дома наркодилеров. Проводит высокорискованные обыски. Разбирается с кризисами заложников. Весь этот адреналин у меня вызвал бы сердечный приступ. Но папа процветает в таких условиях. Он, честно говоря, самый крутой человек, которого я знаю.
— А как у тебя дела? — спрашивает он. — Как идут репетиции танцев?
— Очень хорошо! У меня большие надежды на соревнования в этом году. Думаю, что мы с Кенджи можем попасть в десятку лучших.
— Конечно можете. Вы непобедимы.
— Как и все остальные, кто участвует, — ворчу я. — Это будет тяжелая борьба.
— У тебя всё получится. Он склоняется ближе и подталкивает меня плечом. — Ты никогда не уклонялась от вызовов в своей жизни. Никогда не встречала препятствия, которое не смогла бы преодолеть.
Мой папа — мой самый главный поклонник, и это чертовски здорово.
Только после того, как он уходит, обняв меня на прощание и пообещав зайти на следующей неделе, я понимаю, что битва, с которой я столкнулась, не просто сложная — это вертикальная линия, устремляющаяся прямо в небеса.
Кенджи звонит, когда я готовлюсь к своей смене в закусочной, и обрушивает на меня бомбу всех бомб.
— Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что не можешь участвовать в соревновании? — кричу я в трубку. — Почему нет?
— Я хочу, чтобы ты приготовилась.