Волчья стая (СИ)
Путешествовать на спине Таши было… странно. Не неудобно, а просто как-то нелепо и неловко. Натурально чувствовал себя ребенком на чьих-то плечах, которого, так уж и быть, понесли куда надо. Зато обзор хороший, да…
Я все еще не прекращал попыток пошевелить ногами. Даже щипал себя. Только без толку — где-то на середине бедра вся чувствительность хлоп, и пропадала, а уж мышцы даже не пытались напрячься. Притом, что на вид-то имплант выглядел и ощущался целым, это мы посмотрели — матово-телесная нашлепка, размером с коробок спичек. Только внутри нежная нейро-электроника… и переноса она не выдержала.
Ладно, погрустить всегда успею, сейчас же не до этого. Надо было найти какое-никакое место, в котором можно обустроиться, собраться с мыслями, разведать обстановку и решить, что делать дальше. Местная деревня? В которой есть выездной лекарь? Звучит как вполне подходящее место! И нам там дело найдется…
Быстро я свыкся с мыслью, что мы тут останемся. Но признаков обратного не было — так что все действия и планы исходили из текущей ситуации.
Справимся. Куда деваться.
За мыслями дорога прошла незаметно. Вот я увидел телегу и отряд Астер, вот там на горизонте еще разведчицы топали. Еще немного — и мы на месте.
Телега как телега. Деревянная, грубая, сколоченная на гвоздях. Колеса опоясывали металлические пластины. Запряженный в нее конь тоже ничем не выделялся, флегматично жевал траву с обочины.
Вот пассажиры — это интересно. Сам дед — жилистый седой мужчина в свободной белой рубахе, потертых сероватых штанах и соломенной шляпе. Все еще с опаской поглядывал на моих девчат, деревянная дубинка под рукой, но фокусов выкидывать, вроде, не собирался. Такой, в общем, деревенский мужичок себе на уме.
Ну да, на овец это походило больше всего. Сбились в шерстяную кучу в корме телеги, жалобно-перепуганными глазами на всех вокруг глядели. Шерсть — белая, пышная, практически по всему телу, без намека на одежду. У одной и глаза-то закрывала. По бокам свешивались ушки. Сомнительная какая-то хренотень, короче, но, если можно стричь и стричь — почему бы и нет?
Интересно, а собственная разновидность коров тут… Да, в общем-то, не так уж и интересно.
— Большой у тебя отряд, незнакомец, — настороженно поприветствовал меня дед. — И броня у них дивная, и самострелы такие, что не слышал никогда!
Вот что тут ответишь, не выдавая слишком много?
— Есть такое. Далеко до деревни твоей?
Слова чужого языка с легкостью слетали с губ. Да и понимал я их сразу — звучали, конечно, непривычно, это есть такое. Будто, не знаю, сперва с грузами на конечностях ходил, а потом их снял.
— Дак миль десять осталось, к вечеру точно доберемся. Но там уж, извини, лекаря нашего придется подождать — к соседям уехал, навестить да мелочь подлечить.
— Не торопимся.
— Ну, коли так — может, двинемся потихонечку? Чего толку под солнцем-то стоять? Мне и овечек довезти нужно.
— Постоим. Как все мои сюда доберутся, так и пойдем.
Он удивленно потер лоб. Да уж, двадцать здоровых ушастых лбов, и это еще не все — отличный повод подумать, а не светят ли какие неприятности. Только деваться ему некуда. Да и я конфликтовать не собирался. Пока сами не лезут.
— Здоровый отряд-то у тебя, выходит! Сколько ж сил на него тратить, чтобы в узде держать…
Тут я отвечать не стал вовсе. Да и вообще не стоило распускать язык с незнакомцем, а то ляпну что-то не то и потом расхлебывай последствия. Ни традиций, ни обстановки, нихера ж не знаю.
Вот и постояли, пока оставшиеся разведчицы не подтянулись. А потом неторопливо двинулись походной колонной. Скука, пыль, скука, солнце — вот тебе и весь поход. Можно было бы с дедом поболтать да попытаться вытянуть из него чего, только переговорщик из меня сомнительный, и зубы заговаривать не умею. Своими бы руками разрушил какую-никакую легенду. Ведь что отряд наемников? Местность-то представлять должен, политическую обстановку вообще назубок, чтобы понимать, куда лезут и сколько выйдет стрясти.
А я, опять-таки, не знаю ни-че-го.
В итоге, дошли сперва до засеянных полей. Там работали местные, занимаясь чем-то сельскохозяйственным. Все одеты примерно в том же простеньком, низкотехнологичном стиле, что и дед. Рубахи, штаны, вот это вот все. Внимания на нас, на удивление, особо-то не обращали. Провожали взглядом, возвращались к работе.
Зато я кое-что интересное заметил. Работали-то и мужчины, и женщины, и дети — вот только женщины и девушки торопливо, привычно отбегали от дороги подальше, стоило нам приблизиться, тогда как мужчины и парни спокойно продолжали махать тяпками. Когда проходили мимо, они сперва еще немного выжидали, прежде чем идти обратно.
Это почему так? Традиции? Религия? Какой-то еще смысл, который до меня не доходил?
Разберемся, если понадобится.
Так вот, миновали поля. Подошли к частоколу вокруг деревни — приличной длины частоколу. Неудивительно, жило здесь побольше, чем там, в лесной чаще. Навскидку даже тысячу-две населения бы дал. Простенькие ворота, шириной чуть больше этой самой телеги.
— Приехали, выходит, — сказал дед, спрыгнув с телеги и разминаясь ходьбой. — Давайте так, господин командир. Поговорю сейчас со старостами, коли согласятся — так пустим внутрь да найдем местечко для всех. А коли нет, то не серчайте, придется вам с другой стороны деревни ночевать, где остальные такие же девки собраны. К вам они не полезут, за это не беспокойтесь.
Ну, я согласно кивнул. Заодно быстренько обработал новую информацию — похожие на моих волчиц живут отдельно, не в самой деревне. Причина? Пока неизвестно. Но это ладно, выстроится потихоньку.
Пока же оставалось… снова ждать. Дед обратно залез в телегу и потихоньку заехал в ворота — за ними прятались грунтовая улица и на удивление стройный ряд домов, пусть и простеньких и разнообразных. Какой-никакой порядок, выходит.
Тут можно было попутно подумать над местной логистикой. Еда ясно откуда, выращивают. А лес для бревен откуда тащили? А вода — из колодцев? Вроде бы, поселения тяготеют к воде, будь то озеро или река, но таких вокруг как-то не наблюдалось. Плоская равнина. Или степь? Не, слишком уж сочная трава — и растения на посадках выглядели вполне себе крупными и здоровыми.
— К местным не лезем, держимся спокойно. Если кто-то решит прикопаться — зовите меня, силовой ответ только в крайнем случае, — быстренько выдал я волчицам правила поведения.
— Все равно можем размазать весь этот клоповник в пепел, — пробурчал… кто-то. Слишком тихо.
— Отставить! У нас тут никакая не противо-партизанская миссия теперь, так что не нужно на мирняк клыки точить. Просто держитесь спокойно и уверенно, не больше и не меньше.
— А я бы заточила мясца жареного… — мечтательно протянула другая. Снова — хрен поймешь, кто именно, но точно не из капралов.
Чего началось-то?
Я внимательно осмотрел девчат. Держались они на вид все так же спокойно, даже слегка отстраненно, притом не забывая следить за окружением. Только вот-вот и проскакивало нечто странное в лицах.
Впрочем, в последних-то словах ничего криминального не было, я сам не прочь свежей свинины навернуть.
— Это мы посмотрим, — ответил я. — Все равно придется на местное продовольствие переходить.
Во, вот теперь подавленные довольные улыбочки. Другое дело. Хотя все равно странновато, на самом деле — еще вчера держались без такого, а сегодня эмоции протекают. Понятно, что внезапная смена обстановки, да еще и такая кардинальная, но все же…
За этим надо проследить. Похоже, создатели моих волчиц недостаточно хорошо поработали с их психикой, вот и есть у них пассивное стремление скатиться во что-то такое. Плохо это? Да как сказать. С бездушными машинами общаться было бы куда сложнее.
Главное — с поводка не спускать. И не дать ошейник скинуть, ага.
Пока думал, дед уже успел вернуться. Пешком. И с таким извиняющимся лицом.
— Простите, господин, — сказал он. — Не хотят старосты, чтобы вы за оградой ночевали, придется с остальными. Согласились только насквозь пропустить, чтобы крюк почем зря не делать.