Как стать преподавателем магической академии (СИ)

Для приготовления мази понадобилось:
* измельчённые в порошок кости лягушки
* одна капля крови летучей мыши
*аконит 20 грамм
* три капли драконьей крови
*морская роза
* три ягоды белладонны
* капля яда жабы
* чихотная трава 10 грамм
Не смотря на такое количество ингредиентов, приготовление мази не занимало много времени, но прежде чем её использовать, требовалась подождать два часа. Сама мазь давала возможность ведьме становится невидимой, так как шабаш ведьм проводился за пределами королевства эльфов. По ту сторону одинокую ведьму, летящую в ночи, могли заметить опасные магические твари и напасть. Потому для безопасности, все ведьмы и колдуны использовали эту мазь. Добираться до шабаша требовалась исключительно на метле, хоть они и вышли из моды и все предпочитали порталы и летающие автомобили, традиции никто не отменял.
Закончив с мазью, Милиса надела белую ночную рубашку длинной до икр и венок. Разумеется, девушка не горела желанием лететь на шабаш в ночной сорочке на голое тело, но это было ещё одной традицией. На шабаше нужно строго соблюдать традиции, так как тех, кто ослушается, ждало наказание. Полевые цветы для венка девушка собирала ещё на рассвете и собственноручно его сплела. Ведьма выбрала сочетание красных и сиреневых цветов, символизирующие преданность и любовь. Вообще Милиса не особо горела желанием посещать подобное мероприятие, но страшную порчу могла наслать верховная жрица, на тех, кто осмелится проигнорировать её приглашение. Никакая из причин, даже самая уважительная не позволяла проигнорировать приглашение и не явиться на шабаш.
Именно жрица отбирает лучших по её мнению колдунов и ведьм и приглашает в свой шабаш.
У входа в булочную, Милису уже около получаса поджидал Лео. На нём были лишь хлопковые белые брюки, державшиеся на широком чёрном шнурке. Такой был дресс-код для колдунов. Из-за малоподвижного образа жизни парень набрал лишний вес, так как дни и ночи напролёт готовится к сессии. Он забросил все тренировки и с головой ушёл в учебники. Он очень переживал из-за экзаменов, и заедал стресс мучными изделиями и сладостями. Но округлый живот, Милису совсем не смутил, наоборот колдун ей показался очень милым.
В руках у Лео была золотая метла, украшенная драгоценными камнями, да уж старая метла Милисы, не шла в никакое сравнение и проигрывала по всем параметрам. Во второй руке у него был синий рюкзак с жареной уткой, которую он собирался вручить верховной жрицы в качестве подношения. По традиции каждая ведьма и колдун должны приготовить одно блюдо, которое требовалось поднести как дань уважение верховной жрице и Гекате — богини лунного света и покровительнице магии.
— Может, полетим на моей метле? — предложил Лео.
Девушка отнесла старую метлу в дом и, вернувшись, положила свой тыквенный пирог в рюкзак колдуна. Оседлав метлу, они взлетели к небу. Был сильный ветер, и девушка крепко обняла колдуна за талию, положив голову ему на рюкзак. Одной рукой девушка, время от времени придерживала венок, хоть он и был крепко прилеплен шпильками, ведьма на всякий случай перестраховывалась. Лео любовался окрестностями столицы, всё казалось таким крошечным с высоты птичьего полёта. Пролетая над магической академией, девушка невольно залюбовалась её красотой. В ночи академия была ещё прекрасней и таинственней.
— Ты уже догадалась, кто тебе подбросил крыс в дом? — стал расспрашивать колдун.
У девушки было три подозреваемых, но делиться своими догадками с Лео она не хотела. Первым в списке был Браен, подобные «сюрпризы» были в его стиле. Но Милиса никогда не рассказывала Лео об постоянных издевательствах вампира. В присутствие её жениха Браен никогда ничего плохого не говорил, так как боялся получить по физиономии.
Ведьма была не из тех, кто жалуется и простит о помощи, она умела сама за себя постоять. Ей было стыдно просить Лео за неё заступится. Бабушка Милисы с раннего детства приучила внучку решать свои проблемы самой. Ведь если, что-то бы случилось с Алиссией, Милисе и Аманде нужно было научиться как-то, выживать в этом коварном и нестабильном мире.
 
Вторым подозреваемым был Асмодей. Сама девушка не считала демона способным на такое но, по словам Лео, тот явно желал ему отомстить. Может Лео не ошибался на его счёт? И Асмодей решил испортить первое знакомство Лео с семьёй Милисы.
Третей подозреваемой была, преподаватель демонологии Стеффи Голифенси. Милиса была на сто процентов уверена, что они не заметили её присутствие в дамской комнате. Но вдруг Асмадей сам и рассказал, кто ему помог спастись от любовных чар.
— Нет, даже не представляю, кто бы это мог быть, — как можно убедительней соврала девушка.
— Да тут всё очевидно это Асмодей! Я сразу догадался, просто не хотел сообщать при твоих родственниках, — подтвердил Лео одну из догадок ведьмы.
Оставшуюся часть пути они спорили по поводу демона. За хоть и не долгое время работы на Асмодея, девушка поняла, что он и не такой уж монстр, каким она его считала. Просто демон был очень переменчив. В нём как будто жило сразу две личности. Одна холодная, замкнутая, лишь иногда способная на заботу о ближнем и сочувствие. Вторая вспыльчивая и импульсивная натура, которая требует от окружающих дисциплины и беспрекословного выполнения его указаний. Он любил говорить долго, и красочно описывая своим мысли, но не умел слушать и быстро терял интерес к собеседнику. Асмодей любит одиночество, от глубоких проявлений своих чувств и симпатий он воздерживается. По отношению к Милисе он тоже всегда был разный, но в основном критикующий и отчитывающий за любую провинность. Но в тоже время он был справедлив. Когда девушка справлялась со всеми поручениям, он хвалил, ласковым обволакивающим голосом. Ради одной похвалы хотелось стараться из-за всех сил выполняя задания.
— Невидимы, — хором произнесли маги вылетая за пределы королевства.
Шабаш ведьм проходил на горе Дункес, которая была окружённая со всех сторон водой. На её вершине росло старинное ореховое дерево, которое являлось символом скрытой мудрости и потустороннего мира предков. Ореховое дерево было очень высоким, с зелёной кроной. Рядом с деревом находился лунный алтарь, украшенный диким плющом. Напротив алтаря находилась мраморная статуя богини Гекаты. Она была повелительницей ночных видений и колдовства, а так же покровительницей и даже родоначальницей колдунов и ведьм.
По легенде богиня спустилась с небес и наделила обычных женщин и мужчин магией. Богиня долго обучала их пользоваться волшебной силой и с тех пор в знак благодарности они ей поклонялись. Если по каким-то причинам не уважить богиню, Геката обещала уничтожить их всех и всё живое на земле. Поэтому каждый год в последний месяц весны устраивали шабаш в её честь и проводили специальный обряд.
Приземлившись на траву голыми ногами, девушка почувствовала холодную россу. Все колдуны и ведьмы являлись в назначенный срок, прихватив собой дары для жрицы. Ни у кого даже не возникало мысли проигнорировать это событие.
За широким столом на высоком стуле торжественно восседала верховная жрица. Она была одета в золотую мантию на голое тело, голову которой украшала корона из свечей. Капли воска стекали ей на лицо и плечи, но она сидела с невозмутимым лицом. Должность верховной жрицы, занимала каждые пять лет новая ведьма. Её выбирали посредством состязаний между ведьмами.
Начались предусмотрительное по этикету приветствие. К жрице по очереди подходили подданные и поклонами, выражали своё почтение, ставя на стол перед ней привезённые с собой угощения.
 
— Как ты посмела нарушить наши традиции и явится на шабаш через портал! — возмутилась жрица и стала отчитывать подошедшую к ней с дарами и приветствием ведьму.
— Прощу прощение великая жрица! Прощу, помилуйте! — стала молить о пощаде рыжая ведьма с тучной фигурой.
— Помилуйте её, она раскаивается! — оказала, поддержу одна из ведьм.
- Многие выдают за раскаяние свой страх, перед наказанием, — изрекла умную мысль жрица и наказала провинившуюся ведьму ударами хлыста. Хлыст представлял собой атакующий артефакт, наделённый силой синего огня. Рыжая ведьма выла от боли, давясь собственными слезами, на местах от ударов появлялись ожоги. Ведьма вздумала бежать, но верховная жрица одним взмахов руки уложила беглянку на каменный алтарь и приковала железными оковами.