Волчья стая (СИ)
Ничего. Я к ним вернусь. А препятствия головой пробью.
Итак, лисица с пареньком выбрались на улицу. Оба довольные до зубовного скрежета, оба щурятся. Она — в ничего особо-то не скрывающей полупрозрачной белой ночнушке, он в одних штанах на голое тело.
— Доброе утро, — хмыкнул я. — Результат лечения сегодня будем проверять, или решили отложить?
Паренек на мгновение скривился, но быстро взял себя в руки:
— Извиняюсь. Я… Не знаю, что на меня нашло. Не знаю, как я мог даже помыслить о таком.
— Спускайтесь, не станем откладывать. Чем раньше закончим с вами, тем раньше мы вернемся к нашему примирению.
Отвечать я не стал — спокойно двинулся обратно в пещеру. Нож готов, я им помахал немного в свободное время, привыкая. Внутри легкий, хиленький мандраж перед предстоящим, но он делу не помеха. А ноги чуть подрагивали от того, что я переборщил с приседаниями.
Внизу. Красная слизь проследила за тем, как я лег на деревянный стол, животом вниз. Паренек, уже более дружелюбный на вид, просто стоял у сундуков — готовый, видимо, подать что-то, если понадобится. Переодевшаяся обратно в кимоно Масами с серьезным видом потерла парочку своих хвостов:
— Сейчас проверим, лживая гадюка, как ты справилась. Прошу вас, приспустите штаны.
Ну я и оголил копчик. Правая рука была напряжена — положил ее не слишком удобно, зато готовый выхватить нож.
Несколько секунд задумчивого шепота кицуне. Ну и пару раз по заднице ветерок прокатился.
— Похоже, все в порядке. Осталась слизь, но она более ничего не делает и за неделю-другую постепенно выйдет через кожу. Вынуждена признать — мерзкая похитительница сделала все как подобает. От нее и в самом деле выйдет прок. Теперь же…
Тяжелый вздох. Ладонь прокатилась по моей спине.
— Нужно понять, почему на вас не подействовали ни самогон они, ни очарование суккубы. Это странно.
Я перевернулся на спину, взглянул прямо в задумчивые глаза Масами:
— У меня уже есть кое-кто. Волчья стая — других не требуется.
— В таком случае были бы отметки. Они помечают своих самцов укусами. Я же успела вас осмотреть — ни единого. Попробуйте соврать как-нибудь иначе, — ответила лисица.
— Что есть — то и говорю.
Вроде бы, ни один мускул не дрогнул подло. Только легкая волна слабости по ногам прокатилась — что, слизь припозднилась и решила напомнить, что все-таки может на меня влиять? В любом случае, на это я не обратил внимания.
Я ждал. Когда подвернется момент для удара — одновременно стараясь с этим не напрягаться и выглядеть максимально безобидно. Ну же, лисичка, наклонись поближе, подставь гладкую, шелковистую шею!
Но нет. Она задумчиво постукивала по столу, с интересном уставившись мне на грудь. С таким интересом, что я понял — надо действовать, едва подвернется возможность. Потому что интерес ее находился где-то в области детского «а давай разберем и посмотрим, как оно работает!», и проскакивал у нее садистский проблеск глаз, который так неестественно хорошо подходил к добродушному личику счастливой «мамочки».
А может, это самообман, чтобы мне проще было действовать. Плевать, так-то.
— Я хотела бы кое-что проверить, — сказала наконец лисица, слегка склонив голову набок. — Любовь моя, достань-ка мою ритуальную сумку.
— С радостью! — ответил тот.
Она в пол-оборота повернулась к нему, наглухо отведя от меня взгляд. Самое время. Дальше, боюсь, я буду несколько занят — и не факт, что процесс «проверки» мне сколь-либо понравится. Вперед!
Нож в руке. Размятые мышцы все еще чутка деревянные, но достаточно послушные. Взгляд мой устремлен к цели — к розоватой шее лисицы, к ее горлу. Я резко поднимаюсь, напрягая пресс, свободную руку. Быстро — достаточно быстро, чтобы хвостатая садистка не успела повернуться обратно, несмотря на потрескивание деревянного стола.
Все происходящее — будто слегка замедлено.
Уже близко. Заношу нож по широкой дуге, лезвием к себе, готовый перерезать женщине горло. Другая рука тем временем готовится ухватить ее за волосы, задрать голову и удержать. Прошло-то с пару секунд от силы, а показалось, что несколько минут.
Волосы у нее шелковые наощупь.
Острие ножа вгрызается в шею, поперечный рывок — серебристое лезвие заблестело алым слоем.
В последние мгновения замедленного ощущения я понял, что сработал плохо. Только по правой половине шеи прошелся, чего-то там порезал, но дальше нож бестолково прошелся по внешней части шеи, скользнул по плечу, взрезая кимоно и оставляя глубокую рану…
И мне прилетело локтем под дых. Рука разжалась, нож выпал, я сам согнулся и повалился назад. Краем глаза зацепил, что лисица отступает, зажимая шею — сквозь пальцы сочилась алая кровь.
Под дых — это больно. И дышать тяжело. А еще я по инерции настолько назад завалился, что в итоге свалился к херам со стола в корявом подобии сально. Но в этот раз головой не уебался, и сумел немедленно вскочить, подстегнутый вбросом химии в тушке.
Вопрос жизни и смерти, мать его!
Масами уже повернулась ко мне, стояла, зажимая кровоточащую рану. Она — в гневе. Все хвосты распушены, лицо перекорежено яростью, аж кончики клыков торчат. На левой руке растопырены пальцы, а у каждого — длинные, острые ногти, которые уже скорее натуральные когти.
А я без оружия. И ошарашенный паренек в панике одной рукой копается в сундуке за своей спиной, который как раз успел открыть.
Массы у меня больше. Рукопашному — учился. Вперед, и без лишних слов.
Бросился в атаку, огибая стол. Рыжая сука полоснула когтями по правому плечу, но я уже набрал скорость…
И закувыркался нахуй, потому что лисица драться умела. Взяла — и воспользовалась мною против меня же, стремительно отшагнув в сторону и одновременно бросив меня в мимолетном захвате. Спина моя спасибо не сказала — о каменный-то пол.
Вскочил, преодолевая боль. Вся правая рука Масами, вся правая половина кимоно были залиты кровью, лицо у нее побледнело, но вот ярость никуда не делась. Разве что, слегка перемешалась с непониманием.
— Почему?! За что?! — чуть булькая, гневно воскликнула она.
Отвечать не стал. Снова пошел в атаку — а правая рука ощущалась слабее, чем была. Так что немного аккуратнее попытался действовать. Только в пылу хрен ты аккуратно чего-то сделаешь.
Удар, еще удар, еще. Все прошли мимо, ведь лисица очень уж хорошо уклонялась. А так как старался бить в ее правую часть тела, то и защититься было ей сложнее — рука-то разрез на шее зажимала, который продолжал себе кровоточить.
Туда и нужно метить. В шею.
Собственно, я пытался. Только Масами слишком уж хорошо держала оборону, а у меня стремительно обмякала собственная рука. Отрава? Чародейство сраное? Некогда думать, нельзя сдаваться, так что обходись левой.
Схватка двух калек получалась. Я вроде и теснил, заставляя отступать, а вроде и терял наступательный потенциал. Еще и лисица частенько поглядывала мне за спину, с надеждой в глазах — и мне приходилось быстренько оглядываться, потому что паренек-то действовал вне моего поля зрения.
А он приближался. Безумно размахивая ятаганом, или какой-то подобной железкой. Острой железкой.
Так что я оказался зажат. Выбора особо нет — жми!
Бросился на лисицу. Чего-то там махнул вялой правой рукой — и она схватила меня за запястье, начала выворачивать… А левая моя схватилась за ее шею. И без особых проблем пересилила пальцы на ране, сжала глотку так, что костяшки побелели от натуги.
Мы — глаза в глаза. Не знаю, чего там было у меня, но у нее все заполонил страх. Такой, что она позабыла о своих когтях и просто ухватилась за мою руку, пытаясь отодрать ее от шеи. Не получалось. Я сильнее. А у нее — серьезное кровотечение, которое теплой струйкой катилось до моего локтя и капало на пол.
Она со вспыхнувшей надеждой взглянула мне за спину. Обманка, или?..
Я все же обернулся. И отскочил в сторону, отпустив Масами. Долей секунды спустя, из живота лисицы торчал погруженный по самую рукоять клинок, и за рукоять эту обеими руками крепко держался пацан.