Волчья стая (СИ)

Мелочь, конечно, не животное. Но суть сохраняется. Так раз боится — пусть и побегает, может хоть из головы ерунду вытрясет.
Взглянул на королеву. Та с интересом следила за нашим разговором, пошевеливая антеннами и подозрительно часто проводя ладонями по оголенным частям тела. Поймав мой взгляд, она вопросительно выгнула бровь.
— Фас! — сказал я волчонку. Та недоуменно обернулась. — Да за жопу его схвати.
Она даже не ответила. Ракетой с места сорвалась и в считаные доли секунды уже рядом с пареньком оказалась. Возбужденно рыча. Тот не оценил. Сперва неловко в сторонку отшагнул, снова — а когда волчонок попыталась ухватить-таки его за задницу, так и вовсе запаниковал и побежал прочь.
Мелочь не отставала. Ей вообще весело было, бежать за хлыщом.
Нелепая комедия какая-то. И едва ли это поможет наладить с ним отношения… Ну да плевать. Пусть побегает, может хоть мозги ему прочистит. Уже на второй круг пошел, тем временем!
— Ну и что это такое? — спросил я королеву. — Мы ведь договорились.
Она проследила взглядом за своим мужем, затем перевела его на меня. Немного расстроенная.
— Это он захотел, когда я в перерыве о тебе рассказала. Раз уж пожелал себе такое на свадьбу — то надо.
Я почесал затылок. Посмотрел еще немного, как хлыщ безуспешно бегает от волчонка. Та ни на шаг не отставала, вполне неплохо проводила время и пару раз сумела дернуть его за штаны. Молодец — учитывая, что ноги-то у нее заметно короче.
— Как видишь, он просто трус и боится встретиться лицом к лицу. Вот и решил позлорадствовать, закинув мою мелочь на растерзание.
— Да уж. Трус. Но он мой трус! И никому его от меня не отобрать, и никак ты моей любви не помешаешь! Даже не пытайся теперь, когда я возлегла, снова на себя все внимание перевести! — вспыхнула мураш громогласно.
— Мне плевать на ваши отношения, долбитесь сколько влезет. А я просто заберу волчонка и спокойно мимо вас пройду со своей стаей. Этому мешает только твой муж, — терпеливо проговорил я. — Пусть откажется от своей идиотской идеи, и мы вас покинем вот немедленно.
Надоело как-то одно и то же повторять. Но раз нужно для дела — можно и в очередной раз пояснить суть моих требований.
— Эй, мелочь! — крикнул я. — Брось его, иди сюда.
Тявкнув, волчонок уцепилась за штаны паренька и умудрилась-таки сорвать их с задницы. Разумеется, тот немедленно в них запутался и на полном ходу грохнулся — сперва на твердый, полированный каменный пол, а затем еще и лицом чутка ковровую дорожку мазнул. Волчонок же, подпрыгивая, подбежала ко мне и уставилась преданным взглядом, весело помахивая хвостом.
— Мы даже на свадьбе не появимся, чтобы вас не беспокоить, — добавил я мурашу. — Уйдем. Нужно только, чтобы никто не мешал.
Сказал я это уже ей вслед, потому что она бросилась к хлыщу. Подняла его с легкостью за подмышки, внимательно осмотрела — одежка помялась, лицо раскраснелось, волосы растрепаны и, быть может, пара-тройка синяков на теле потихоньку наливалась, а так он был в порядке. Даже нос, и тот цел.
— Она… — запыхавшимся голосом выдавил он. — Она меня сожрать хотела! Ты видела! Нужно ее за это наказать! На Арену! И этого паршивого простолюдина туда же, раз он так привязался!
А вот это совсем уж неправильное развитие событий. Так что стремительно к ним подошел, чуть со стороны — и ухватил хлыща за воротник, приподнимая. Это при том, что королева его все еще держала.
— Не борзей, рожа королевская. Я свою работу сделал, а тебя бы первая же паучиха утащила в нору и не выпускала, пока все соки не выжмет. Так что займи свой рот чем-нибудь другим. Вон, у тебя невеста все еще на ногах держаться может — плохо работаешь!
Он выпучил глаза, не найдя, чего ответить. Я отпустил его, посмотрел на мураша — та с первобытной жадностью его разглядывала. Аж слюна в уголке рта показалась, и соски каким-то невероятным образом проступили через плотную кожу белого пиджака.
— Ступай своей дорогой, человечек, и хвостатую забирай, — стремительно пробормотала она. — Проходу тебе со стаей — до полуночи. И не возвращайся более!
  
Мне дважды повторять не надо. Мелочь — в охапку, и на выход. Те двое в другом направлении. Вернее, только королева. Она паренька тоже на руках несла, на ходу посыпая поцелуями и, судя по звуку, сбрасывая одежду. Никакого сопротивления с его стороны замечено не было.
Вышел из покоев. Сопровождающая мураш-солдатик заметно скисла, узнав, что никакого развлечения с волчонком им не светит, и что ухожу я все-таки с ней. Ничего по этому поводу она не сделала, поведя нас к выходу — разве что не бормотала уже, а вполне себе говорила, будто бы в никуда:
— Бесполезная тварь. Наверняка вкусная. И вот бы посмотреть, кто победит — молоденькая скорпион, или она? Наверно, скорпион. Ушастая морда вообще ни к чему не годится, только на зрелище пустить. И то жиденькое.
К счастью для нее, подтачивавшая меня феромонная дрянь сделала меня более… толерантным. Иначе бы врезал по лицу, как следует, а то и антенны бы поотрывал к чертям. А так — просто следовал с расслабленным, дожидаясь, когда же наконец окажусь на поверхности.
Как оказался — так и, не оглядываясь и не прощаясь, сразу к лагерю направился. Тут уж волчонок своим ходом топала, разумеется. Держась чуть впереди меня и то и дело оглядываясь, проверяя, в каком я направлении иду.
Ну натурально служебная собака. Довольно сомнительное сравнение — но принять его было легче, чем раньше. Феромоны эти, а может оттого, что мелочь меня укусом своим пометила. Хорошо пометила — на шее вполне себе прощупывались след, вплоть до отдельных зубов, и пропадать они как-то не собирались.
А чего мои боевые девчата подумают? И вообще — может, они тут и сами потихоньку начали скатываться в эдакое полузвериное состояние, наравне с местными волчицами? Или все ж генетические всякие там манипуляции и тренировки с рождения всю эту дурь заранее вышибли? Только один способ узнать. Добраться.
Но пока я только до лагеря добрался. Волчонок с радостными криками вприпрыжку умчалась к альфа-самке, я же подошел спокойно, устало. Ну и «гончую» за макушку потрепал, раз уж первой встретила — смущенно покраснев, она отошла в сторонку и продолжила следить за окружением.
— Что с Эльзой? — спросил я.
— Спит, набирается сил, — ответила альфа, взяв мелочь на руки. — Дышать тяжело, но помирать не собирается, рану мы зализали. Поспевать в нормальном темпе точно не сможет.
Затем она подошла вплотную — и внезапным, стремительным движением ткнулась носиком в щеку, едва-едва пройдясь губами по коже.
— Я не верила, но ты ее вернул и вернулся сам, — пробормотала она. — Самый настоящий вожак! Не зря я чувствам своим поверила, не зря!
И ее тоже за ушком, чего уж. Ответить поцелуем? Идейка промелькнула, но мою броню еще не настолько пробило. Просто почесушки в чувствительном месте, вот и все.
— Времени пройти у нас до полуночи, — сказал я громко, всем сразу. — Собирайте барахло, пополняйте запасы воды и идем. Эльзу я потащу на себе. С едой у нас как?
— Мы немного поохотились, — ответила альфа. — Сырое… Но ты ведь умеешь создавать огонь.
Последнее предложение она произнесла с благоговением, словно это какая-то божественно-мистическая штука. Ну, это мы из них уберем, когда доберемся до моего взвода. Подтянем, так сказать, в технологическом развитии, для их же блага.
— Не думаю, что на болоте много топлива для костра. Прихватим с собой немного валежника, а там разберемся на ходу. Все, девчата — за работу!
  
Глава 28
 
Переход через болото был занятием долгим, скучным и откровенно неинтересным. По видимой сквозь мутную воду каменистую дорожку, от островка до островка, и так два с половиной дня подряд. Проход достаточно широк, чтобы двое могли стоять плечом к плечу — но не более. Так что надо было следить, куда ногу ставишь.
А еще вся эта застоявшаяся вода попросту воняла. Что мне было неприятно, а уж чувствительные волчицы вообще старались носом не дышать, с силой прогоняя воздух через сомкнутые зубы.